Девочка Дикого (СИ) - Дейл Ира

Ловлю ртом воздух, дергаюсь.

Но Дикий только сильнее вдавливает меня в себя.

— Расслабься, — рычит он мне на ухо, начиная двигаться во мне. Рваные, короткие толчки, заставляют меня гореть изнутри. Кровь приливает к щекам, кожа становится настолько чувствительной, что, кажется, стоит к ней лишний раз притронуться, я взорвусь. — Просто позволь себе насладиться, — добавляет еще один палец, ускоряется.

Дрожу всем телом. Мышцы словно сталью наливаются. Перед глазами все размывается.

— Я не могу, — мотаю головой. — Не могу…

— Еще как можешь, — Дикий толкается в меня резко, жестко. — Отпусти себя. Убери загоны из своей в головы, — шепчет, искушает словно дьявол, — и получи удовольствие, которое ты заслуживаешь, — поднимает вторую руку и резко сдавливает мою грудь.

Стон, больше напоминающий крик, срывается с моих губ.

Черт!

Зажмуриваюсь.

Я не могу ни о чем думать, не могу дышать. Кажется, меня сейчас разорвет от противоречивых ощущений. С одной стороны, Дикий, которые не прекращает врываться в меня. Каждое его движение разносит блаженство по венам, заставляет меня полыхать изнутри. С другой же — все происходящее вокруг. У меня не получается избавиться от стыда, из-за которого пылают мои щеки. Если бы мы были наедине... если бы громкие стоны не проникали в мои мысли, я бы, возможно, забылась в приятных ощущениях, которые дарит мне Дикий, но…

Мужчина за мной словно чувствует, что со мной происходит на самом деле — вытаскивает из меня пальцы. Но не успевает разочарование разлиться по телу, как он касается моего клитора, надавливает, начинает кружить.

Напрягаюсь, задыхаюсь.

Дикий совсем меня не щадит — так быстро теребит мой клитор, что тело начинает подрагивать, а жар внизу живота становится невыносимым.

Похоже, мужчина задался целью заставить меня переступить грань, хочу я того или нет. И у него это получается. Я натягиваюсь, словно струна. Дыхание застревает в груди. Кожа вспыхивает.

Приоткрываю рот, хочу втянуть себя воздух, но не получается.

— Не надо, пожалуйста, — бормочу на выдохе.

Слезы собираются в глазах, только не знаю от обиды или накатывающего волна за волной удовольствия.

— Не сопротивляйся, ты же хочешь этого, — хрипло произносит Дикий. — Я дам тебе то, что тебе на самом деле нужно, — мгновение ничего не происходит, а в следующее — мужчина одновременно перехватывает сосок и клитор, сжимает, скручивает.

Острое удовольствие пронзает меня. Оно такое яркое, сильное, что перестаю дышать. Веки распахиваются, но я ничего не вижу. Взор словно яркое пламя застилает. Разум затягивает в бездну настоящего удовольствия. Меня трясет, и только благодаря мужчине, который все так же крепко держит меня, не падаю.

Понятия не имею, сколько времени сижу, не чувствуя себя, катаясь на полная постепенно сходящего на нет блаженства. Но постепенно мысли прочищаются, и снова начинаю слышать все, что происходит вокруг, в том числе — крик, смешанный с рычанием. Резко открываю глаза, не помню, когда закрыла. Сразу же замечаю исказившиеся от блаженства лицо блондинки. Глаза Молота, которые полыхают похотью и не отрываются от меня, тоже вижу.

Осознание, что именно я позволила Дикому с собой сотворить, накрывает меня. Гнев вспыхивает в груди. Дергаюсь.

Не знаю, каким чудом, на этот мне удается вырваться из рук Дикого, но я оказываюсь на ногах. Они почти не держат, но злость придает сил.

Разворачиваюсь, взмахивая волосами, и так быстро вылетаю из комнаты, что сама этого не осознаю. Вот только в коридоре мне даже пары шагов сделать не удается, как на запястье смыкается стальная хватка. Дикий резко разворачивает меня к себе, что едва не падаю. Заваливаюсь на его грудь, но тут же, будто ошпаренная, отшатываюсь от мужчины.

Дергаю руку, пытаясь освободиться. Бесполезно. Зло зыркаю на Дикого, но ему плевать на мои чувства.

— И куда ты собралась? — рявкает он на меня. — Я же все чувствовал и знаю, что тебе понравилось, — на его лице отчетливо читается самодовольство, смешанное с вожделением.

Ярость застилает глаза. Не думаю, что делаю — замахиваюсь и залепляю Дикому пощечину.

Глава 22

Осознание приходит мгновенно. Мои глаза широко распахиваются, а рот приоткрывается. Прикрываю его той самой рукой. Ладонь горит, дыхание застревает в груди.

Что я наделала?

Ударила самого Дикого!

Прежде чем успеваю сообразить, что делать дальше или хотя бы извиниться, глаза мужчины сужают, он словно дикий, проворный зверь бросается на меня.

Мгновение, и я оказываю вниз головой, а твердое мужское плечо давит мне на живот. Из меня выдавливает весь воздух, что даже пискнуть не получается.

Дикий не ждет. В пару широких шагов пересекает коридор, открывает ближайшую дверь и заходит вместе со мной внутрь. Мое сердце пропускает удар, когда я слышу громкий хлопок. Но сориентироваться толком не удается, потому что Дикий продолжает путь, а когда останавливается, грубо стаскивает меня со своего плеча и сажает на что-то твердое.

Судорожно вздыхаю, стоит ему с силой развести мои ноги в стороны и вклиниться между ними.

— Не понравилось тебе, значит? — рычит он мне в губы.

Горячее дыхание мужчины обжигает, а тон посылает волну ледяных мурашек по коже. В глазах Дикого горит опасный огонь, и я сразу же понимаю, что он сожжет меня до тла.

Задыхаюсь. Внутренний голос орет, что нужно бежать, но я не даже пошевелиться не могу, не говоря уже о том, чтобы отвести взгляда от мужчины. Дикий словно загипнотизировал своими стальными омутами, своей силой, своей властью. Он подчиняет меня, ничего не делая. Тело словно своей жизнью живет. Вместо того, чтобы подчиниться испуганному до чертиков разуму, она реагирует на присутствие мужчины. Дыхание учащается, мысли становятся спутанными, а по коже словно электрические разряды проходят.

— Не хочешь говорить? — Дикий склоняет голову набок. — Тогда я сам проверю, — зловещая ухмылка растягивается на его губах.

Мои глаза округляются, когда я чувствую его пальцы, которые снова проникли мне в трусики.

— Влажная, — его голос опускается до тихого шепота. — Чертовки, мокрая, — ныряет пальцем в дырочку. — Я знаю, что тебе понравилось, — медленно входит в меня на всю длину пальца и также медленно выходит. — Хватит врать тебе и засовывать себя в рамки. Если ты отбросишь, всю чепуху, что таится в твоей милой головке, то сможешь получить столько удовольствия, о котором даже задуматься раньше не могла.

С моих губ срывается шокированный выдох, но это все, что у меня получается из себя выдавить. Ведь Дикий вдобавок пальцу, который все еще то проникает в меня, то покидает мое тело, снова надавливает на мой клитор и начинает медленно, размеренно кружить.

— А если снова ударишь меня, — глаза мужчины становятся резко серьезными, — я возьму то, что ты пока не готова мне дать, — щипает меня за попку.

Сердце пропускает удар. До меня моментально доходит, что мужчина имеет в виду. Открываю рот, чтобы возмутиться, но даже звука вымолвить не успеваю, как Дикий затыкает мне рот поцелуем. Его язык настойчиво врывается в мой рот, одновременно с пальцем.

Задыхаюсь.

Мне бы оттолкнуть мужчину, попросить больше не прикасаться ко мне, оставить меня в покое. Но я просто не могу ничего сделать. Тело словно перестает мне принадлежать, слушается только Дикого, который играет с ним, как профессионал с любимым инструментом.

Я даже не понимаю, что он делает со мной, просто закрываю глаза, отдаваясь Дикому без остатка.

Поцелуй набирает обороты, вместе с пальцами, которые не перестают, терзать меня между ног. Кровь закипает в венах. Кожа становится невероятно чувствительным. Тело напрягается. Клитор наливается кровью. Все внутри пульсирует, то и дело сжимая палец мужчины словно тисками. Кажется, еще чуть-чуть и…

Дикий убирает руку. Разрывает поцелуй. Немного отстраняется.

Разочарованный стон срывается с моих губ, за что я зарабатываю глухой смешок. Распахиваю веки, сосредотачиваюсь на довольном лице Дикого, собираюсь сказать ему, какой он козел, но слышу звон пряжки ремня.