Красавица и свекровище (СИ) - Серпента Евгения

Я не любила вспоминать то время. Очень уж тяжело оно далось. Измена Толика с Дианой – моей лучшей на тот момент подругой. Он и до этого тихонько погуливал, но я никак не могла поймать его на горячем. А тогда… все вышло так, что сомнений не осталось. Ни малейших. Дима в то время уже жил отдельно. Я подала заявление на развод, собрала вещи и уехала на дачу.

Толик долго умолял простить, вернуться. Уверял, что любит одну меня. Разумеется, бес попутал, Дианка соблазнила, не устоял. Я понимала, что врет, но… все-таки вернулась. И простила – хотя и не до конца. Но уже больше не доверяла.

Конечно, материальное было решающим фактором. Я привыкла к безбедной жизни. Привыкла, что не надо думать о деньгах, о работе. Ясное дело, при разводе голой-босой не осталась бы, но все равно это уже был бы не тот уровень.

Срочно искать другого мужа? А где гарантия, что другой будет лучше? Этот хоть привычное зло.

Так мы прожили еще десять лет. За фасадом идеальной семьи, любящих супругов. У нас по-прежнему был широкий круг общения, активная светская жизнь, но теперь я уже никого не подпускала к себе близко. А когда Толика не стало, постепенно отошла от всего этого. Предпочитала общество Инги и Димы. Если и выходила куда-то в люди, то обычно с ним.

Но теперь и об этом тоже можно было забыть.

Глава 15

Ирина

- Змей, только умоляю, никакой свадьбы, - попросила я, разглядывая запоздалое колечко на пальце.

Сначала он сделал мне предложение, потом мы подали заявление, а потом уже подъехало кольцо. У нас же все не как у людей. Не в той последовательности.

Колечко было красивое. Обманчиво скромное – если не знать, сколько стоит. Я знала. Одно время за мной ухаживал ювелир Станúслав. Именно так, с ударением на «и», потому что пóляк. Нет, он не заваливал меня драгоценностями и вообще был на редкость прижимист, но кое-какие познания я за те несколько месяцев получить успела.

Не серебро и даже не белое золото. Платина. С сапфиром. От привычки сорить деньгами Змей за эти годы так и не избавился. Правда, теперь они были не папиными – своими. Бизнес его цвел пышным цветом. Я бы удивилась, если бы нет.

- Совсем-совсем никакой? – уточнил он, и я захлопала глазами, потому что уже успела забыть, о чем говорила. – Свадьбы? Совсем никакой?

- Ну уж точно не такой. Ты знаешь, о чем я.

- Догадываюсь, - хмыкнул Змей. – Не бойся, такой точно не будет. Предлагаю компромисс. В субботу ресторан для самых близких, а в пятницу – только мы с тобой. И больше никого. Но…

- Мне уже страшно!

- Но будет сюрприз. Мой.

- Димка, блин! – я бросила в него подушкой, промахнулась и сшибла со стола вазу. К счастью, пустую и небьющуюся. – Давай без сюрпризов! Умирать буду, а цыганей, медведя и обезьяну не забуду.

- Ну надо же, какая ты злопамятная. – Он поднял вазу и поставил на место. – Цыган помню, медведя помню, обезьяну нет.

- Да там же, в Дагомысе. Ты взял ее на час в аренду у фотографа и уговаривал меня с ней сфоткаться. И эта сволочь меня чуть не укусила. Ненавижу обезьян!

- Серьезно? – расхохотался он, и я не удержалась тоже. – Хоть убей, не помню. Но ладно, если ты говоришь, что было, значит, было. Не бойся, Ир, все будет… без обезьян. Хорошо будет. Красиво.

- Змей, вот правда, без шуток. Хорошо, пусть будет сюрприз и красиво. Но я тебя умоляю – чтобы мне не пришлось краснеть. Как тогда.

Это позорище я и правда помнила до сих пор. Ему нравилось эпатировать публику, что двадцать лет назад, что сейчас. А вот мне хотелось провалиться сквозь землю. Когда Димка плясал с медведем то ли гопак, то ли трепак, над ним ржали даже ко всему привычные цыгане. А я умирала от стыда и отбивалась от обезьяны. Вот тогда-то и сказала себе: нет уж, нам такого счастья не надь. И даром не надь, и с деньгами не надь тоже [8] .

И как же вышло-то, что вдруг стало все-таки надь?

Да вот как-то так. Оказалось, что все это пена. Настоящий Димка под ней. Может, он и тогда таким был, но я не дала себе шанса узнать. Нам обоим.

И вспомнилась наша вторая встреча. Случайная – если, конечно, случайности случайны, в чем я крепко сомневалась. Особенно если учесть, что произошло это в день святого Валентина, к которому я всегда относилась с известным скепсисом. Трудно относиться всерьез, не шкурно к дате, которая делает тебе изрядную долю месячной кассы. Тем более если ее не с кем праздновать.

Я не назвала бы свою личную жизнь бурной. Или хотя бы активной. Она просто была… временами. Кит работал как естественный модератор. Ни один из тех мужчин, с кем я встречалась, не годился на роль отчима. Кто-то сам не рвался, кого-то не считала подходящим я.

Только однажды случился по-настоящему серьезный роман. С серьезными намерениями. Киту тогда было лет тринадцать. Я познакомила его с Вадимом, и они вполне нашли общий язык. Только обрадовалась я рано. Добрые люди – как же без них! – доложили, что Вадим бросил жену с двумя маленькими детьми и не платит алименты. Когда я осторожно попыталась прояснить ситуацию, на бывшую был вылит ушат такого густого и пахучего дерьма, что всю мою любовь как отрезало.

В общем, на тот исторический момент я была категорически одна. Сидела у себя в кабинете и просматривала январские отчеты.

- Ирина Григорьевна, к вам Смеян, - щебетнул селектор голосом Алены. – Ну, кораблики. «Нева-тур».

- О боже, - тихонько простонала я. И добавила громче: - Пропусти.

«Кораблики» были нашим давним клиентом. И таким же хроническим гемором.

Экскурсии и прогулки по рекам и каналам – солидный кус питерского туристического пирога. Вся акватория поделена на сферы влияния, похлеще мафиозных. Самонадеянные новички, взявшие в аренду катерок и получившие лицензию, даже не подозревают, во что влезают. Выжить удается единицам.

«Нева-тур» пожирала мелкую рыбешку, как самая настоящая акула. У них был немалый собственный флот и еще больше аренды. А еще они вечно были недовольны нашими рекламными кампаниями, однако в другое агентство почему-то не уходили. Их рекламщики каждый сезон доводили до истерик наших креативщиков, заставляя переделывать проекты по двадцать раз, а потом требовали скидку.

Осенью мое терпение лопнуло, и я написала их генеральному, по совместительству владельцу, что на новый сезон мы продлять договор с ними не будем. Клиент, конечно, жирный, но очень уж проблемный, мы вполне могли позволить себе с такими не работать. И вот теперь, когда надо было готовиться к открытию навигации, он заявился лично.

Ну правильно, с новым агентством все надо начинать сначала, и не факт, что получится. Лучше пойти на компромисс и договориться. А может, другие из топа их уже успели послать.

Чтобы найти в базе его данные, хватило нескольких секунд, пока открывалась дверь.

- Добрый день, Дмитрий Ана… тольевич, - запнулась я, посмотрев него.

Да ну, не может быть. Так не бывает. Просто похож – учитывая двадцатилетнюю разницу в возрасте.

- Ирина?!

Отвисшая челюсть и вытаращенные глаза красноречиво утверждали обратное. Что может. И даже бывает.

Глава 16

Людмила

- Двушка на троих – это, конечно, отстой, - говорю, развешивая платья в шкафу. – Да еще и съемная. Как нищеброды.

- Ну а чего твой папенька не купил нам дом? – флегматично спрашивает Ник, развалившись на кровати. Разумеется, с телефоном. Он его из рук вообще не выпускает. Когда-нибудь у меня лопнет терпение, я и туда заберусь. Посмотреть, во что он так тупит.

- Мой? А почему не твой? Не вывезет?

- Он предлагал на их даче жить. Теплый дом, все удобства.

Это он так троллит? Была я у них на даче. Дом, конечно, неплохой, но это именно дача, куда в любой момент могут завалить его родаки. Или бабка. Даже на съемной я больше хозяйка. Да и до города пилить почти час. Ник хоть на машине, а я, как папа говорит, «права купил, ездить не купил». Так и сказал: научишься, тогда будет тебе машина. И на чем я, интересно, должна научиться? На палочке верхом?