Измена. Я от тебя ухожу (СИ) - Московская Алена

Измена. Я от тебя ухожу

Алена Московская

Глава 1

Ольга

— Ляля, где мои трусы? — крикнул муж из зала, не успела я закрыть входную дверь.

Он серьезно сейчас думает о своих трусах?

Я пребывала в диком осадке.

— Там же, где и наш брак. В мусорке, — заявила я, направляясь к нему.

Он даже не поздоровался. Что уж там ждать?

— Ты дуру гонишь? — Он развалился полуголый на диване и смотрел, держа в руках пиво, свой футбол.

Я, облокотившись о стену, смотрела на него и мне было до слез обидно. Ужасно обидно.

Пару дней назад я застала его в нашей квартире с любовницей. Он меня тогда даже не заметил. Не отвлекся на стук двери. Ему было все равно...

Я должна была уехать в командировку, но у меня отменили рейс и вернувшись домой, получила отличный подарок на 14 февраля.

Вот так и приезжай. Без предупреждения. К себе же домой.

Я тогда просто развернулась и уехала к маме. Никаких скандалов и истерик. Я была настолько разбита, что думала больше не смогу переступить порог своей же квартиры. Уехала вся в слезах, соплях, с тяжелым грузом на сердце.

Ни одного звонка, ни одного сообщения. Абсолютное безразличие.

Сейчас, вернувшись с работы, чтобы расставить все точки на и, увидела это чудо.

Лежащее тут, почесывая жирное, обвисшее пузо и как не в чем не бывало требовавшееся от меня исполнение супружеских обязанностей. Икать его трусы...

У меня внутри все переворачивается, когда смотрю на него.

Опустошение. Боль от предательства. Боль от его реакции. Боль. Боль. Боль...

Острая и уничтожающая по частицам, с каждой секундой все больше.

— Ты мне изменил,— решила напомнить я, еле сдерживая слезы.

8 лет брака. Восемь.

Я была верной женой, всегда его поддерживала, когда его увольняли с работы, когда у него был кризис, когда он болел ухаживала за ним и брала больничные чтобы вылечить его, а сама потом, когда уже болела сама, с температурой загибалась в офисе.

Вот она, благодарность. Вот она. Новая женщина на нашей кровати... Новая женщина в нашей жизни, новая женщина...

Зато старый муж. Все еще муж, которому все равно....

— Ляля, я взрослый мужик, я хочу трахаться, не надо из-за такого пустяка устраивать театр. Раздуваешь.

Ком в горле встал из-за его наглости.

Я сжимала кулаки и царапала ногтями ладони, чтобы не разреветься.

Я не покажу ему свою слабость. Только не ему.

Театр я значит устраиваю? А ничего? А ничего?....

Взрослый мужик? Мужик? То есть это норма?

А то, что он не разделял со мной пастель как муж уже пол года? Мужик?

Я стиснула зубы.

Как ему хватает наглости так говорить и так поступать?

На нашей кровати. Где мы спим, проводим время. На нашей кровати. На нашей, скотина, кровати.

Прямо там, на моих простынях, куда я ложусь и где я засыпаю. Прямо там.

Как у него вообще? Я не могу...

— Вася, Меня зовут Ольга. Я тебе не Ляля, — я не знала что ему сказать, хоть могла сказать так много.

Хотелось бить его кулаками в грудь, хотелось яростно кричать и обзывать его. Но он такой здоровый как он выразился мужик, что быстро приплющит меня к стене. Особенно сейчас, снова пьяный.

— Ок, Ольга, найди мне трусы, что-то все перерыл, а не знаю где чистые лежат, без тебя в этом доме все как иголка в стоге сена, — он снова присасался к пиву, другой рукой прибавляя звук на телевизоре.

— Вась, ты мне изменил, — я хотела услышать хоть что-то.

Хоть одно слово. Хотя бы то, что ему жаль.

— У тебя пластинка заела? — он приподнялся и принялся сверлить меня гневным взглядом.

А у меня дыра в сердце. Дыра, которую больше ничем не заклеить.

Мне так обидно, что ему сейчас плевать, нужны ему носки, тапочки или вообще что угодно. Он меня растоптал, а я должна делать вид, что ничего не произошло?

Нет. Такого не произойдет.

— Да, заела. Я хочу чтобы ты ушел из моей квартиры.

— Оль, прекрати, — Вася поставил пиво на подлокотник и привстал.

— Не подходи ко мне, я не хочу чтобы ты ко мне прикасался после нее, — я сделала шаг назад и прижалась к стене.

Вася тут же покраснел, нахмурил брови и сгорбился, делая еще несколько шагов в мою сторону.

— Не хочешь чтобы я к тебе прикасался? Может это я к тебе, дура, прикасаться не хочу? Ты вообще когда себя в последний раз в зеркало видела? Запустила себя. В старые джинсы уже не влазиешь, купи тебе новые, ахирела каждый год новые джинсы просить? Бока шире стали, ляжки дряхлые, а про твою одежду я вообще молчу. Ты серая, ущербная и безмозглая мышь. Нет бы чтобы как нормальная баба, зарабатывать и одеваться самой. Да какой мужик тебя захочет, если даже я не хочу? — он ударил себя кулаком в грудь, — Да кому ты вообще нахрен сдалась, кроме меня? Спасибо должна сказать, что я тебя вообще все это время терплю и живу с тобой, а не ушел к молодой и красивой.

Меня словно ударило молотком по голове.

Обида захлестнула огромной волной.

Я была настолько шокирована, что у меня даже нечего было ему сказать.

Я значит плохая? Я некрасивая?

Таких слов я точно не ожидала услышать. Я ведь...

Я ведь ухаживаю за собой. Да, крашусь я не ярко, одеваюсь я скромно, чтобы он меня не ревновал. Но это ведь не повод мне изменять?

Почему то, за что он так любил меня в самом начале сейчас стало нашим концом?

— У тебя гребаный целлюлит на жопе, ты думаешь я хочу трахать бабу с целлюлитом? Ты одумайся, тебе 27 лет, ты кому нахрен нужна? Пропадаешь на своей работе, нравиться видите-ли тебе, нет чтобы мужа с утра минетом порадовать, нет чтобы в красивом кружевном белье пройтись! Ты охирела, Оля. Зажралась. У тебя мужик есть дома, а ты тут скандалы из-за обычного траха устраиваешь. Крыша потекла? Держаться надо, пока с тобой вообще живут, дура. Нет же, стирка, уборка, стирка, уборка, да ты домработница, а не жена, Оля, еще и бесплодная.

В этот момент во мне что-то щелкнуло и я влепила ему пощечину. Шлепок.

Моя яростно горящая ладонь и бешеный взгляд моего мужа...

— Ты что, сука, охренела?!

Глава 2

Ольга

Я медленно попятилась в сторону, а он последовал за мной.

Замахнулся, но остановился в паре сантиметров от моего лица.

Я вся сжалась, скукожилась.

— Ты кем себя вообще возомнила, курица тупая? — прорычал муж, тяжело выдыхая.

Меня трясло. Трясло настолько сильно, насколько это возможно. Я боюсь его, но обзывать ему себя не позволю.

Этот грязный изменщик права ко мне подходить не имеет, тем более замахиваться.

Смелая я только в своей голове. На деле же стою и пытаюсь показать всю свою злость.

— Ты мне изменил, и я хочу, чтобы ты ушел, — трясущимися губами сказала я.

— Да ты задолбала! Изменил, изменил, — Вася резко развернулся к телевизору, из которого посыпались крики.

Видимо, забили гол.

Да, забили. Так же как и он что-то забил в свою любовницу.

Он нажал на кнопку, и все затихло.

— Я тебе так скажу: ты дура, которой надо держаться за такого, как я, а не пропадать на своей работе, под предлогом того, что у нас не хватает денег, хватало бы, если бы ты экономила, — он облокотился о тумбочку, поправляйся свисающие растянутые семенники.

Он провел руками по волосам и опустил голову вниз.

— Экономила, Вася? — я была потрясена услышанным и возмущенная до посинения, — экономила? А ничего, что у нас и так все не по высшему разряду. У нас обычный хлеб, обычные макароны, мясо с места на рынке, где продают подешевле? Экономила? Да я наматывала пешком по несколько километров, чтобы купить все продукты по нормальным ценам, чтобы ты мог поесть нормально, чтобы не сидел голодный, я несла тяжелые пакеты, заносила их на пятый этаж, а ты ни разу даже не помог мне. Экономила? Может, это ты бы экономил на своем пиве и машине, которая разваливается? Может, там надо было экономить.