Мой опасный магнат (СИ) - Сергеева Елена Владимировна

Слушаю его… и вдруг понимаю.

Всё это время, что мы были вместе, пока я работала на него, таяла в его объятиях, видела, как играючи он решал все свои корпоративные вопросы… я отчётливо чувствовала его.

Моё тонкое пси... Именно сейчас вся моя жизнь в моём аналитическому мозгу в идеальную схему складывается.

Вот оно что! Сейчас кристально ясно понимаю то, что раньше только чувствовала: моё тонкое пси не только на определение цифровой гнили работает.

Я всегда чувствовала людей. Не понимала что именно, просто на уровне неясных ощущений улавливала, когда что-то не так. Когда что-то не состыковывалось.

Но раньше я не осознавала, что это одно из проявлений моего пси-чутья.

Сейчас чётко понимаю разницу. Когда слушаю глухие, жаркие слова Дрейка.

Ведь за всё время, что я на него работала, я уже видела проблески его — настоящего.

Никогда на публике или в рабочих моментах — там были маски. Со мной наедине… и ещё с семьёй он приоткрывался.

Яркие картинки проносятся перед глазами.

В самый первый раз, когда он был охвачен азартом вместе со мной, ещё на том далёком собеседовании, когда я взломала его систему безопасности.

Когда в вентиляционной шахте пол провалился, и он спас меня от смерти в падении… Когда объяснял мне, что он поцарапал меня шипами, в мою кровь попал каудал, и нам надо заняться сексом, чтобы это нейтрализовать. Как он был серьёзен со мной. И как был бережен потом.

Ещё, когда мы играли с детьми его брата, близнецами Роаксом и Шэдом, и Дрейк старательно рычал, изображая самого страшного воображаемого врага, который всё никак не мог разрушить самую мощную крепость в галактике из диванных подушек.

В моменты нашей близости…

В другое же время Дрейк практически всегда, даже в кругу семьи, был под маской. Успешного и обаятельного. Счастливого, состоявшегося, у которого всё под контролем.

Единственный раз на спутнике Зартонов я не чувствовала фальшивых нот в его состоянии — во время соревнований на полигоне. Когда они вывалились двумя командами после того жуткого сражения, а табло показало ровный счёт. Его отец, легендарный командор Дрэго Зартон тогда спросил Дрейка, зачтёт ли тот это за реванш.

Их объятие тогда было искренним.

Хотя нет, это не единственный раз. С семьёй Дрейк тоже был искренним. Он глубоко их любит, это я точно знаю.. и всё же даже с ними он всё время держал лицо.

Я видела его маски. Очень хорошо их помню и знаю. Опасный властный босс. Холодный стратег. Обаятельнейший наглец. Победитель везде и во всём.

После сражения в архиве, во время нашей отчаянной близости позже, в душе, — вот там он тоже был настоящим.

Самое поразительное в этом то, что сейчас, именно сейчас… — я отчётливо осознаю — всё то, что я видела раньше были лишь тени настоящего Дрейка.

Только сейчас он распахнулся нараспашку. Мне. Только мне. Сейчас.

Чувствую это всей сутью, всем своим обострившемся тонким пси…

Откуда-то точно знаю: никогда он такого не делал. Всегда жил с масками. Приоткрывался, да. Но никогда не распахивался так, насовсем, насквозь, до конца.

Снова и снова прокручиваю в голове, как он сегодня явился ко мне в кабинет.

Когда вошёл ко мне с тем дурацким огромным букетом, и лихо выпрыгнул потом со мной в окно. И даже когда остался лежать у моих ног — это всё ещё были его привычные схемы.

Но именно сейчас, сидя прямо на посадочной площадке перед зданием генштаба космического флота, удерживая меня в объятиях на своих коленях и жарким шёпотом признаваясь мне — он не играет.

Сейчас он просто Дрейк. Который выворачивает мне душу наизнанку и держит её передо мной на раскрытых ладонях. Только для меня. Чтобы я поверила.

Я слушаю его голос — хриплый, срывающийся. И попутно вслушиваюсь своим пси.

Не в слова. В то, что за ними.

Моё пси сейчас работает на полную мощность. И оно утверждает, что он говорит правду. Чистую, абсолютную правду. Ни одной фальшивой ноты. Ни одного сквозняка.

Когда он говорит «люблю тебя» — я чувствую. Где-то глубоко, на том уровне, который не обмануть. Он не ошибается. Не заблуждается. Он просто... говорит мне правду.

Всю свою правду. Без остатка.

И это понимание накрывает меня оглушающей волной.

Но… Могу ли я верить себе? Не выдаю ли я желаемое за действительное?

В полном смятении я не знаю, что думать, что решить, но глупое сердце уже делает свой выбор — я неосознанно расслабляюсь и приникаю к нему.

Дрейк резко втягивает воздух, будто только что получил разрешение дышать.

Он осторожно прижимает меня к себе. Теплые губы ласково проводят по моей мокрой щеке. Не поцелуй даже — просто касание. Дыхание. Горячее, влажное.

— Я пробовал без тебя, малышка, — лихорадочно шепчет он. — Не смог. Понял, что подыхаю. Решился всё же. Пришел к Кайсу узнать про тебя. Чтобы понять, как правильней сблизиться снова. Красиво всё хотел. Узнал от него про тех двоих… и сорвало к тебе. Подыхаю без тебя, Алекс. Никто не нужен. Только ты. Навсегда.

Поднимаю лицо. Смотрю в его глаза. И поражаюсь.

Я никогда не видела его таким открытым. Без масок, без этой его вечной полуусмешки.

И смотрит на меня так, будто от моего решения зависит вся его жизнь.

Молчу. Просто смотрю в его тёмные, бездонные глаза и чувствую, как внутри что-то оттаивает. Наверно, там уходит последний лёд, который я так бессознательно, но крайне старательно взращивала эти полгода для своей защиты.

Дрейк осторожно касается пальцами моей щеки. Стирает одну мокрую дорожку. Потом другую.

— Ты же знаешь, Алекс, — говорит он тихо. — Всё знаешь. Признай. Ты ведь на самом деле моё сокровище. Только моё. И я весь-весь твой. Ты ведь знаешь это? Да?

Молчу. Просто горло сдавило. Смотрю.

И в следующий миг холодею от леденящего низкого голоса маршала Кайса Грила, переполненного спрессованным бешенством.

— Ты не должна ему отвечать ничего прямо сейчас, Алекс. Возьми паузу и подумай. Дрейк, ты немедленно отпускаешь моего ключевого спеца, пока я не выкатил тебе ряд обвинений от порчи имущества флота до попытки похищения.

Дрейк каменеет всем телом, сжимая меня в своих стальных объятиях. И я совсем уж пугаюсь от следующих ледяных слов маршала:

— Видел я уже твоё предъявление прав, когда тебя окружали мои спецы. Повторять не надо. Только поэтому дал вам поговорить. Но сейчас, я не позволю тебе давить на девочку. И не советую делать глупостей, Дрейк. Ты окружён и под прицелом. Мои бойцы точно знают, на что ты способен. Да и я тебе ошибок сделать не дам.

Глава 72. Условия

Ледяной голос маршала со зловещим шипением рассекает воздух, и мир вокруг меня будто замерзает.

Дрейк медленно поднимается. Его руки, не размыкаясь, подхватывают и помогают мне встать на ноги, а после продолжают властно удерживать в объятиях, прижимая к его высокому мощному телу.

Я чувствую, что его могучие мышцы предельно напряжены, и тихо радуюсь, что он, похоже, и не думает отпускать меня. Невольно льну к нему, отчаянно осознавая, как мне не хватало его объятий.

А потом с замиранием оглядываюсь вокруг, и сердце уходит в пятки.

Кайс Грил стоит в нескольких шагах. Его маршальский мундир сидит безупречно, подчёркивая мощные плечи, широкую грудь, идеальную осанку хищника, привыкшего к абсолютной власти.

Каменное по-мужски красивое лицо. Прищуренные ледяные глаза, такие же холодные как и его голос, в них плещется спрессованное бешенство.

А вокруг нас поодаль кольцо рихтов в боевой броне. Их оружие угрожающе нацелено на Дрейка. Я не разбираюсь, что у них в руках, но выглядит оно очень серьезно и пугающе.

Неподалёку с удивлением замечаю Гая с Варикой. Брат Дрейка пока не вмешивается, но тоже в полной боевой готовности, как и его жена. Уже научилась читать это по позам и напряжённым хвостам.

Ой! И они тоже? Мне становится по-настоящему страшно.

Дрейк же... не выглядит испуганным. Наоборот, он весь как-то расслабляется.