Проклятие для мага или сердце на троих (СИ) - Суворова Анастасия Романовна
- Вы о своей дочери, которая обивала порог моего дома целый месяц, да так и ушла ни с чем? - спросил Влад с издевательской улыбкой. - Возможно, как истинный горожанин, я должен был воспользоваться ее неискушенным умом и добраться до невинного щуплого тельца. - В толпе послышались смешки и скабрезные шуточки, а Влад делая вид, что не замечает их, продолжал: - но я ведь проповедую ложные истины, поэтому не воспользовался ее доверчивостью. Вы уж не обессудьте, - присовокупил он, как бы извиняясь, - но я предпочитаю девиц постарше - тех, кто понимает, на что напрашивается.
Глаза Амбера потемнели, наливаясь кровью. Он был похож на разъяренного быка, готового броситься на красную тряпку. Но Влад осадил его неожиданным вопросом.
- Скажите, сир, вам нравиться ваша жена? - На этот раз он поймал взгляд, человека почувствовавшего, что его загоняют в угол. - Да бросьте вы! Все знают, что не далее как на прошлой неделе вы взяли в жены дочь мясника - прекрасную шестнадцатилетнюю Лею. Говорят, у нее обворожительные пышные формы и струящиеся русые волосы. За все ее прелести вы даже простили ее отцу долги. Я, честно говоря, не стал бы платить такую цену за обладание этой нимфой, но ведь мои идеалы в расчет не берутся.
Воцарилась гробовая тишина. Амбар становился похож на вареного рака, руки его тряслись, сжимаясь в кулаки. А люди, собравшиеся на площади, неуклюже переминалась с ноги на ногу.
- Что вы молчите, Амбар? - не унимался Влад, вознамерившейся добить и без того устыженного кира. - Ответьте, Лея - ваш идеал, ради которого вы готовы принести жертву? Да или нет, Амбар? - неожиданно повысил голос Влад, и тот непроизвольно кивнул. - А теперь я обращаюсь к вам, мои сограждане, - продолжил он, разворачиваясь на каблуках к обескураженной толпе. - Вы тоже считаете дочь мясника идеалом женской красоты?
- Какой уж там идеал? - послышался голос из первых рядов, а за ним нервные смешки.
- Косматая толстуха с кривыми зубами, разве, что молоденькая, - отреагировал еще кто-то.
- Да, да, на два года моложе его дочери, - проскрипел старушечий голос.
- Значит ли это, что его идеал ложный? - спросил в свою очередь Влад уже посмеивающуюся толпу.
- Да какое нам дело до его идеалов! - отозвались горожане.
- Тогда какого беса вы копаетесь в моих? - гаркнул Влад, обводя всех присутствующих горящим взглядом. Собравшиеся снова притихли, а Вед подошел к готовому провалиться сквозь землю Амбару. - Одного на всех идеала не бывает, сир, запомните это. И радуйтесь, иначе бы вы свою красотку не заполучили, - добавил он, откровенно глумясь.
- Но есть же все-таки общепринятые ценности, - хлюпнул раздавленный Амбар.
- Ваши, не мои, - равнодушно ответил Влад и ушел, провожаемый разинутыми ртами.
Дея решила, не тратить ни минуты и, воспользовавшись замешательством толпы, двинулась в противоположную сторону от той, куда направился Влад. Глазевшие на Веда горожане, не заметили, как она нырнула в ближайший переулок и уже не кружным, а кротчайшим путем, пошла прочь из города.
Вроде, все прошло почти так как она и задумала - послание передано, народ услышал его и все же, что-то гложило Дею. Смазанной получилась ее речь, скандальной. Она помнила свою неуверенность и растерянность. Кто знает, как бы все вышло, если бы Влад не взял удар на себя. Она должна была признать, что ее сила и новые возможности вскружили ей голову.
Эта сцена на площади показала ей, что никакая часть не в силах превзойти мощью целое. Она забыла о том, что на силу свою в полной мере может рассчитывать только в лесных владениях. Они с лесом, словно единый организм. В его приделах Дея была лишь его частью, но частью чего-то столь огромного, что и не передать. В единении их мощь, а порознь каждый из них не защищен и другой организм, собравший свои части воедино, может не просто противостоять, но и раздавить их.
Как можно было самонадеянно вторгнуться в городскую среду с ее собственными законами и порядками, не подумав, что ее там не попытаются развенчать? Единственная сила, которая оставалась с ней за территорией леса - сила духа. Но и тот чуть было не дрогнул.
Только теперь Дея начала понимать масштаб личности Влада, способного заставить замолчать не только разошедшегося вельможу, но и многолюдную толпу. Если он и был всего лишь частью чего-то целого, то целое это, должно было быть поистине космических масштабов, если одно его звено было столь огромной, несокрушимой глыбой. Бессердечный, мраморный Влад - так думали о нем жители Багорта, и только она знала, что он возможно более чувственен, чем прочие, что он тщательно скрывает свою истинную суть, выставляя напоказ грубого манекена без эмоций. А может ей просто хотелось так о нем думать?
Глава 30. Картина у озера
Деи предстояло оправиться в замок, чтобы пригласить его обителей на праздник. До деревень, что прилегают к окрестностям Мрамгора новость о ее приглашение долетит дня за три, жителям же замка требовалось отдельное внимание, и тут Дея рассчитывала на содействие Вайеса. Через Яна она договорилась, что Верховный Хранитель соберет большую часть людей в одном зале, где она к ним и обратиться. Но после выступления на площади, ее преследовал панический страх перед толпой. Она уже ни в чем не была уверена, и даже поддержка Вайеса упорно не желала становиться для нее спасательным кругом.
Но мрамгорская знать была очень щепетильна в вопросах этикета, а Деи требовалась ее поддержка, поэтому еще до начала обеда она подъехала к замковым вратам. Старый конюх принял у нее лошадь, уважительно поклонился. Это немного подбодрило юную Хранительницу и она пошла навстречу своей судьбе с приподнятой головой.
Глава Мрамгора ждал Дею в кабинете.
- Входите, входите, дорогая, - радостно встретил ее Вайес, пропуская внутрь. - Я все подготовил. В эту самую минуту, в трапезном зале для торжеств начинают накрывать столы. Соберется основная часть знати, живущей в замке. Нам с вами накроют стол на подиуме, и перед тем как все преступят к трапезе, вы сможете сделать свое объявление.
- А почему трапезная? - удивилась Дея. - Разве в замке нет просто большого зала для собраний?
- Конечно есть, но я бы не хотел, чтобы вас начали засыпать лишними вопросами. И потом, большинство подданных настолько занятые люди, что порой игнорируют общие собрания. Обед, для решения вашей задачи подходит как нельзя лучше. Прекрасный зал, вкусная еда и людям не придется отвлекаться от своих дел, - Вайес хитро улыбнулся. - Я рассчитываю, что эта гастрономическая атмосфера, сделает их более доброжелательными. Кто будет задавать лишние вопросы, когда на столе тушеное вепревое колено, вареные раки, фрукты и превосходные настойки из наших погребов?
- Вы - лучший правитель из ныне существующих, - проговорила Дея, благодарно улыбаясь Вайесу.
- Я в этом не уверен, но стараюсь им быть.
Деи показалось, что Верховный Хранитель смутился. Он, конечно, не привык к такому простодушному обращению, но их с Яном поздно ознакомили с правилами этикета, а привыкнув воспринимать Вайеса, как дедушку взявшего их на поруки, они уже не могли перестроиться. Вот и сейчас он любовно усадил ее в кресло и, пошевелив в камине угли, устроился напротив.
- До меня дошел слух, что сир Амбар пытался саботировать ваше вчерашнее обращение к народу.
- Да, он действительно намеревался втоптать меня в грязь. Не уверена, что смогла бы выкрутиться без помощи Влада, - честно призналась Дея.
- Говорят, он сделал ваше выступление довольно скандальным?
- Влад отвлек Амбара на себя. Когда их ругань приобрела скабрезный характер, обо мне все тот час позабыли. И слава звездам, иначе в попытках отбиться от напористого сира, я могла бы наломать дров. В дебатах я не сильна и скорее всего моя речь стала бы не менее скандальной. Но в перепалке участвовала не я, а Влад, сохранивший мое лицо. Если честно, у меня было такое ощущение, будто он переносил меня на руках через смрадную лужу, чтобы я только не испачкала платье, сам же при этом утопал в грязи по колено. А может быть я все это напридумывала и на самом деле моя персона тут не причем. Может, ему просто нравиться быть в центре внимания, нравиться провоцировать так презираемых им людишек, - размышляла Дея вслух.
