Бальмануг. Невеста 2 (СИ) - Лашина Полина
Расстались они тогда спустя пару часов очень довольными друг другом. Даже несмотря на то, что мужчина уходил пока без нана в руке.
Недовольным был Лернавай.
– Ты дала ему надежду, Хелен. А если она не оправдается? Так ему будет еще больнее.
– Лучше делать хоть что-то и получить меньше желаемого, чем ничего не делать и поэтому ничего вообще не получить. И только потому, что кто-то заранее предполагал худшее, – огрызнулась в ответ девушка.
– Хелен, ты уверена, что магическое выгорание именно... в голове? – уточнял опекун. – Достаточно просто верить в то, что силы на месте?
Девушка пожала плечами.
– Возможно, в редких случаях у настоящего выгорания может быть физическая причина, пока мне трудно сказать.
Да, мало ли, могут быть нарушены магические потоки, как бывает у обычных людей изредка различные сбои в центральной нервной системе, из-за которых нарушаются движения или работа органов чувств.
– Но это точно не случай Риота, – продолжала она. – Ведь у него целители ничего такого не нашли, и руки-ноги на месте. Чаще мешает вернуться дару именно вера в распространенную ошибку, что якобы резкий упадок магических сил является выгоранием. После чего люди даже не пытаются восстановиться. Ой, может, эту идею тоже ракасы запустили в общество магов? Так удобно убирать противников, убивая их не физически, а мыслями, причем их собственными! Оставить от некогда сильного противника лишь его жалкое подобие – разве это не по-ракасовски... подло?
– А у тебя откуда такие необычные идеи? – напрягался рядом Лернавай.
Не скажешь же ему, что в другом мире в академиях кроме истории человечества, более развитого, нежели в этом мире, в том числе и на подлости, еще и психологию студентам преподают. Им в универе отдельным курсом преподавали "Психологию игры", также она знала, что в маркетинге так вообще полно манипуляций. Но нужно привести пример на местных манипуляторах.
– На авайнов насмотрелась, эйр Лернавай, – сухо ответила ему. – Общение с Тарохафиндами в детстве, которое я теперь смутно вспоминаю, показало, насколько они уверены, будто являются лучшими воинами в этих землях. Но вдруг это не так? Голины и шитеры тоже сильны и быстры, и так далее. Однако авайны, задрав нос, уверяют всех, что они лучшие. И все народы им верят! А самое обидное, что сами авайны в это верят и поэтому отваживаются лезть куда не надо, при этом побеждая раз за разом. Так что я уверена, что можно убедить кого угодно в чем угодно при желании, а там и результаты подтянутся...
– И после этого вы не видите, что она менталист? – с такой претензией Лернавай развернулся к задумавшемуся Кагматту.
– В этом нет никакой магии, эйр Лернавай, только наука, – задрав нос спорила Хелен. – Так же как артефакторика доступна любому образованному человеку, разбирающемуся в теории полей и потоков, не обязательно магу, как я уже говорила. Считаю, что искусство убеждений, как и риторики вообще, подвластно любому, кто в принципе умеет разговаривать. И кому достаточно вовремя заставить работать голову... Но не для обвинений, а чего-нибудь благожелательного...
– Смолкли оба! – прервал их зарождающийся спор герцог. – Хелен, я удивлен, насколько обширное образование дали тебе, уж извини, провинциальные бароны. Раймонд, Хелен права. Свои таланты, какими бы они не были, нужно направлять не только на пресечение ненужного, но и на развитие нужного. Того, что нам самим хочется или нужно.
Дознаватель сцепил зубы и молчал. А Хелен так хотелось показать ему язык, поражаясь своему глупому детскому желанию.
– Хелен, если ты не против, я могу опробовать твою теорию еще на ком-нибудь?
Конечно, Хелен не возражала. Она здесь наверняка для того, чтобы исправить баги этого мира. И раз ей дали тело эйры с магическими талантами, значит, наверняка ей доверили улучшать магическую сферу. И немного артефакторику, раз она из технического мира прибыла. А что насчет приемов торговли и новых товаров, так это идет бонусом, так сказать, личное хобби.
И да, неосмотрительно было так умничать в присутствии герцога и графа. Но Хелен чувствовала, что времени остается мало, оно, как песок сквозь пальцы утекало, а нужно было столько еще успеть! Так что она совсем не прочь часть своих идей переложить на тех, кто готов их подхватить и способен продолжить. Например, вдохновение выгоревших магов переложить на герцога. Тем более он менталист, если кому и быть в этом мире психотерапевтом, то именно ему.
Только бы старший дознаватель не разгадал ее секрет раньше времени! А то он с каждым разом всё ближе подбирается.
***
Бонус о разговоре Лернавая и Артама (и другие), не вошедший в книгу, так как это прям совсем дополнительный минирассказ и не по графику, можно найти в ТГ #polinarasskazhet и ВК https://vk.com/worldsofpolina
Глава 19
Глава 19
Возвращение Хелен в академию было феерическим. Она помнила, что Уеаткон не отчитывался студентам, куда делась Бальмануг. Не знала, рассказывал ли что-либо Вакрок ребятам. Но что ее встретят... вот так, не ожидала.
В принципе, день сам по себе хорошо начинался. Уже ранним утром, когда она спустилась в малую столовую, чтобы позавтракать до отъезда, встретила там Вакрока. Вся остальная семья Кагматт тоже была в столовой в столь ранний час. Неожиданно, но все выделили время, чтобы проводить ее, вернее, позавтракать вместе перед временным расставанием. И это тронуло сердце девушки. Даже несмотря на то, что старшая чета Кагматтов засыпала ее наставлениями, а Тезер явно ревновал. Только непонятно кого к чему – что Хелен теперь будет больше времени проводить с Вакроком, или что они оба будут "развлекаться" в академии, как заявил младшенький, "пока он страдает от тирании Абурса".
– От чего ты страдаешь? – показательно удивился тогда Тобиас Кагматт с мягкой улыбкой, когда сын сказал такое за столом. Вакрок при этом тоже хмыкал, пряча улыбку. – Смотри, как бы твои слова не дошли до ушей самого Абурса. Тогда ты точно узнаешь, что значит страдать.
В академию Хелен отправилась в одной карете с Вакроком, и уже от одного их совместного пребывания сердечко девушки выбивало чечетку, приходилось сильно стараться, чтобы ни единым мускулом лица не выдать своей радости. Вот когда пригодились заунывные уроки бывшей компаньонки эйры Тревор. Не мешало наслаждаться поездкой даже присутствие Агуэлы, которая сопровождала их, не положено же молодых оставлять одних наедине. А в академии первым ее встречал сияющий широкой улыбкой Уеаткон. Хотя студентам положено возвращаться в стены родного заведения еще вечером предыдущего дня, но Бальмануг сделали и такую поблажку.
За воротами, уже на территории самой академии, их встречали другие ребята. Но если Норда о своем прибытии скорее всего предупредил Вакрок, то некоторые другие студенты, в том числе незнакомые Бальмануг, непонятно откуда взялись.
И как у всех стали вытягиваться лица, когда Хелен в сопровождении Кагматта и Уеаткона и в новенькой студенческой форме вошла во внутренний двор! Можно было писать картину "Не ждали". Даже поджидающий друга Норд точно не знал о возвращении Бальмануг – настолько у него было ошарашенное выражение лица.
– Хелен? – первым всё же отмер Норд Сарват, поторопившийся навстречу приятелям. – Ты?! Мы уже подумали, что ты бросила учебу!
– Нет, так просто вы от меня не отделаетесь, – улыбнулась ему девушка.
– О-о! – фонтанировал радостью парень, подходя ближе. – Мастер Дор'оэнес будет рад тебя видеть. Грых подери! Да мы все рады, что ты вернулась! Ты где так долго пропадала?
– Да так, разные дела были, – скомкано ответила девушка, не желая откровенничать при посторонних, коих было много.
Парень закидывал ее вопросами, а сам недовольно косился на Вакрока, взглядом обещая приятелю спросить, что за тайны от него такие. Остальные зеваки, которые вроде до этого шли по своим делам, останавливались и глазели на них. Ну, конечно же, скандально известная Бальмануг вернулась, да еще вдруг оказалась вместе с Кагматтом, с которым она то дружила, то внезапно ссорилась. Они заявились в академию утром! Вместе! На одной карете, причем с гербом семьи Кагматт, о чем наверняка разболтают если не охрана, то слуги, что уже утащили вещи девушки в жилой корпус. Причем граф Уеаткон, если верить последним сплетням также увивался за студенткой, теперь стоит рядом с этой парочкой и улыбается! Да что происходит?