Бальмануг. Невеста 2 (СИ) - Лашина Полина
Оказалось, что в госпитале действительно используют особые металлические шкафы, где разложенные на решетках инструменты очищали раскаленным паром, а сами устройства стоят в отдельных помещениях. Гостей отвели, показали, как те шкафы устроены.
– Но разве пар не мешает? – спрашивала Хелен, заглядывая в недавно открытый шкаф, пока еще пышущий жаром, где остывала партия скальпелей и чего-то подобного, и видя конденсат на содержимом. – То есть после влажной обработки приходится всё сушить, и бинты так вряд ли обработаешь.
Хелен не знала детально, как с такой задачей справляются медики в ее мире, но почему бы самой не додумать.
– А без пара, то есть воды нельзя обойтись? Если просто прокаливать воздух?
Как в духовке, например. Интересно, сколько нужно градусов, чтобы убить все бактерии? И есть ли у магов термометры?
– Получается слишком большой расход кристаллов, – ответил ей маг помоложе. – Обычное топливо мы не можем использовать для подобных шкафов, иначе будет грязно в помещении. Приходится использовать силосодержащие кристаллы, но в случае с воздухом, а не паром получается более затратно...
– Если улучшить теплоизоляцию шкафов, то расход кристаллов можно значительно уменьшить! – сообщила Хелен. – И в этой комнате не будет так жарко.
– И горячим воздухом сложнее управлять. Как обеспечить равномерную обработку? Внизу инструменты слишком перегреваются, сверху недостаточно, – добавил маг.
– Значит, надо продумать принудительную вентиляцию замкнутого цикла внутри шкафа, – проговаривала Хелен, быстро записывая в своих листах. Склонив голову, она не видела, как переглядывались мужчины. – О, еще звуковой и световые "датчики" можно предусмотреть в конце завершения работы. И "таймер" чтобы можно было выставлять время обработки...
Она уже попросила несколько дней назад вертала Ари сделать секундомер, подробно объяснила требуемое, сама бы не осилила выполнить такой механизм. Теперь придется озадачить его еще новыми идеями, таймер тоже нужен.
– Простите, эйра, что вы сказали? – переспросил один из лекарей, не расслышав бормотание девушки.
– Ох, простите, это... наши, артафакторские словечки... – мило улыбнулась Хелен и засыпала мужчин новыми вопросами, чтобы не цеплялись к ее иномирным словам, опять некстати проскочившим.
О том, что она сделает все-таки носилки, высоко приподнятые и на колесиках, девушка просто поставила перед фактом лекарей. Надо же ей свою идею в академии доделать. И будет приятнее, если ее задумка в дальнейшем упростит работу санитаров.
– Чтобы с операционного стола больного можно было легко перевести в палату, даже один человек с такой работой справится, – объясняла Хелен, зачем нужна каталка-носилки. – И кровать можно тоже улучшить. М-м, чтобы она регулировалась по высоте, углам наклона разных частей, ручки можно предусмотреть по бокам, чтобы больной мог сам вставать... И тоже на колесики можно поставить, с тормозами, конечно.
В своей прошлой жизни девушка с настоящими кроватями-трансформерами в больницах, к счастью, не сталкивалась. Но смутно помнила по сериалам о врачах, что медицинская мебель тоже бывает навороченной.
– Чтобы кровать менялась по высоте? – хохотнул маг помладше. – Зачем?
Целитель из тех, что постарше, задумчиво нахмурил брови и повернулся к Артаму.
– Эйр Уеаткон, это возможно сделать?
Тот глянул на Хелен, а она ответила:
– Не обещаю, что результат будет быстро, но вы, эйр Уеаткон, можете заказать разработку подобных улучшений в академии нашему факультету. Тогда даже платить за патент не придется. Что касается носилок, заказ на которые одобрил декан Эмирит, то они почти готовы, только немного доработаем со студентом Гарратом, и всё.
Да, вряд ли она сможет заинтересовать двергов изобретениями на больничные койки, лучше оставить это осебрутажцам. Как раз пусть корона оплачивает затраты на разработку. Да и других студентов можно будет приобщить к делу, будет им чем заняться.
– "Нашему факультету"? – переспросил лекарь помоложе. – Эйра учится в академии?
И неосознанно провел рукой по волосам приосаниваясь.
"А он думал, что Уеаткон, известный ловелас, просто для компании притащил сюда одну из своих девиц?" – возмутилась про себя Хелен.
– Да, эйра Бальмануг учится на артефактора и уже много интересных штук придумала, – добавил с гордостью Тезер.
– Я же говорила, что самокатные игрушки не мои, а дверговские, я только колеса им улучшаю, – тихо прошипела в сторону младшенького Хелен, заметив, как округляются глаза у местных целителей.
Хватит с нее чужого внимания, дядя уже попенял, что она в столице успела прославиться. Так ведь можно привлечь внимание той недружелюбной родни.
В любом случае лекари впечатлились и теперь именно ради Хелен провели расширенную экскурсию, куда только не заводя "будущего артефактора". Теперь девушка с наиболее любопытным Тезером шла впереди с целителями, а Артам с Вакроком следовали за ними в конце делегации, разговаривая о чем-то своем.
В одном из второстепенных коридоров они наткнулись на больного, который, сидя на лавке, швырял нож в деревянную панель на стене напротив. А затем подтягивал его к себе обратно за тонкую веревку, привязанную к рукояти. Конечно, веревка мешала полету и меткости, нож чаще соскакивал, из-за чего небритый мужик в помятой рубахе ругался.
– Сверрин, вернись в палату, – строго велел один из целителей, когда они всей компанией повернули в тот коридор.
Мужик зыркнул на них из-под косматых бровей, как раз подтащил за веревку к себе нож ближе, и прямым, но нецензурным текстом ответил врачу, куда тому идти.
Пока один из сопровождающих извинялся перед эйрами за те грубости, что нельзя было говорить "отличившемуся капралу, удостоенному особой награды" в присутствии дам, а другой приблизился к самому больному и выговаривал ему, мужик огрызнулся:
– Когда меня уже выпустят из этой грыховой шараги? Чтобы я уже пошел да упился до смерти! И сдох в канаве. Лучше бы помереть в объятиях грудастой красотки, но на меня теперь и продажные женщины не взглянут. Я не просил меня спасать такой ценой! Так что теперь рот мне не затыкайте!
Артам и Вакрок догнали их, подошли поближе, чуть оттеснив девушку. Вакрок тоже сделал замечание мужчине, чтобы тот не выражался при дамах. Поэтому досталось и парню.
– Тебе, красавчику, хорошо говорить! Тебе девки небось не отказывают, сами вешаются. А мне куда теперь такому, – мужик хлопнул себя по одному колену, и Хелен поняла, что ниже у него пустая штанина.
– Тебе предоставят бесплатно кресло с колесами, – подпрягся Уеаткон. – И ты сможешь вернуться к семье...
– Какой семье?! Не успел я ее завести, а теперь уже и не будет! – ярился мужик. – Ничего теперь не будет! Только и осталось что сдохнуть в канаве.
Так вот кому достанется одно из ее кресел, которые просил Уеаткон, поняла Хелен, глядя на пациента, сгорбившегося и нервно дергающего в руках ножик. Она смотрела на его осунувшееся лицо, давно небритую тяжелую челюсть, лихорадочно блестящие глаза и понимала, что мужчине в первую очередь не инвалидное кресло нужно, а работа с психотерапевтом. Только где в этом мире такого взять?
Извиняясь за поведение больного, сопровождающие предложили эйре Бальмануг пройти дальше, но девушка уперлась.
– Капрал – это ведь офицерское звание? Вы, эйр, обучены грамоте? – спросила она у самого пациента в мятой несвежей одежде.
Тот на какой-то миг опешил, а потом в грубой форме высказал, что он не эйр, но если дамочка думает, что он неграмотен, то ей следует... Уеаткон с братьями Кагматтами его вовремя заткнули, тоже чуть не на грубости переходя. Хелен опять вмешалась, пытаясь успокоить мужчин.
– Отлично, капрал... Сверрин. – Ей подсказали имя. – Тогда прежде, чем сдохнуть в канаве, вы можете выделить немного личного времени, которого, как я понимаю, у вас теперь больше, чем бы вы хотели, на уроки грамотности?...