Так сошлись звезды (СИ) - Абалова Татьяна Геннадьевна "taty ana"

Яся остановилась.

Мелькнула догадка, от которой у нее самой прошелся по спине холодок: только известие смерти Стефании могло бы заставить регента выдать себя. Должен же у него дрогнуть хоть один мускул?

Ведьма села на кровать и закрыла лицо руками. Когда она стала такой кровожадной?

От мыслей отвлекала мучительная жажда. «Не случайно еда оказалась пересоленной, а вина – хоть залейся. Или ты напьешься до бесчувствия, или выйдешь в поисках воды. Кто выйдет – тот следующая жертва».

Словно в подтверждение ее слов в дверь осторожно постучались.

– Извините, у вас не найдется воды?

Не успела Яся ответить, как тот же голос вдруг вскрикнул от ужаса и на высокой ноте прервался. Что–то темное наползало в комнату из–под двери. Яся присела и при свете свечи разглядела, что это кровь. Еще теплая, остро пахнущая.

В дверь с силой ударили несколько раз. Злобный вой заставил зажать уши, а когда он стих, послышались шум волочения тела и удаляющиеся шаги зверя.

Не медля ни минуты, Яся надела охотничьи бриджи, заплела туго косу и выбралась в окно. Утром, рассматривая внутренний двор и стену, она заметила, что дворцовые ярусы отделяет парапет, по которому можно добраться до соседнего окна. Как подруги выяснили еще в лесу, окна Даурики выходили на сторожевую башню.

Ночной ветер насквозь продувал тонкую рубашонку, но камень здания еще сохранил дневное тепло, поэтому пальцы не замерзали и цепко хватались за выступы. Стукнув два раза в стекло, Яся увидела испуганное лицо Даурики, которая, узнав подругу, быстро открыла окно.

– Ты слышала? В коридоре кто–то кричал? – шептала «кузина», помогая Ясе забраться.

– Да. – Огненная ведьма мягко спрыгнула с подоконника. – Моя соседка попалась на хитрость ликанов, вышла водички попросить. Но я не за этим сюда пробралась. У меня есть идея, как вынудить регента открыться. Нужно вызвать его ненависть, ошеломить. Например, выкрикнуть: «Стефании больше нет!»  Он в ней души не чает и хотя бы вздрогнет.

– Фи, он не поведется, – махнула рукой Даурика. – Пока не увидит доказательства.

– Значит, нужно эти доказательства добыть!

– Ты что! Из замка не выбраться! Видишь, какие страсти творятся в коридорах? Оборотень разорвет любую, кто выйдет из комнаты.

– Вот скажи мне, кузина, зачем приглашать в замок невест, а потом убивать их? После сегодняшней ночи наверняка кто–нибудь еще откажется от сомнительного титула королевы и попросится домой. И что девушка в первую очередь расскажет родителям? Что ночью одну из невест загрыз зверь? Как тогда поступит ее отец? Будет рад, что дочь осталась жива, и уберется восвояси или расскажет о беде остальным отцам, вызвав их возмущение?

– Что–то не вяжется. Регент не дурак, ему не нужна война.

– И я так думаю. Поэтому уверена, что ни одна невеста не покинула замок.

– Но убитых же не оживишь? Возмущение все равно последует.

– А ты уверена, что есть убитые? Ты видела хоть один труп? Той, что потерялась в лесу? Или той, что загрызли этой ночью?

– Нет.

– И я нет. Сегодня, когда кричала соседка, я увидела кровь. Ты знаешь, мы с Хушшем охотились в горах, и я с закрытыми глазами могу определить, где человеческая кровь, а где – нет. Так вот, кровь, что затекла в мою комнату, не была человеческой. С нами играют. Запугивают, чтобы мы отказались от идеи стать женами регента. Мертвых нет.

Даже при свете свечи стало заметно, что Даурика побледнела.

– Яся, а как же тот оборотень, в лесу? Получается, он не хотел убить, а лишь напугать?

– Теперь и я так думаю. Толкнул бы тебя лапами в спину, подышал над шеей, пустил слюну, и ты побежала бы проситься домой. Пусть его труп останется на совести тех, кто затеял игру.

– Но рядом с ним лежит моя лошадь. Яся, когда они найдут труп, они узнают, кто убийца!

– Отговориться всегда можно. Ты знала, что на тебя нападает оборотень? Нет. И я  – нет. Мы увидели волка и защищались. Вместе. Мы – сестры.

– Но будут ли с нами разговаривать? Вдруг они догадались, кто мы?

– Поэтому действовать нужно быстро. Одно дело пугать, другое убить. Мне нужна Стефания.

– Яся, неужели ты пойдешь за ней в лес?

– Даурика. Неправильный вопрос. Ты должна кричать: «Яся, неужели ты пойдешь убивать невинную старушку?» Я тебя не узнаю.

– Я хочу одного – чтобы мы выжили. И я не понимаю твоей язвительности. Тебе нужна смерть Стефании или нет?

– Нужна. Но не настоящая. Мы тоже поиграем с волками. Давай придумаем, что заставит регента уверовать, что Стефания мертва? Пусть через мгновение Игнеску поймет, что его обманули, но нам будет достаточно увидеть смятение в его глазах.

– Можно показать какое–нибудь кольцо, – начала рассуждать Даурика. – Желательно вместе с отрезанным пальцем. Моему соседу однажды прислали такую посылочку, а потом выяснилось, что его брат жив и здоров, и он зря выкуп отдал. Повелся на обман.

– Фу, о чем ты говоришь? Даже если мы найдем палец, – Яся растопырила свои, – мы не знаем, носит ли Стефания кольца.

Ледяная ведьма приуныла. Она взяла кувшин и налила вина.

– Мы даже не представляем, как выглядит эта старушка, – вздохнула Яся.

Даурика вертела в руках бокал, всматриваясь в кровавый цвет вина. Оно явно натолкнуло ее на мысль:

– Яся, может, я сейчас скажу глупость, но я точно знаю, что все окровавленные головы издалека выглядят одинаково. Я видела их торчащими на пиках на центральной площади моего города, когда казнили разбойников.

– И где мы возьмем голову? Прибьем одну из невест?

– Я ее сделаю. – Даурика сунула нос в кувшин. – Из вина. Помнишь, я сотворила ледяной купол, когда тушила дерево в лесу? Та магия гораздо сложнее, чем простая заморозка вина.

– Будет похоже?

– А то! Представь: ты держишь голову за жидкие волосы, а с нее капает кровь. И кто усомнится, что она ненастоящая, если ты еще и крикнешь: «Ликан, вот голова твоей Стефании!»? Регент обязательно выдаст себя!

– А как долго продержится твоя магия?

– Сколько тебе надо, столько и продержится.

– Я не хочу, чтобы в важный момент она растеклась винной лужей у моих ног.

– Не растечется. – Даурика поболтала кувшином и задумчиво произнесла:

– Вина маловато. Придется задействовать сам кувшин. А что? Вполне напоминает голову.

Она приставила его к щеке, чтобы Яся сравнила.

– И еще мне нужны волосы.

– Ты вморозишь их в вино?

– Да.

Яся распустила косу, срезала ножом, который вытащила из сапога, толстую прядь и передала Даурике. Та повертела волосы, прежде чем засунуть их в кувшин.

– Издалека будут выглядеть, как седые.

– Смотри, чтобы утром служанка кувшин не унесла. И заверни его в скатерть. Если спросят, скажи, вдруг опять пить не дадите, я, мол, стала запасливой.

– Хорошо, так и сделаю.

Яся поднялась с кровати, шагнула к окну, но вдруг в нерешительности остановилась. Она повернулась к Даурике и порывисто обняла ее.

– Я сейчас хорохорюсь, – зашептала огненная ведьма, – а на самом деле до ужаса боюсь, что в нужный момент не исполню свое предназначение. И погублю нас обеих. Я никому не говорила, но у Башуры меня посетило видение – белый волк просил: «Не убивай!». А вдруг регент Игнеску Тодору и есть тот самый белый волк?

– Мы выкрутимся. Все будет хорошо. Обещаю. – Даурика поцеловала подругу в щеку.

– Спасибо тебе.

– Спокойной ночи, милая

– И тебе ночь без кошмаров.

Даурика, как только закрыла окно за Ясей, села на кровать. Устало провела ладонью по лбу.

– Ясенька, – зашептала она, – ты только найди, кто из них регент. Остальное мы с лордом Торешем сами сделаем.

Глава 7. Деревня ликанов и дорога к замку

– Бабушка, откройте! Я привезла Тодору Игнеску. Он ранен.

Дверь небольшого дома мгновенно открылась, и сухонькая старушка с тревогой и неверием на лице вышла на крыльцо. Увидев телегу, в которой лежал окровавленный регент, всплеснув руками, кинулась к ней.