Дом под землей (СИ) - Давыдова Ирма

Некоторое время ещё были слышны их шаги и негромкие комментарии, слова в которых Эмили с трудом разбирала, настолько сильно было её волнение. Но вот на улице затихло, и они выбрались из своего укрытия.

Дальше путь лежат по уже не такой тёмной улице, и Эми наконец заметила то, что ускользало от неё до сих пор: Кевин был бледен. Куда сильнее, чем обычно, к тому же его виски покрыла странная испарина.

— Брат, ты в порядке?

Эмилия хотела было взять Кена за руку, но тот как-то странно одёрнул ладонь. Из-за этого движения полы плаща немного распахнулись, и взгляду девушки открылось то, что заставило её сердечко застучать так громко, что даже страх перед смотрителями показался милыми проделками Черни. Потому что по серой футболке брата расползалось отвратительного вида кровавое пятно.

Глава 28

— Кевин…

— Не сейчас! — парень отмахивается, почти рыча, и пытается идти всё с той же скоростью. — Сперва дойдём до безопасного места. Идти ещё минут двадцать, не больше.

— Двадцать⁈ — Эмилия ахнула, не сдержавшись. Но тут же прикрыла ладошкой рот и продолжила уже намного тише. — Это слишком долго даже если бы ты не двигался. Мне нужно оказать тебе помощь.

— Святая Чернь, Эми! — рявкнул Кен. — Если останемся здесь, то нас точно заметят. И я не смогу тебя защитить, это ты понимаешь?

— Если истечёшь кровью, никто не защитит нас обоих. Братишка, не упрямься…

Она впустила в голос мягкие нотки, вспоминая как делала это уже много раз. Помогала брату успокоиться, остыть и прийти в себя. И несколько вдохов спустя до Кевина действительно дошло, что если он упадёт в обморок от чрезмерной кровопотери, то Эми даже не сможет сама вернуться в «Дом». И никто не придёт за ней. Задание окажется выполнено, вот только какой ценой?

Они пристраиваются у ближайших же мусорных контейнеров: Кевин садится прямо на землю, а Эмили склоняется над ним. Рана — явно от колющего оружия, не выглядит опасной, да и края довольно чёткие. Такую бы промыть, забинтовать и уложить парня на несколько дней в госпиталь под бдительный присмотр госпожи Вазайски, отпаивая настойками и целебными отварами. Прошла бы неделька, не больше, и Кен был бы опять в строю. Но здесь, в пыльном проулке, нет ни больничной койки, ни отваров. Единственное, что могла сделать Эмилия, так это перебинтовать брата по всем правилам.

Аккуратным движением она подтянула вверх край пропитавшейся кровью футболки, и молодой человек слегка поморщился от этого движения. Всё верно, он ранен уже так долго, что кровь начала запекаться. Знать бы ещё, как получил эту травму, но каждое слово, каждый лишний вздох только заставят кровотечение усилиться.

Покопавшись в наплечной сумке, девушка вытащила оттуда дезинфицирующую настойку, которая вообще-то была технической и использовалась для очистки загрязнённых плат, и свёрнутую тканную ленту.

— Прости, сейчас будет немного жечь.

На самом деле, жечь должно было довольно сильно, и Эмили надеялась только на то, что Кен не рухнет в обморок, но уже из-за болевого шока. Однако нет, парень лишь морщится посильнее, стискивая зубы и сквозь них бормоча ругательства, и девушка посчитала это хорошим знаком.

Дальше в ход пошла тканная лента, которую вначале сложили втрое, сделав таким образом основу, и только после этого Эмилия начала процесс бинтования. Насколько это было возможным осторожно, она делала обороты вокруг тела брата так долго, пока не закончилась ткань. И только после этого смогла хотя бы относительно спокойно вздохнуть.

— Всё, вытекать кровь больше не будет, — прошептала она. И, заметив, что брат собрался было подняться, положила ладошку ему на плечо. — Нет-нет, пока что сиди, иначе закружится голова.

Кевин промолчал, только едва заметно кивнув, и Эми закусила губу. Технически она провела все необходимые манипуляции. Но кровь уже покинула организм Кена, притом в большом объёме. Оставшейся жидкости явно не хватает для хоть сколько-то сносной работы тела, и это понятно даже по тяжёлому дыханию и неестественной бледности кожи.

— Нам нужно дойти до укрытия, — всё-таки прошептал Кевин. — Иначе можем попасться на глаза следующей группе смотрителей.

— Как часто у них рейд?

— Кажется, — короткая пауза, ведь даже небольшая речь даётся парню с трудом. — Кажется, каждые тридцать минут.

— Значит четверть часа у нас ещё есть в запасе, — проговорила Эмили, пристраиваясь брату под бок. — А потом обязательно пойдём, хорошо? Ты — сильный, и быстро восстановишься. Но пока просто прикрой глаза.

Она говорила ласково, почти воркуя над больным братом. Успокаивала, а заодно усыпляла бдительность, но это было продиктовано не только заботой — ей очень нужно, чтобы Кевин попросту не обратил на её действия внимания.

Замерев рядом с расслабившимся братом, Эмилия также закрыла глаза, призвав внутреннее зрение. Как она и подозревала, особо сложной рана не была, и потому зеленоватых всполохов — верных признаков болезни, в чёрных лентах Кена почти не имелось. Вполне возможно, он оказался даже в лучшем состоянии, чем Грэг, который днём раньше пришёл к госпоже Вазайски, но всё равно был нестабилен. Сейчас Кевину необходим был покой, а главное — восстановить водный баланс, но никак не носиться по Среднему. Вот только брат прав. Их могут обнаружить в любой момент, и что после этого произойдёт одной Черни только известно. Поэтому девушка сделала глубокий вдох и начала ментально проводить те манипуляции, которые ей уже очень давно запретили делать.

Оставив чёрные ленты в покое, она ещё сильнее углубила внутреннее зрение и мысленно начала переплетать узор. Сейчас тот был довольно рыхлым и грозился вот-вот развалиться на части, но Эми допустить такого не могла. Пальчики в её воображении уже затягивали растрепавшиеся нити, поправляли узелки, распутывали то, что не должно было запутаться. В общем, делали всё то же, что и любой опытный врачемаг. В теории Эмилия им и была, переняв все навыки от Виты Вазайски, вот разве что давненько не практиковалась. А всё оттого, что так и не овладела самым главным навыком целителя — контролю собственной силы. Она попросту не чувствовала границ, и даже примерно не понимала, когда работает ещё с потоками энергии пациента, а в какой момент подключает уже собственный потенциал. Для врачемага это было грубейшей ошибкой, которая могла стоить даже жизни, притом обоим, и именно поэтому в своё время госпожа Вазайски прекратила уроки. У Эми была сила врачемага, навыки и талант. И всё это оказалось бесполезным просто потому, что девушка не видела границ.

Но прямо сейчас ей было плевать на все запреты. Неважно, какой ценой, но она просто обязана была восстановить потенциал старшего брата и позаботиться о нём так же, как он всегда заботился о ней. Поэтому и продолжала делать узелок за узелком, возвращая первоначальному узору силы его крепкость.

Честно говоря, за временем она и вовсе не следила, надеясь получить результат в отведённые четверть часа. Зато, как выяснилось его внутренне отсчитывал Кевин.

— Пора, — прошептал он на ухо сестре, привлекая её внимание. — Кажется, отдых действительно помог, и можем двигаться.

— Отличная новость.

Кен, ещё бледный, но уже без этой противной испарины на лбу и висках, поднялся на ноги и с удивлением отметил, какой что это движение далось ему довольно легко. А ещё, какой неловкой стала Эмили.

— Ноги затекли? — спросил он, оглядывая сестру с головы до ног.

— Наверное. Идём?

Он взял ладонь Эмилии в свою, совсем как в детстве, и они зашагали в нужном направлении.

Каждый шаг давался парню всё легче и легче, и оставалось только радоваться, как вовремя организм решил подключить какие-то свои скрытые ресурсы. Пожалуй, напрягало его только одно — сестра то ли переволновалась, то ли просто оказалась недостаточно развита физически, и прямо сейчас скорость их движения существенно замедлилась.

— Эми, не спи. До места уже рукой подать.

Девушка лишь кивнула, действительно немного ускоряя шаг. В принципе, теперь сделать это стало возможным, ведь она как раз закончила процесс восстановления сил брата, который было довольно хлопотно осуществлять находу.