Время лжи (ЛП) - Хейл Карина

Я снова ощупала горло. Температура кожи возвращалась в норму, но сердце колотилось, как барабан.

- Я в порядке.

Он кивнул, но не выглядел убежденным, а потом выключил камеру.

- Осталось 20 минут. Пройдешь со мной третий этаж? Я пойму, если откажешься.

Я не хотела ничего делать, лишь вернуться в машину и в их квартиру к Джен и Жирному кролику, хоть это звучало смешно. Но в тоже время рядом с Дексом мне казалось, что все хорошо. Призраки почему-то не показывались Дексу. Только мне. Пока я с ним, я буду в порядке. Я на это рассчитывала.

- Хорошо, сделаем это, - сказала я и шагнула на ступеньку.

Декс схватил меня за плечо и сжал.

- Уверена? Ты здесь мое самое ценное оборудование.

Я улыбнулась ему.

- Да, я в порядке. Если она и выйдет сейчас, мы ее хотя бы снимем.

- Мы играем с огнем, - улыбнулся Декс. Он был рад продолжать, шоу для него было важным, но я видела, что он немного напряжен, ведь он вел меня через эти пытки.

Я тоже была напряжена, но хотела пройти через это. Если отвернусь, особой разницы не будет. Призрак появился в его квартире и кричал. Они были всюду, куда я шла. Эта мысль тяжелым камнем опустилась в мою грудь.

Мы поднялись на третий этаж и вошли в коридор, который освещал только фонарь на полу. Часть его оборудования валялась там, включая ФЭГ, прислоненный к стене. Огоньки мигали, он записывал.

Декс поднял камеру и указал на коридор.

- Теперь попробуем открыть каждую дверь и посмотрим, что будет.

Я кивнула и пошла во тьму с фонариком в руке. Было слышно только наши шаги и стук моего сердца. Мы остановились у первой двери. На ней не было номера. Я замерла, а потом потянула за ручку и посмотрела на Декса и камеру.

- Где все, кстати? - спросила я шепотом.

- О чем ты? - он автоматически понизил голос.

- Когда я была внизу, я слышала людей в комнатах. Но я не видела медсестер. Они бросают так людей? Это нормально?

Он пожал плечами.

- Возможно. Если тут у них другой распорядок дня, сейчас может быть сончас. Уверен, где-то там бродит Раундтри. Там, где был я, было больше ста пациентов, но одна медсестра могла бы справиться с ними, пока они должны спать.

- Как они могут спать сейчас? - было ужасно рано.

- Не знаю. Можем спросить в четверг у доктора. Но пока что у нас мало времени. Просто… открой дверь.

Я вздохнула и попробовала. Я положила ладонь на рукоять, меня ударило током, и я пару секунд не могла говорить и двигаться. Я словно трогала включенную лампочку.

- Ого, током ударило! - воскликнул Декс. - Я это видел. Ты в порядке?

Я кивнула, придя в себя, но теперь трогать ручку не хотелось. Я отпрянула и сказала:

- Теперь ты.

Декс скривился в тусклом свете, но шагнул вперед, вытянув руку. Он положил ладонь на ручку…

…и затрясся, его зубы застучали.

- Декс! - завопила я и приблизилась, не зная, можно трогать его или нет.

Но он резко перестал и убрал руку от двери.

- Шучу.

Он улыбнулся мне. Я в гневе ударила его по плечу. Сильно.

- Это было не смешно, зараза!

- Смешно, - сказал он, улыбаясь, хотя улыбка медленно угасала.

Я скрестила руки и покачала головой.

- Нет. И теперь ты открываешь все двери.

Он надулся, но потом понял, что я злюсь. Как он мог шутить над этим после того, что случилось со мной? После всего, что я ему рассказала. Бессовестный.

- Прости, малыш, я просто…

- Открывай дурацкую дверь, - сказала я.

Он быстро кивнул и попытался. Ручка повернулась, и дверь открылась от толчка плечом.

Мы замерли на пороге, я посветила фонариком. Сначала мы видели лишь пыль в луче, но она уселась, и мы увидели за ней узкую комнату с одной кроватью, рукомойником с мутным зеркалом над ним, шкафом и дверью в уборную, а еще столом. Окно было зашторено, тяжелая занавеска не пропускала свет снаружи.

- Так они выглядят внутри, - выдохнула я. - Это ужасно. Жить так…

Декс молчал. Он открыл дверь шире, надавив при этом на ручку, и прошел внутрь. Я не хотела идти за ним. Я осталась на пороге.

- У тебя так же было? - спросила я. Не могла перестать связывать это. Было сложно так не делать. Мы были в психбольнице, и о ней многое знал тот, кто был в ней. Два года. Я все еще не могла поверить.

- Отчасти, - неохотно ответил он. - Было просторнее. Это было в Нью-Йорке, у меня тогда было немного денег. Но стиль такой же.

Мне снова было его жаль, хотя пару секунд назад я злилась. Я выдохнула недовольно, злясь на свои глупые чувства.

- Что такое? - спросил он, оглянувшись в темноте.

- Ничего, - быстро сказала я. - Что теперь? Снимать комнату? Тут толком ничего нет. Не знаю, что ты хочешь найти.

- Можешь войти и закрыть дверь.

Я могла. Но не хотела.

- Зачем?

- Просто… делай.

Я оглянулась на пустой черный коридор за собой и задумалась, не следило ли что-нибудь за нами. Я поежилась. Опасно было везде.

Я прошла в комнату, стараясь не шуметь, и медленно закрыла дверь.

- Готово, - сказала я.

- Теперь выключи фонарик.

- Серьезно?

Он оставил камеру на краю рукомойника. А потом подошел к кровати, где был заплесневелый матрас, и сел. Он похлопал на место рядом с собой.

- Садись и выключи его.

Я не знала, что он задумал, но мне не нравилось. Я послушалась. Потому что у Декса была способность вести себя правильно, когда все шло не так.

Я села рядом с ним, тут же ощутила холод. Я поежилась от мысли о плесени.

Декс забрал у меня фонарик, выключил и оставил его на полу. А потом он обвил меня рукой и прижал плечом к плечу.

- Что ты делаешь? - с подозрением спросила я.

- Пытаюсь тебя успокоить.

Да? Я не видела в темноте этой тесной комнаты на заброшенном этаже психобольницы. Успокоиться тут я не могла.

- Все хорошо, Декс, - сказала я и подняла его руку с меня. Он убрал ее и молчал. Я понимала, что он думает о другом. - Что мы…

- Тихо, - прошипел он.

Я закрыла рот, не дышала и слушала. Сначала я слышала только дождь снаружи, редкие порывы ветра.

А потом уловила. Шаги в коридоре. Не как те, что я слышала раньше, принадлежавшие девушке. Эти были медленнее, осторожнее. Я пожалела, что убрала руку Декса.

- Что… - я открыла рот, но он прижал палец к моим губам и держал там. Несмотря на обстоятельства и растущий страх, частичка меня хотела погрузить его палец в рот.

Мы слушали, тихие, как статуи. Шаги приблизились.

Они были все ближе.

И ближе.

А потом остановились у двери. Декс убрал палец и обхватил мои плечи, удерживая так, словно я хотела убежать. Я хотела, но так я бы столкнулась с тем, что за дверью.

Ручка задергалась. Повернулась. Декс ее запер и не зря. Она все гремела.

Я нервно смотрела на камеру, снимающую дверь, и поняла, что сделал Декс. Но что делать, если существо войдет?

Ручка перестала двигаться. Раздался тяжелый стук, заполнил комнату, окно задребезжало. Раздался шорох, словно человек (существо?) прижалось к двери и слушало.

И все прекратилось. Снова раздались шаги, ушли по коридору. Мы слушали, как они утихают в ночи.

Мы выждали пять минут, тихо дыша. Эти пять минут были самыми долгими в моей жизни. Декс ослабил хватку на моих плечах, а потом и убрал руку.

Я прижалась к нему, его лицо было неподалеку. Я прошептала:

- Что это было? Ты знал, что это произойдет?

- Отчасти. Люди говорили, что охранник убил себя. Повесился на этом этаже в одной из комнат. Подошел, видимо, слишком близко к пациентам, а один из них был особо… хитрым. Он играл с ним. Тот убил себя, и люди рассказывали, что он ходит по коридорам, убеждается, что все спят. Не думаю, что он опасен, но… я бы не хотел узнать, что бывает с теми, кто не в комнате.

- Но ты это слышал? Шаги? И как ручка шумела?

- Да, - он звучал удивленно, почти обиженно. - Надеюсь, и камера записала. Тогда мы ходили сюда не зря.

Я спрашивала, потому что Декс ничего не видел. Порой мне казалось, что только я улавливаю необычное. Может, так и было. Но хорошо, что это восприняли мы оба.