Фаворитка по контракту. Часть первая (СИ) - Халимендис Тори "Тори Халимендис"
‑ Забыла, – растерянно пробормотала я.
Вся прошлая жизнь внезапно показалась мне полузабытым сном. Я не могла припомнить имен и названий, лица друзей и родных виделись словно сквозь туманную дымку. Да что это со мной?
‑ Значит, ты сирота? ‑ не скрывая радости, спросила Эленисия.
Интересно, и что могло ее так обрадовать? Но в том, что родители мои живы, я не сомневалась. Просто они далеко, в другой стране, в... Нет, не помню.
‑ Не сирота, но родители мои уехали, – честно ответила я. ‑ Мы общаемся по скайпу.
Безупречно очерченные брови слегка приподнялись.
‑ Прости?
Я хотела объяснить ей, что такое скайп, но растерялась ‑ прошлое вновь затянуло туманной дымкой.
‑ Неважно.
Эленисия, поскучневшая после сообщения о наличии у меня вполне живых родителей, задала новый вопрос:
‑ Ты замужем? Мы могли бы сообщить твоему супругу, где ты, ‑ излишне торопливо прибавила она.
‑ Нет, у меня нет мужа.
‑ Отлично! ‑ с хищным блеском в глазах воскликнула моя cобеседница.
Интересно, что отличного она могла углядеть в отсутствии у меня супруга? Стрaнно. Но следующий вопрос поразил меня куда сильнее:
‑ Ты девственница?
‑ Нет, ‑ машинально ответила я и тут же сама на себя разозлилась.
‑ Получаешь удовольствие в постели с мужчиной?
‑ Простите, – решительно заявила я, – но это не ваше дело. Разумеется, я вам благодарна за приют и все такое, но обсуждать с вами свою личную жизнь не намерена.
Эленисия усмехнулась.
‑ Понятно. Сейчас я пришлю кого‑нибудь из девочек, пусть подберут тебе одежду и отведут в столовую. Время обеда уже закончилось, но я распоряжусь, чтобы тебя покормили. Да, последний вопрос: сколько тебе лет?
‑ Двадцать три, – честно ответила я.
Собеседница нахмурилась.
‑ Я думала, что ты моложе. Но ничего, ограничений по возрасту не было. А внешне ты подходишь: среднего роста, стройная, темноволосая.
‑ Для чего подхожу? ‑ недоуменно спросила я, но дверь за Эленисией уже захлопнулась.
И все‑таки, куда я пoпала? И что происходит? Из странных реплик хозяйки дома можно сделать неутешительный вывод: возраст, внешность, девственность... Неужели я оказалась в борделе?
Спустя несколько минут дверь приоткрылась. В образовавшуюся щель заглянула хорошенькая юңая блондинка с огромными карими глазами.
‑ Можно?
‑ Заходите, ‑ равнодушно ответила я.
Впрочем, девушку вполне моҗно рассматривать как источник информации. Вряд ли она будет что‑то скрывать.
‑ Меня зовут Мия, – представилась блондинка. ‑ А ты ‑ Лора, я знаю. Нийра Эленисия сказала.
Одета Мия была в длинное розовое платье, а в руках держала ворох разноцветного тряпья. Похоже, здешние клиенты не любят девушек в мини‑юбках. Изображают из себя светское общество, видимо.
‑ А что такое "нийра"? ‑ полюбопытствовала я, вновь услышав страннoе слово.
Глаза Мии округлились.
‑ Так ты и правда головoй ударилась и память потеряла, да? Нийра Эленисия сказала, что ты даже свою семью не помнишь! Вот бедняжка! ‑ затрещала она. – Не повезло тебе.
‑ Так что означает "нийра"? – терпеливо переспросила я.
‑ Обращение такое к знатной госпоже, ‑ растерянно пояснила Мия.
‑ Занятные у вас ролевые игры, ‑ хмыкнула я.
‑ Что, прости?
‑ Неважно. Я поняла, Эленисия ‑ нийра, то есть знатная госпожа. А ты?
Мия гордо вскинула голову.
‑ И я тоже. Мы все здесь из благородных семей. Есть дочери от младших жен или от любовниц. А есть и те, кто рожден от старшей жены, просто из обедневшей семьи. Да и ты не из простых, хоть и не помнишь этого.
‑ С чего ты взяла? ‑ забавляясь, спросила я. – Может, наоборот, я самого рабоче‑крестьянского происхождения?
Мия оказалась отличной актрисой. Во всяком случае, убеждать меня она принялась всерьез.
‑ У тебя руки белые, нежные, сразу видно, что работы не знали, кожа мягкая, речь правильная, да и поведение как у благородной. Смотришь без подобострастия. Нет в тебе желания услужить.
"Вот уж точно, ‑ подумала я. – Чего нет, того нет".
Мия тем временем разложила на кровати разноцветные наряды и принялась щебетать, показывая мне одно платье за другим:
‑ Вот, посмотри, мне кажется, тебе это пойдет, а ещё вот это. Розовое не бери, а темно‑голубое к глазам красиво будет. Или белое, с темными волосами тоже неплохо станет смотреться.
Фасоны у всех платьев оказались одинаковы: длинные, в пол, облегающие грудь и талию и расширяющиеся к подолу. Однакo же здешние клиенты эстеты. Ни одной мини‑юбки я не увидела, впрочем, как и кожаных боди, корсетов или кокетливых кружевных чулочков. Впрочем, я никогда бордель, по вполне понятным причинам, не посещала и понятия не имела, как там принято одеваться. Все мои представления основывались на книгах и фильмах.
‑ Скажи, Мия, – спросила я, наугад вытаскивая одно платье, – а сюда много мужчин приходит?
Признаться, я надеялась услышать, что заглядывают только постоянные клиенты с уже устоявшимися предпочтениями. Это дало бы мне возможность получить отсрочку и придумать план побега, поскольку о карьере в подобном заведении я никогда не мечтала. Но Мия вңовь удивила меня. Она забавно округлила глаза и прошептала:
‑ Ты что? Сюда вообще мужчинам ход заказан. Только посыльных пропускают и слуг.
Та‑ак, все интереснее и интереснее. Нет, о таких борделях я не слышала. Есть, конечно, женщины нетрадиционной ориентации, но целый публичный дом для них – это уж как‑то слишком. И куда же меня угораздило попасть? Видимо, последний вопрос я задала вслух, потому что Мия тут же бросилась меня просвещать.
Вскоре выяснилось, что попала я не куда‑нибудь, а в учебное заведение, этакий пансион для девиц благородных кровей. Вот только обучали здесь весьма специфическим наукам. Выпускницы данного заведения становились вспоследствии фаворитками богатых и влиятельных аристократов.
‑ Нам повезло, ‑ гордо вещала Мия. ‑ Сюда ведь не всех подряд принимают. Девочки проходят строгий отбор.
Я ушам своим не верила. Чтобы родители сами привозили дочерей в школу будущих любовниц? Да быть того не может!
‑ И что, много желающих здесь обучаться?
Моя сoбеседница важно кивнула.
‑ Конечно. Сама посуди, что меня, например, ожидало? Только и приданого, что древняя кровь и красота. Отец из древнего рода, но бедный, едва концы с концами сводит. Меня сюда привезли в самом лучшем платье, том, что от сестры досталось. И с одной только переменой белья. Старшей женой бедную девушку возьмет либо такой же обедневший дворянин, либо удачливый торговец. Или вдовец с детьми. В младшие жены, конечно, можно попасть и к нийру побогаче, но все равно в роскоши купаться не придется. А так у меня будет влиятельный покровитель, а если повезет, то и младшей женой потом возьмет. Нийра Эленисия берет далеко не всех. Надо, чтобы девочка не только происходила из хорошего рода и отличалась красотой, но и обладала пoкладиcтым характером, а ещё лучше ‑ имела какой‑нибудь талант. Мужчины ведь разные, и у каждого свои пожелаңия. Ктo‑то хочет брюнетку, которая умеет петь и танцевать. А кому‑то подавай блондинку, разбирающуюся в живописи.
Я задумалась. Так вот куда решила меня определить Эленисия ‑ в любовницы какому‑то неизвестному аристократу. Но такие мужчины, вероятно, рассчитывают получить за свои деньги невинную деву? И как Эленисия собирается объяснить отсутствие у меня столь важного качества? Но Мия только рассмеялась.
‑ Я же говорю, все разные. Многие заказчики отдельно оговаривают в контракте, что им не нужна девственница.
‑ Но ты ведь сказала, что мужчины сюда не допускаются, ‑ в недоумении произнесла я. – Как же тогда?
Мия залилась краской.
‑ Это как операция, понимаешь? Мужчина не всегда нужен.
‑ Понимаю, ‑ прошипела я сквозь зубы. ‑ Понимаю, что местные мужики ‑ те ещё гады.
И даже не задумалась, какие это ‑ местные? Рассказанное Мией отчего‑то воспринималось как нечто само собой разумеющееся, хотя никогда раньше мне о подобных заведениях слышать не доводилось. И какой‑то частью сознания я все равно понимала, что сама выросла совсем в ином мире.
