Вергилия Коулл - Черный код
Макс издал сдавленный звук, и я невольно втянула голову в плечи.
— Ты злишься, что я так поступила?
Он помолчал.
— Не знаю. Не знаю, Анита. Может, это самая правильная вещь, до которой я не додумался сам. Возможно, твое «ненастоящее» предсказание сбудется, и мы с Дашей все-таки увидимся снова. Возможно, ты захочешь вернуться на родину одна, когда устанешь жить со мной.
— Я буду рядом, — повторила я. — Ты же сам сказал, что твой дар нам пригодится. Я научусь жить с ним и извлекать пользу, как научился и ты.
Макс неохотно кивнул.
— Ты ведь и сейчас что-то видел, да? — сообразила я. — Поэтому ушел?
— Не хотел тебя напугать, — беспомощно пробормотал он.
— Ты не скажешь, что увидел?
— Нет, — это уже походило на стон.
Внутри скрутился тугой комок страха. Это никогда не закончится. Его борьба с самим собой — никогда не закончится.
— Ты хочешь, чтобы это сбылось?
— Черт возьми, да!
От сердца немного отлегло. Если Макс не хочет мешать новому видению, значит, оно не так уж плохо. Он и сам уже немного расслабился. Я ощутила, как сильные мужские руки ползут вверх по моим плечам, пальцы ласково касаются шеи, приподнимают подбородок.
Макс чуть склонил голову, впился взглядом в мои губы, сглотнул.
— Чувствую себя мальчишкой рядом с тобой, — сдавленно пробормотал он.
В моем представлении Макс никогда не был мальчишкой. Детство слишком быстро заканчивается, если ты не такой, как все. Мне суждено было убедиться в этом на собственном опыте. Но неловкость, которую вдруг начал испытывать Макс наедине со мной, умиляла и согревала теплом изнутри. После стольких сеансов виртуального секса он, как и я, с трудом привыкал к реальности.
Говорят, счастье может «обрушиться» на человека. Когда слишком сильно о чем-то мечтаешь, а потом получаешь — полной мерой, безраздельно, навсегда — не знаешь, что со всем этим делать. А Макс, похоже, мечтал обо мне еще со времен конной школы.
Чтобы подбодрить, я положила ладони на его сильные плечи и несмело улыбнулась.
— Я потороплюсь, если… — Макс оборвал себя на полуфразе.
— Нет, — я покачала головой, — наоборот. Ты ужасно тормозишь.
Медленно наклонившись, он прижался лбом к моему лбу, и я услышала тихий шепот:
— Ты — лучшее видение, которое у меня когда-либо было, Синий Код. Я всю жизнь любил тебя одну.
— А я не знала, что такое любовь, до встречи с тобой.
Мои губы пронзило током, когда Макс коснулся их. Я зажмурилась, обхватила его за шею. Наш второй реальный поцелуй. Без надрыва, без боли, без страха потерять друг друга, как случилось в первый раз. Теперь в неторопливых движениях мужских губ я ощущала открытие, узнавание. Он знакомился со мной, а я — с ним, и это нравилось нам обоим.
Постепенно страсть охватывала нас все больше. Касания перестали быть осторожными. Настоящее, первобытное желание, которое всегда так будоражило меня в Максе, проснулось, заставило его дыхание учащаться, а руки — жадно срывать одежду. Моя кожа горела от его ласковых прикосновений. Я хотела Макса, просто умирала от необходимости лежать под ним и вбирать в себя все, что он сможет мне дать.
Именно в этот момент он оторвался от моих губ, оставляя на них легкий влажный след. Я заскулила, мысленно умоляя не останавливаться сейчас, не лишать нас обоих удовольствия. Макс взял меня за руку, заглянул в глаза.
— Хочу тебя, — произнес он низким сексуальным голосом, от которого мурашки побежали по коже, — пойдем.
Господи, я бы душу дьяволу продала, чтобы Макс говорил мне эти слова каждый день!
В спальне нашлась кровать, и, сбросив с нее покрывало, мы устроились, тесно прижимаясь друг к другу.
— Я помню эту родинку, — пробормотал Макс, освобождая от одежды мою грудь, — как же все в голове перепуталось…
Я обхватила его лицо ладонями и заставила встретиться взглядом.
— Ты привыкнешь. Научишься путешествовать по мирам моего воображения и не теряться. А я научусь следовать твоему умению видеть. Обещаю.
Его взгляд озарился тихой радостью.
— Надеюсь, видения теперь будут только приятными.
Несколько ловких движений, треск неосторожно надорванной одежды — и вот Макс уже внутри. Он начал двигать бедрами, глубоко врываясь в меня и заставляя стонать от удовольствия. Нет, ни один виртуальный секс не мог сравниться с тем, как это ощущалось в реальности. Тогда мое воображение было ограничено, сейчас наши тела лишились ограничений. Я чувствовала Макса на себе, внутри себя, вокруг себя. Скользила пятками по его бедрам. Выгибалась для его ненасытных губ.
Затем в порыве чувств потянулась сама, прижалась губами к вздувшимся венам на шее Макса, ощутила капельку его пота на языке. Его грудь была тоже влажной. И спина. И наши бедра. Я скользила ладонями по его коже и жмурилась от удовольствия. Окончательно растворилась в нем. Поднимала бедра навстречу в одном с ним ритме до тех пор, пока Макс не начал мотать головой и хриплым голосом умолять остановиться.
Он кончил через несколько мгновений после меня, обильно заполняя изнутри горячей спермой. Стиснул в объятиях так, что ребра затрещали, пощекотал дыханием шею. Я лежала, распластанная под тяжестью его тела. Макс пометил меня, сделал своей, навсегда связал с собой. И я растворялась в этих ощущениях.
Потом я лежала на его груди совершенно без сил и слушала дыхание. Лениво размышляла о прошлом и будущем, наслаждалась минуткой покоя в настоящем.
— Реальная ты в сто раз лучше, — пробормотал Макс мне в макушку, — хотя я, наверно, буду скучать по нашему шикарному виртуальному траху.
Я стукнула его кулачком по ребрам. Покусала губы.
— Прости, что не верила тебе, — покаялась тихонько. — Ты так просил меня верить, а я постоянно сомневалась.
— Ничего, Синий Код, — Макс потрепал меня по плечу. — Признаться, я сам себе не верил хренову тысячу раз.
— Но ты видел что-то подобное? Счастливое завершение нашей истории?
— Нет. Все, что я видел — это побег.
— В том самом фургоне?
— Да. Тогда-то я и решил, что не должен влиять на тебя. Судьбе лучше знать, как вывести нас на свободу.
— Это точно, — я вздохнула, вспомнив волнительный побег. — Видимо, это, действительно, судьба, раз даже после того, как я все испортила, у нас получилось удрать. Значит, та загадочная «Она» из списка, это все-таки я?
Макс усмехнулся.
— Когда мне пришло первое видение о тебе, я не мог ничего понять. Прекрасная незнакомка на лошади…
— Которая потом с этой лошади благополучно свалилась, — ворчливо перебила я.
— Но заинтриговала меня своим появлением. Я понятия не имел, как тебя искать и существуешь ли ты на самом деле. С одной стороны хотел увидеть еще раз, а с другой.