Е.Н. Отт и Ехидна (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна
![Е.Н. Отт и Ехидна (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна](/uploads/posts/books/289427/289427.jpg)
Е.Н. Отт и Ехидна (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна краткое содержание
Соня - обычный мастер по маникюру. Работает в салоне, воспитывает дочку, живет на зарплату. Муж?
Был. И лучше бы сплыл, так ведь в покое не оставляет. И нервы треплет, и проблемы создает, и нет им конца и края.
Родных нет, трудности есть. Такое бывает.
А еще есть енот, совершенно случайно подобранный на улице. И такой уж хороший енот, просто золото. И умница, и красавец, и характер замечательный...
И вовсе он ничего не погрыз, и не поджег, и не взорвал, и не разобрал на атомы, и магия тут совершенно ни при чем. Правда-правда.
И ведьма тут ни при чем, она просто мимо проходила.
Е.Н. Отт свидетель. А уж он-то врать не будет.
Е. Н. Отт и Ехидна
Глава 1
Е. Н. Отт и Ехидна.
Ехидна встретила енота
Енот печально ждал чего-то
А как ехидну увидал
Воскликнул: «Это я попал»!
(народное творчество)
Глава 1.
Рамира. Е. Н. Отт.
— Эжен, зачем тебе нужна эта бледная моль? Она же совсем не в твоем вкусе?
— Для коллекции, разумеется. Бабочка, стрекоза, моль…
— Не знаю. Какая-то она страшная. И волосы серые, и груди нет, и ноги, небось, кривые!
— Настоящие мужчины трудностей не боятся!
— Если что — обращайся, я такое зелье знаю — все трудности преодолеет!
Мужчина расхохотался, толкнул своего кузена в плечо.
— Хорошо, Марк! Но я верю в свои силы!
И даже не заметил, как кузен покривился и отвернулся. Евгений Н. Отт мало обращал внимания на чувства окружающих. Зато имел все основания быть довольным собой. Он молод, он красив, он богат и знатен! И чего вам еще надо?
От отца он унаследовал высокий, почти два метра, рост, и мускулистое телосложение, от матери — голубые глаза и золотые кудри. И уже от деда — громадное состояние, которое родители не успели растратить на гулянки и любовников обоего пола. Хотя и очень старались.
Ему всего-то тридцать шесть лет, ему еще лет десять погулять можно, потом, конечно, он найдет себе подходящую девушку для продолжения рода, женится и заведет ребенка. А лучше — двоих-троих детей. Будет их воспитывать, как дед его воспитал, будет учить, передавать опыт. Но это потом, потом…
А пока можно отдыхать и развлекаться. Дела идут, его присутствия пока не требуется, управляющие воруют в меру, приглядывая друг за другом, и можно ненадолго забыть обо всем.
Вот оно поместье друга. Вот целый цветник прекрасных дам. Ну и эта…
Нельзя назвать Марину Линдли красавицей. Действительно, и невысокая, и страшненькая, неприметная вся, волосы в гульку стянуты, глаза не пойми какого цвета, но захотелось вот! Потянуло на селедочку после тортика.
И то… последняя любовница Эжена, милейшая и достойнейшая Кларинда Алмазини, отличалась потрясающим темпераментом. В постели он, конечно, Евгения устраивал. Но когда дама рядом с тобой за час шесть раз переходит от счастья к слезам?
О, нет! Такое ему не скрасит даже восхитительная пышная грудь и умелый во всех отношениях ротик.
А вот эта Марина может подарить ему новые впечатления.
Скромница, не красавица, ну так что же? В любой приличной коллекции бабочек должна быть моль!
С тем Евгений и направился к девушке, собираясь начать с комплиментов. И был перехвачен хозяйкой дома, милейшей литтой Рейнард.
— Эжен, мальчик мой! Удели минуту старушке!
Ага, старушке! Яна Рейнард, несмотря на свои восемьдесят лет, растерзала бы любого, кто намекнул ей на возраст. Ей — можно строить из себя слабую и немощную старушку. А всем остальным лучше не злить бабушку, а то ведь сожрет без соли и перца.
— Яна, скажите, кому надо уделить внимание, и я обязательно займусь почтенной литтой. А вы мне еще вальс должны, — Эжен призвал на помощь все свое очарование, но глаза у Яны остались серьезными и грустными.
Почему?
— Эжен, я заметила твой интерес к Марине Линдли. Я настоятельно прошу тебя прекратить все — ВСЕ поползновения в ее сторону.
Эжен поднял брови.
— Яна⁈
Литта* Рейнард всегда считала, что молодые должны делать глупости. А дело старших проконтролировать, чтобы не было непоправимых последствий. И пусть учатся на собственном опыте.
И побольнее, пожалуйста!
*- обращения на Рамире. К аристократам литт, литта, к простолюдинам — тилл, тилла. Прим. авт.
И вдруг такие слова?
— Эжен, Марина очень… своеобразная девушка. Я знаю твое отношение к женщинам и к браку, поэтому прошу тебя — не надо.
— У нее влиятельная родня?
— Ммммм… пожалуй, нет. Эжен, тебе мало моей просьбы?
Эжен только плечами пожал.
— Хорошо, Яна. Только ради вас.
Яна Рейнард только головой покачала. В восемьдесят лет уже не хочется быть дурой, да и не получится.
— Мне дорог был твой дед. Если что — приходи. Постараюсь помочь.
Эжен поцеловал пожилой литте руку — и откланялся. Любопытство разгорелось еще сильнее, и отказывать себе ни в чем он не собирался. Интересно же!
Итак, Марина Линдли, литта, восемнадцати лет от роду… устоишь ли ты передо мной?
Эжен прикинул силы и сроки. Да, пожалуй, две недели будет достаточно. Может быть, три, но не более.
И забегая вперед, он угадал. Марина Линдли пала в его кровать ровно через две с половиной недели осады. *
*- неделя на Рамире — 10 дней. Прим. авт.
Марина В. Линдли совершенно искренне считала себя девушкой практичной.
Да-да, главным своим достоинством дева почитала именно здравый смысл. Она не красавица, и с этим надо смириться и жить дальше. Безусловно, косметическая магия может сделать красотку из кого угодно. И так же легко ее можно развеять или исказить. Сделаешь себе золотые локоны, а соперница чуточку постарается — и будет у тебя на голове зеленая пакля. Бывали случаи.
Магия дело тонкое, с ней надо быть осторожной. Так что… не будет у нее груди пятого размера. И шикарных локонов тоже.
А вот здравый смысл — вполне.
И гласит он, что девушке надо удачно выйти замуж. Особенно если талантов у нее нет, а бабка-ведьма есть.
И вовсе это не метафора даже.
Да, бабушка, да, ведьма. Род у них такой, регулярно в нем ведьмы рождаются, ничего нового, ничего необычного. Талант такой. Кто-то ушами шевелит, кто-то пятизначные числа в уме перемножает, а у них ведьмы в семье. Правда, не каждое поколение, но сильные. Бабка сильная, мать и Марина не ведьмы, но может, в следующем поколении кто-то и появится?
А вот от кого это следующее поколение рожать — важный вопрос.
Марине нужен был муж.
Старше ее, понятно, мужчины и гуляют дольше, и взрослеют позже. И исключения тут только подтверждают правило.
Богатый. Цену деньгам Марина хорошо знала. Сиротой она осталась в девять лет, в результате несчастного случая. Никто не виноват, просто так получилось. Сбой портала — и люди просто ушли в небытие. Их признали мертвыми, выплатили компенсацию, а Марину и еще нескольких детей устроили в хорошие пансионы, с полной оплатой. Король был щедр.
Такое случается, увы. Магия бывает капризна и непредсказуема, деньги не смягчат боль от потери близких, но что-то король сделать может. И сделает.
Так что росла Марина в очень приличном обществе, заводила знакомства на будущее, казалась всем этакой серой мышкой без амбиций. А оказалась — крысой.
Бабушка к ней, кстати, приезжала достаточно часто. К себе она внучку взять не могла, работа не позволяла, с ведьмами могут жить только ведьмы. Но помогала, учила, она же добавила к списку достоинств будущего мужа еще одно. Достаточно мягкотелый, чтобы им можно было управлять. Ласково, незаметно, аккуратно… нет-нет, лезть в дела мужа Марина не собиралась.
Все равно она не разбирается в делах, просто мужчина не должен быть тираном. Дома главная жена, за пределами дома главный муж. Этого Марине будет достаточно.
Остальное для нее значения не имело. Внешность, родственники, что там еще может быть у мужчины? Это все неважно!
Пусть он будет богат и достаточно управляем, а дальше…
Ума хватит у Марины, а зелий у бабушки.
Пансион, в котором она училась, действительно был лучшим. И детей туда направляли даже аристократы, так что Марина приглядывалась, заводила знакомства, прощупывала почву.
Аристократы стараются не родниться с ведьмами, силы разные, но — что поделать, если власть и деньги в руках у аристократии?
Да Марина и не ведьма. А что там дети-внуки, какие силы они наследуют… вот когда они будут, тогда и будем думать. Сейчас-то чего дергаться?