Ванесса Фитч - На весах судьбы
— Это мне и в голову не приходило, — возразил Рой, поднимаясь со стула. В его движениях сквозила обычная элегантность, — Я бы скорее считал, что ты появилась во время звездопада, окутанная облаком неземных ароматов. Только без этой досадной сдержанности, — добавил он. — По правде сказать, поначалу я решил, что ты лжешь, чтобы придать любовному гнездышку, которое вы свили с Эрлом, налет романтизма.
— Так я и подумала, — вздохнула Бетти. Почему ему на ум всегда приходит только плохое? Я и содержанка, и разлучница, и лгунья…
У нее задрожала нижняя губа, но она прикусила ее, чтобы не расплакаться. Какая разница, что думает Маклинн?
Бетти повернулась и пошла к двери, но Рой оказался там раньше, преградив ей путь.
— А твоя мать тоже здесь? — спросил он, остановив взгляд на ее губах.
Губы Бетти снова задрожали, но она быстро опустила голову, чтобы спрятаться от пронзительных серых глаз, которые имели такое выражение, как будто Рой вот-вот накроет ее губы своими.
Ей пришлось бороться с сильнейшим искушением сказать, что да, мать находится здесь, прилегла вздремнуть после полудня и может проснуться в любую минуту, после чего спустится вниз, потребует познакомить ее с Маклинном, пригласит его на чашку чаю и заговорит до полусмерти. Что, если он испугается и уедет?
Но она знала, что не сможет солгать ему, даже вынужденно, как делала еще совсем недавно. Зачем укреплять Роя в том невысоком мнении, которое он и так составил о ней!
— Мать уехала в Америку. А что?
— А отец? — проигнорировал Рой ее вопрос, перекрыв его встречным.
Бетти искоса взглянула на него. Он что, никогда не уймется?
— Отец умер.
Сочувствие, появившееся в глазах Роя при этих словах, было последней каплей. Бетти не нуждалась в его сочувствии.
— Мы не были слишком близки, — быстро произнесла она. — Я всегда была для отца досадным приложением. Вот моя мать действительно заслуживает сочувствия. Она до сих пор не может понять, как ей жить дальше! — Бетти резко замолчала, наливаясь краской гнева, хотя сама не могла сказать, чем вызвана подобная реакция.
Ее отношения с родителями, и в частности с отцом, никого не касались. Бетти никогда не обсуждала эту тему ни с кем, даже с Эрлом и Анной, потому что они, похоже, и сами все понимали, потому-то и старались проводить с любимой племянницей каждую свободную минуту. Зачем же еще специально заводить неприятный разговор?
И зачем она сказала об этом Рою?
— Прости, — сухо произнесла Бетти, — ты стоишь у меня на дороге. Пусти, у меня еще масса дел. Когда будешь уходить, не забудь закрыть калитку.
Произнося эти слова, она плохо представляла себе, какой окажется реакция Роя. Но меньше всего ожидала, что он послушается. Ведь ей казалось, что… Впрочем, она и сама не знала, на что надеялась. Только, уж конечно, не на то, что услышит звук удаляющегося «роллс-ройса».
Бетти не ожидала, что Рой уступит ей без борьбы, пусть даже чисто символической. Внезапно она осознала, что застыла посреди гостиной, прислушиваясь к тишине. Ей пришлось напомнить себе, что пора снова приниматься за работу. Недовольно ворча что-то под нос, она направилась вверх по лестнице, продолжая размышлять.
Итак, интерес к ней Рой потерял. Ну и что? Нужно радоваться и благодарить небеса за избавление. Ведь кто мог поручиться, что ей удастся удержать его, на расстоянии, пожелай он чуть усилить натиск? А уж что-что, а настаивать на своем он умеет!..
Примчался, чтобы побеседовать с ней. Во всяком случае, так он сказал. О чем ему нужно было поговорить — неизвестно. Но скорее всего, все о том же — что она должна стать его любовницей. Очевидно, подготовил какие-то новые, более убедительные доводы. Но затем вдруг уехал, даже не попытавшись заставить ее выслушать все, что он хотел сказать. Только лишний раз пообщался с ней, и все. Причем в тот момент, когда она была не в самом лучшем виде.
Бетти вздрогнула, как будто ей внезапно стало холодно. Потом подошла к комоду и принялась перебирать сложенные там вещи. Ей не слишком нравилось это занятие, но выбора не было.
— В коттедже не очень много нужного, — сказала мать во время одного из телефонных разговоров. А затем добавила, сильно расстроив дочь: — Но если тебе попадется на глаза синий галстук-бабочка в белый горошек, пришли его мне. Когда-то я подарила его твоему отцу на счастье. Ему предстояло принять участие в чрезвычайно важных правительственных переговорах. Помню, они прошли очень успешно и мы приехали к тебе, в наш коттедж, чтобы провести уик-энд. Это был последний раз, когда мы собирались там все вместе. Мне кажется, что галстук остался в коттедже. Возможно, ты найдешь его среди остальных вещей.
Послушать мать, так этот галстук был самым дорогим сокровищем мира — еще одним экспонатом в коллекции, позволявшей ей чувствовать связь — почти физическую — с человеком, которого она любила больше самой жизни. Бетти была уверена, что никогда не испытает подобного чувства. Ей не хотелось достигать подобных глубин самоотречения и разрушения собственного «я».
Галстук она пока что не нашла. Перебирая вещи родителей, которыми они всегда пользовались во время редких приездов, она чувствовала, как в ее груди нарастает ощущение отчужденности, к которому она привыкла много лет назад — примерно в то время, когда осознала, что ни отец, ни мать не жаждали ее появления на свет.
Заметив вдруг, что порядком проголодалась, Бетти испытала облегчение. Это был повод прекратить на сегодня работу, перетащить вниз бумажный мешок с мусором и ненужными вещами, а также, пока она будет мыться под душем, решить, что приготовить на ужин. Потом, если возникнет подходящее настроение, можно будет поужинать за установленным во дворе столом, любуясь красками заката.
Она как раз спускалась по лестнице, волоча за собой мешок, бивший ее сзади по ногам, когда в гостиной опять появился Маклинн.
— Давай помогу, — деловито произнес он.
Потеряв на мгновение дар речи, Бетти ошеломленно наблюдала, как Рой взял из ее внезапно онемевших рук мешок и понес его вниз. Делового костюма на нем уже не было. Он был одет в синие джинсы и клетчатую рубашку.
— Куда положить мешок? — спросил Рой, но Бетти была настолько поражена его внезапным появлением, что не издала ни звука. Она лишь прикусила нижнюю губу и медленно двинулась вниз со ступеньки на ступеньку, держась за перила, потому что ноги ее вдруг ослабли.
Затем она так же безмолвно открыла дверь чулана и засмотрелась на игру мускулов на спине Роя, пока тот втаскивал мешок внутрь и устанавливал его в углу. Дверь он закрыл сам. Бетти быстро отступила на шаг, чувствуя, что сердце сейчас выскочит из груди. Самым большим потрясением для нее стало то, что она неожиданно осознала, что рада видеть Маклинна. И это было ужасно глупо с ее стороны!