Юлия Андреева - Валюта смерти

– Я все-таки убил его. Убил вашего Харона. Что же теперь?

– Харона, в смысле, Константина Захаровича, убить нельзя, он мертвый, – попыталась утешить его Аня, только теперь осознавая, что Захарыча рядом нет.

– Он не был мертвым. – Яша стащил с себя мокрое до нитки пальто, джемпер и начал выжимать его. – Завербован агентами «Нави» после смерти его семьи. Думаю, сами же и подстроили. Гады!

– Но он… он же считал себя умершим. Думал, что они живые, а он умер!

– Может, ему внушили, что он умер. Наверное, не так больно осознавать, что умер ты, а любимая женщина и дети остались живы. Приятнее осознавать, что продолжаешь работать, чтобы обеспечить семью. Впрочем, я в «Нави» не бывал и как они действуют в таких случаях не знаю.

– Не был мертвым! Не был, а ты его! – Аня скинула куртку и вошла по колено в воду. – Его еще можно спасти!

– Да фиг с ним. На «Навь» можно и дохлым работать. Он мне еще должен быть благодарен, от лишних проблем подлюку избавил. Теперь, глядишь, не постареет ни на день, супругу не разочарует. Смекаешь? В определенном смысле – мертвым получается выгоднее.

Холодная вода сразу же сковала Анино тело, заставляя выстукивать зубами дробь. Она попинала немного дно ногами, надеясь нащупать лежащего на дне Захарыча, потом согнулась и, опустив в ледяную воду руки по локоть, начала рыскать там в поисках тела.

Ничего не получилось.

С берега Яша, как ни в чем ни бывало, наблюдал за ее мытарствами.

– Хотя бы помог. Мужик называется. – зашипела на него Аня, трясясь всем телом и плача от сковавшей пальцы боли.

– Если я простужусь – заболею и умру, тебе же и твоему другу ничего не сделается.

– Наверное, ты прав. – стуча зубами и трясясь всем телом, Аня выбралась на берег и тоже начала стягивать с себя одежду.

Даже если Константина Захаровича отнесло течением, рано или поздно он выплывет живехонек, то есть мертвехонек, но это уже детали. Ни ему, ни Ане с этого купания точно уже ничего не сделается, чего не скажешь о ее ребенке.

А если он, испугавшись подобного обращения, вдруг родится раньше времени прямо здесь – в Мире Мертвых? Или не родится вообще, умерев во чреве? Наверное, последнее было бы наилучшим исходом. Во всяком случае, не пришлось бы голову ломать, что будет после его рождения.

Но Аня вдруг почувствовала, что независимо от того, что еще произойдет дальше с родимой планетой, с миром, в котором она выросла, – ей по фигу. На первом месте был ее ребенок, неважно – девочка это будет или мальчик. Мессия или посредственность, главное, что ее малыш должен жить. Жить и быть счастливым!

Было бы неплохо развести огонь и обогреться, и в данном случае, Анне было наплевать на то, что ее может засечь охрана «Нави», другое дело, что в насквозь мокрой одежде не могло оказаться ни одной сухой спички. Аня порылась в карманах и извлекла оттуда отказавшуюся работать зажигалку.

В это время горизонт начал желтеть. Выбивая зубами трещетку и не пытаясь вновь напялить промокшую одежду, Аня направилась было в сторону «Нави». Что ж теперь делать, ну исчез куда-то Захарыч, ей-то что, главное, что она, клиентка, оплатившая тур, никуда не уехала, да еще и пострадала. Должны же они войти в положение, обогреть, дать временный приют.

– А ведь ты и есть та сам�