KnigaRead.com/
KnigaRead.com » Фантастика и фэнтези » Научная Фантастика » Брайан Д'Амато - Хранитель солнца, или Ритуалы Апокалипсиса

Брайан Д'Амато - Хранитель солнца, или Ритуалы Апокалипсиса

На нашем сайте KnigaRead.com Вы можете абсолютно бесплатно читать книгу онлайн Брайан Д'Амато, "Хранитель солнца, или Ритуалы Апокалипсиса" бесплатно, без регистрации.
Перейти на страницу:

Мы описали последнюю петлю вокруг холма и прошли под халах бе, большим подвесным мостом с двумя громадными квадратными пирсами в тридцать шесть футов шириной и шестьдесят футов высотой, с шестидесятифутовой подъездной дорогой и двухсотфутовым пролетом посредине. В 664 году халах бе являлся самым крупным подобным сооружением в мире — и не имел себе равных, пока в Праге в 1377 году не построили Карлов мост. Вдоль вымощенного берега на шестах, словно желтые пугала, болтались сорок обнаженных тел. Когда мы подплыли поближе, я разглядел, что это набитые чучела. Пожелтели они потому, что их обработали млечным соком. Кожу убитых пленных, видимо, набили кукурузными рыльцами, отчего руки и ноги по форме стали напоминать сосиски, а вместо голов насадили полые тыквы. Хун Шок сказал, что четверо из них — это кровные из ишианского дома Летучей Мыши-Вампира, захваченные во время неудачного рейда шесть лет назад. Пока он говорил, наша головная лодка уткнулась в берег и один из людей 12 Каймана выпрыгнул на землю. Он миновал набережную, вскарабкался по трем рядам свай, пробежал по площади к чучелам соплеменников, добавил сверток к горке подношений у них под ногами и, когда уже казалось, что он останется на берегу один, успел запрыгнуть в замыкающее каноэ. Другие кровные принялись громко свистеть ему — аналог одобрения. Понты.

В тени моста вдруг что-то заблестело. Неужели пошел снег? Я поднял голову. Мост в пятидесяти футах над нами имел ширину десять футов и удерживался двойным рядом веревок толщиной футов по шесть. Наверху, любуясь на сотни лодок, стояли люди — мужчины и, что необычно, горстка незамужних женщин из великодомов. Одна из них вытряхивала из корзинки белые хлопья, и они широкой дугой разлетались над рекой. Хун Шок рискованно перегнулся через борт, поймал несколько «снежинок» и съел на удачу. Это был попкорн.

По мужскую сторону от нас здания становились все крупнее и шикарнее, и наконец я понял, что это Йокиб’ — самый главный соперник Яшчилана. Его называли Принцессой Драгоценных Городов, а много лет спустя нарекут Пьедрас-Неграс. Йокиб’ в переводе означал «Вход» или «Порог», считалось, что тут есть пещера, которая ведет к главному хипбольному полю Шиб’алб’ы — Подземного мира. Если Яшчилан был городом персикового цвета, а Иш — бирюзового, то Йокиб’ — желтого, да что там — невыносимо насыщенного желтого, почти точного соответствия желтого светлого кадмия из «Блокс»,[605] окаймленного черным, даже в этом рассеянном пепельном свете он слепил глаза. Долину, украшенную строениями правильной геометрической формы, словно нарисовала Бриджит Райли[606] для демонстрации муарового эффекта. Из мерцающего воздуха выступало крутое ребро главного мула чисто желтого цвета, по которому ползали строители, покрывая его штукатуркой, словно бумажные осы, отделывающие поверхность сот. Последнюю часть пирамиды возвели примерно к’атун назад, когда армия Йокиб’а уничтожила два города-соперника и захватила тысячи пленных; известка была изготовлена из истолченных костей врагов, как дворец Грязи и Крови в Дагомее. Я насчитал пятьдесят четыре головы, выставленные у речных ворот. Не так уж и много. Выглядели они как новенькие, отчего я предположил, что это муляжи из дерева. Но с близкого расстояния разглядел, что старые — на кольях пониже — сморщены. Значит, они настоящие, только их почистили, просолили, натянули на глиняные болванки, смазали, подкрасили, а во время дождя, вероятно, укрывали. Их имена и даты пленения вытатуировали у них на лбах, должно быть, еще при жизни несчастных. Губы сшили и чем-то набили для пущей естественности, а в глазницы вставили белые камушки, отчего казалось, будто головы смотрят на вас. Вероятно, мозги, язык и все остальное извлекли, чтобы они не разлагались внутри. По крайней мере, черепушки не были такими иссохшими, как головы в Небесном дворце. Или те, что оставляли на съедение червям на Темпл-Бар[607] до 1746 года.

Мы не останавливались за пределами волоков. Даже для того, чтобы запастись водой. Каноэ торговцев догоняли нас, и мы делали покупки на ходу. Наши сборщики ночных нечистот вылили мочу за борт, а фекалии скормили собакам, которым, похоже, нравилась такая еда. Наверное, это была особая порода с врожденным пристрастием к испражнениям. Потом сборщики завернули собачье дерьмо в листья алоказии и вручили их местным сборщикам, которые подплыли в лодках, окруженных роями навозных мух. Наши разведчики бросились вперед по береговым тропинкам, чтобы на следующих порогах нас ждала полная команда. В двадцать первом веке рассуждают так: «Нет ни минуты времени, у современной жизни такой сумасшедший темп, не то что в прежние времена, когда люди жили без мобильников и телевизоров». Но я скажу с полной уверенностью: баклуши наши предки не били. По крайней мере, параноидная элита, которая спешила закончить дела, чтобы никто их не опередил. И назначенные сроки всегда соблюдались. Я, кажется, уже говорил, что в день, который мы назвали бы 1 мая, ожидалось солнечное затмение. 2ДЧ сообщил, что Теотиуакан, вероятно, закроет границы за пять дней до этого — в 6 Смерть 14 Оленя, и до означенного срока оставалось двадцать два дня. В день затмения все население Большого Теотиуакана будет соблюдать «тишину» и никто не войдет в долину и не выйдет из нее, пока солнце не вернется на свою тропу. Кстати, хотя сегодня многие считают иначе, солнечные затмения не являлись некой тайной, открытой лишь касте посвященных. Слухи о предстоящем событии распространялись быстро, и к торжественному часу готовы были все, включая бабушек и тетушек. В город набивалось множество народу. Однако предстоящее действо больше напоминало бдение, чем празднество.

Когда 2ДЧ заявил, что мы должны добраться до Теотиуакана за двадцать семь дней, я подумал: он выдает желаемое за действительное. Бога ради, ведь до города 658 миль. Кабы я был вороной! На автомобиле пришлось бы проехать около 1250 миль, в основном по современным хайвеям. А тут у нас ни машин, ни колес. Ближайшая лошадь — в Ирландии. Я вспомнил, что армия Наполеона в Австрии за двадцать три дня прошла 275 миль, и в те времена это считалось чудом. С другой стороны, у солдат не было сменявших друг друга носильщиков. Каждый из этих несчастных французов все это расстояние до последнего дюйма преодолевал своими ножками. И как бы ни подгонял их император, они каждую ночь останавливались на отдых — хотя бы на короткое время. Мы же, судя по всему, собирались двигаться вперед день и ночь напролет, спать, пить, есть (в основном сырых речных моллюсков, вяленое мясо индейки и ч’анак — что-то вроде твердой кукурузной каши, замешанной на собачьей крови), избавляться от вшей, испражняться и делать еще бог знает что на спинах наших носильщиков. Считается, что скороходы инков, подменяя друг друга, доставляли послание из Куско в Кито (в Эквадоре), а это около тысячи миль, менее чем за пять дней. И все же если хорошо тренированный ходок с небольшим рюкзаком способен покрыть двадцать миль за день, представьте, что, получая свежих носильщиков, майя могли делать по пятьдесят. А по воде? Двадцать миль в день — огромное достижение для каноэ. Но для двухместного. Более длинные развивают большую скорость. Так что при наличии свежих гребцов, приходящих с побережья, мы в состоянии были отмахивать и по пятьдесят миль ежедневно, даже по океану. Чтобы уж не ошибиться в расчетах, предположим, нам требуется одолеть 1600 миль — и тогда наше расписание не представляется таким уж нереальным. При условии, что нам не помешает погода и не случится других задержек. Конечно, в любом случае нельзя терять ни минуты. Но складывалось впечатление, что для этих парней подобный марафон был делом вполне привычным. И вообще, зачем 2ДЧ стал бы морочить мне голову? Короче, шансы у нас имелись.

Перейти на страницу:
Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*