Сон разума (СИ) - Виннер Лера

— Лису? — Чарли заинтересованно поднял бровь, и теперь уже посмотрел по-настоящему внимательно, изучающе и долго. — Сука ты, Ральфи.

Он поднялся и затушил окурок в стоящей на подоконнике пепельнице.

— Ли, — это глупое детское обращение сорвалось само собой, должно быть оттого, что почувствовал себя Паркер не лучше.

— Сука ты, Ральфи, — Чарли повторил почти по буквам, и когда он повернулся, глаза его смеялись. — Давай, колись, что докторша тебе наобещала. И подробности о том, как именно ты это отрабатывал, можешь опустить.

Глава 13

Стерпеть самодеятельность Чарли был способен не больше одного раза в день, поэтому, выйдя из ворот студенческого городка, Ральфи он обнаружил сидящим на капоте своей машины.

Заметив его, тот убрал телефон в карман и с по-идиотски довольным выражением лица вопросительно кивнул снизу вверх.

— Генри Шоу уехал домой, — с плохо скрываемым раздражением Чарли хлопнул дверцей машины, садясь на водительское место.

Ральфу не оставалось ничего другого, кроме как тоже вернуться в салон.

— В Миннесоту. На целую, мать ее, неделю. И вернется только в следующий вторник.

— Твою мать, — Ральфи провел ладонью ото лба к затылку, вдруг почувствовав себя спокойнее.

Предчувствие того, что ничего у них с Генри не получится, сбылось в полной мере, но хотя бы можно было порадоваться тому, что в довольно щадящей форме.

Он взглянул на недовольного Чарли, безотчетно таращившегося через окно на ноги проходящей мимо студентки.

— Думаешь, парень ударился в бега?

— Все возможно. Если ты в очередной раз оказался прав и он крутился где-то около всего этого дерьма… Я бы тоже побежал.

Недовольство собой, жизнью и главным образом Ральфом наконец удалось загнать поглубже, и Чарли повернулся к нему, кивнул ка карман куртки:

— Что у тебя?

— Алиса велела приезжать после восьми, в восемь у нее начинается ночная. И привезти поименный список жертв, она постарается помочь с медицинскими картами.

— Ты что, влюбился?

Должно быть потому, что вопрос был задан без какого бы то ни было подвоха, Ральфи вполне искренне растерялся.

— Не знаю, — он пожал плечами и, стараясь избежать очередной неловкости, посмотрел в лобовое стекло. — Я бы не стал называть это так.

— Если ты скажешь, что мне не понять, я дам тебе в морду. Серьезно, — Чарли хмыкнул вполне миролюбиво и завел мотор.

— Давай.

— Что давать?

Последствий, похоже, действительно не предвиделось, и Ральфи посмотрел на него в ответ с живым интересом.

— Выметайся из машины, — Чарли снова повернулся к нему, оставив руку лежать на руле, и в его взгляде снова мелькнуло беспокойство, неподдельное и тщательно сдерживаемое. — Пересаживайся в свою и катись домой спать.

— Я в порядке, — Ральф поправил очки и собрался продолжить, но Чарли перебил:

— Ты не в порядке. Ты вторые сутки на ногах, и, черт возьми, Паркер, я должен объяснять тебе про минимум стрессов и здоровый сон? Я позвоню тебе и разбужу вовремя. И когда будешь просыпаться, не забудь оценить мое благородство.

— Да я уже…

— Вот и чудненько, — Чарли кивнул, давай понять, что разговор окончен. — Ты сам доедешь?

— Да, без проблем, — Ральфи уже вышел из машины, а потом наклонился, чтобы сунуться во все еще открытую дверь. — Чем планируешь заняться ты?

— Попробую посетить кладбище закрытых дел, — Чарли пристегнулся, и только потом взглянул на него с усмешкой. — Архив. Попробую поискать похожие дела. Если ты в очередной раз прав, работы там как раз на день.

Ральфи задумался ненадолго, а потом кивнул и закрыл, наконец, за собой дверь, справедливо рассудив, что предложения о помощи от него Чарли попросту не оценит.

На этот раз он уснул сразу же, как только голова коснулась подушки, и спал без сновидений.

А потом из уютной теплой темноты вдруг вынырнул Джо Крамер. Подмигнул мутным мертвым глазом, скривил провалившийся рот в усмешке, и Ральфи даже показалось, что он понял ее смысл.

Только вот Крамер повернулся и пополз прочь, обратно в темноту, опираясь на отрезанные по локоть руки.

Горло сдавило спазмом, и где-то на интуитивном уровне Ральфи понял, что говорить нельзя, что как только он откроет рот, внутрь него проникнет тяжелая, сбивающая с ног вонь, которой все вокруг было пропитано настолько плотно, что, казалось, ее можно было резать ножом.

Он бросился догонять Джона молча, невнятно пытаясь промычать: «Подожди!», потому что точно так же, как про пытающийся проникнуть в него яд, знал: если Крамер сейчас уйдет, он унесет с собой нечто очень важное, такое, до чего будет совсем непросто, если вообще возможно докопаться.

Крамер не слышал. Он продолжал ползти, словно торопился скрыться, и Ральфи перешел на бег.

Ноги вязли в густой и плотной темноте, и дыхания уже не хватало, — момент, в который он безнадежно отстанет, сделался лишь вопросом времени, а Джо полз все быстрее и быстрее.

Он не хотел смотреть на Ральфа. Как если бы чувствовал себя обязанным, но стыдился говорить с ним.

Когда он скрылся за поворотом, а тьма сделалась окончательно непроглядной, Паркер захотел остановиться, но уже не смог.

Он продолжал бежать, — отчаянно, на последнем издыхании, — пока не очутился в прозекторской, где Алиса в обход всех правил показывала им с Чарли тело старого бродяги.

Сейчас доктор Миллер сидела за столом, на котором стоял работающий компьютер.

Холодный электрический свет падал на ее усталое лицо, но на мониторе был не отчет и даже не книга, которую она читала.

Алиса говорила по видеосвязи.

— … Главное, что ты должна предпринять в сложившейся ситуации, это держаться от нее подальше.

Ее собеседник был красив. Худой и бледный брюнет с собранными в низкий хвост волосами и аристократичными чертами лица.

Мечта любого художника-постановщика, работающего над фильмом о вампирах.

Ее любовник из ФБР?

Алиса потерла лоб характерным жестом человека, давно и безуспешно ведущего непростой разговор.

— Пожалуйста, Зейн. Просто сделай. Мне нужна эта чертова экспертиза.

— Разумеется, — в его голосе просквозило такое же едва различимое раздражение.

То, которое могут позволить себе лишь близкие и уверенные друг в друге люди.

— Мне приехать?

— Нет, я разберусь сама.

— Еще что-нибудь нужно?

— «Чистый» пистолет.

— Алиса…

— Просто на всякий случай!..

От собственных мучительных хрипов в горле забулькало, и очень быстро это бульканье перешло в отвратительный оглушающий звон.

Ральфи рывком сел, хватаясь за разом закружившуюся голову и давясь очередным протяжным жалобным стоном.

Вцепился в надрывающийся на соседней подушке телефон, как в свой последний шанс.

Интуиция, теперь уже вполне реальная, подсказывала, что звонит Чарли, только вот сфокусировать взгляд на мигающем при звонке дисплее никак не удавалось.

При попытке вдохнуть из горла вырвался влажный и жалобный хрип, такой же, как во сне.

Оставив телефон надрываться дальше, Ральфи ткнулся лицом в подушку, зажмуриваясь покрепче, подтянул колени к груди в неосознанной попытке закрыться. Сердце колотилось где-то под подбородком, но дыхание постепенно стало выравниваться, из невозможного становясь просто тяжелым.

Когда стоны и хрипы прекратились, Ральфи осторожно, на пробу, приоткрыл глаза.

Моргнув пару раз, он напомнил себе, что звонил телефон. Что света в комнате мало, и что в темноте бывает всякое…

Например, опоздание на встречу с доктором Миллер.

И не так страшно последнее, — потому что у нее впереди вся ночь, — как то, что «Я струсил» будет отвратительным оправданием в первую очередь перед самим собой.

Собравшись с духом, Ральфи сел, делая одновременно глубокий отчаянный вдох, и… ничего не случилось.