Галина Гончарова - Корни зла
Картинка опять уплыла.
И я увидела… себя?
Растрепанную девчонку в компании двух элваров. Но – в черном плаще и с цепочкой на шее. Ведьма… Ведьма?!
Старосту заставила ко мне обратиться безнадежность. Как это ни печально. Староста отлично понимал, что пока он достучится до Гинтара, пока оттуда пришлют еще одного мага…
А если это – ворота? Про их опасность в мире магии знали даже дети. Кстати, и у самого старосты были две замечательные дочурки и трое сыновей. И он каждый раз ходил на болота только в компании двух-трех друзей, с ужасом понимая, если что с ним случится, его жене и детям придется плохо. Им не дадут пропасть. Как не дадут пропасть семьям уже погибших. Но…
Староста не просто боялся. Еще он не знал, как быть дальше. И приезд ведьмы оказался ответом на все его молитвы.
И я внезапно оказалась опять в своем теле.
Тёрн сидел рядом и все так же держал меня за руки.
– Спасибо, – шепнула я.
Элвар, не говоря ни слова, налил в кубок вина и протянул мне. Я выхлебала одним махом. Но в этот раз опьянения даже не почувствовала. Все смыло липким и душным страхом здорового мужика, который вообще-то был готов бороться с кем угодно… только вот – с кем? И как?
Страшен не враг. Страшна твоя беспомощность перед врагом. И тот хриплый, захлебывающийся и булькающий звук, который староста слышал тогда на болоте.
Мне тоже было жутко. Но у меня работа такая.
Жуткая и страшная.
Недаром наш факультет называют факультетом самоубийц.
Я зябко поежилась и обхватила себя руками за плечи.
– Что делать будем?
Тёрн словно бы не заметил моей дрожи. И я была ему благодарна. Это ведь минутное проявление слабости. И оно исчезнет. Уже исчезло. Но все равно неприятно, когда это кто-то видит. Да еще и успокаивать тебя начинает. Можно подумать, я сама не справлюсь! Три ха-ха!
– Сходим на болото. Посмотрим. Сначала днем. Потом попробуем определить, что там за зараза. А потом пойдем ловить.
– Хорошо. Ты поняла, что сказал этот маг?
– Чего тут понимать? В переводе со стародруидского – «Скорее всего – болотница. Оскорбление действием…»
– Думаешь, и правда болотница?
– Вот уж не верю. Что надо сделать, чтобы оскорбить болотника?
– Да уж. Крестьянам это точно не под силу. Даже если они всей деревней на болото выйдут и орать начнут.
Ехидство элвара было вполне объяснимо. Болотница (болотник, болотный хозяин, трясинная царица) – дух болота. Его душа, можно сказать. Этой душе принадлежали в той или иной степени все обитатели болота. Она зажигала болотные огоньки. Ей служили кикиморы. Считалось что клюква – это капельки ее крови. И болотницу старались чтить. Оставляли на краю болота десяток яиц или, там, пару пирогов. Чтобы болотницу не чтили здесь?
Странно как-то.
И потом, болотники обычно были удивительно спокойными созданиями. Как и болото. Можно ли представить себе бурю на болоте? Волны на болоте? Шторм? Смерч?
Вот о том и речь. Болото практически всегда спокойно. Даже если бы болотника оскорбили, он бы ограничился только своим обидчиком. Но чтобы вот так…
Да быть такого не может! Чушь!
– Согласен. Владычица моего сердца, души и разума, а также почек, печенки и прочего ливера, разрешите пригласить вас на безумно романтическую прогулку по болотам и показать вам этот восхитительный живописный и живо описанный пейзаж. Представьте себе, ночь, луна, романтика, мы с вами, мчащиеся во весь опор по болоту от голодного троглодита…
Я не выдержала и расхохоталась. Тёрн нес эту ахинею с таким серьезным видом… сразу чувствуется бывалый дипломат.
Почему-то подсознание фыркнуло – и выдало мне образ чемодана из крокодиловой кожи с четырьмя крепкими лапками и рядом острых зубов. Потрепанный и поцарапанный.
Тёрн тоже хрюкнул со смеху.
– Пойдемте, любовь моя! Нас ждет откровенная романтика ближайшего болота!
Мы выползли из-за стола, оставив на нем горсть меди в уплату за завтрак, зашли к Эле, настрого предупредив ее, чтобы не высовывала нос из комнаты, – и направились на болото.
* * *Уже на подходе Тёрн почувствовал себя откровенно нехорошо.
Лицо элвара побледнело, зрачки расширились, а пальцы, поддерживающие меня под руку, стремительно похолодели до состояния мороженого минтая.
– Что с тобой? – встревожилась я.
– Не знаю. Мерзкое такое чувство… вроде бы за нами кто-то наблюдает, но кто? И как? Я не улавливаю ничьего присутствия.
– И все же – наблюдает?
Тёрн кивнул. Мне тоже было неуютно, но я списывала это на близость болота. Честно говоря, если бы компас не указал нам этот путь – я бы с радостью миновала деревушку, даже не заходя внутрь. Вот не люблю я болота. Страшное место…
А смерти хуже, чем утонуть в болоте, я не могу даже вообразить.
И вообще! Помните сэра Баскервиля?! Если рассудок и жизнь дороги вам, держитесь подальше от торфяных болот!
Но когда это на факультете самоубийц прислушивались к умным словам еще более умных людей?
* * *С каждым шагом мне становилось все тяжелее и противнее. Что-то неизвестное давило, травило, мучило…
Тёрн выглядел не лучше меня.
Было полное ощущение железобетонной плиты, навалившейся на плечи – и упорно старающейся растереть тебя в порошок. Что-то подобное я испытывала только пару раз в жизни – и оба раза заканчивались для меня весьма печально. Хорошо хоть откачать успевали. Я взглянула на элвара – и поразилась. Бледный, весь какой-то разом осунувшийся…
– Ёлка, а что может представлять из себя эта… бутнячка?
Я пожала плечами. Сейчас, приближаясь к болоту, я вовсе не была уверена, что проблема в какой-то бешеной кикиморе. Скорее наоборот.
– Не знаю. Твои предложения?
– Когда пойдем по тропинке, я начну прощупывать окрестности. А ты будешь меня страховать. Сможешь?
– Спрашиваешь!
Страховать телепата такой ступени, как Тёрн, – это сложная задача. Но я могла с ней справиться. Если полностью открою ему свой разум. По сути это выглядит так. Его разум – локатор. Мой – бетонная плита защиты. И в случае нападения – я закрываю его, а он, в свою очередь, начинает отражение атаки. Я принимаю на себя все удары. Он – бьет врага его же оружием.
Несложная задача?
Более чем. С одной маленькой оговоркой. Полное открытие своего разума для посторонней личности. И полное доверие. Вроде бы ничего серьезного. С первого взгляда. А со второго…
А кто согласится быть абсолютно открытым перед другим человеком? Зная, что одно его желание – и в ваш разум впечатается все, что он захочет. Одна мысль – и вас просто не станет. Останется пускающий слюни идиот. Одна небрежность – и разделить ваши разумы уже не получится. И плевать, что у вас свое мнение на этот счет. Но до конца своих дней вы будете единым целым. Страшно? То-то же…
Такая работа требует полного и абсолютного доверия партнеру. Потому что он – он знает то же самое о вас. И тоже боится. А страх губит магию.
Потому и все работающие таким образом пары можно пересчитать по пальцам.
Мы с Тёрном… хорошо, я! Лично я раскопала в библиотеке кучу ценного материала по работе телепатов в парах. А элвар согласился попробовать. Нам бояться было нечего. Уж точно не взаимовлияния. Тёрн узнал бы о моих ковар-р-рных помыслах даже раньше, чем я сама. А я о его стр-р-рашных замыслах?
А мне и знать не надо было. Я слишком ему для этого доверяю.
– Я тебе тоже доверяю. А теперь хватит ворон считать. Делом займись!
Я мысленно встряхнулась. Нахал ушастый! И похвалить себя не даст.
Мое сознание привычно выставляло все возможные щиты, чтобы враги не прошли.
Тёрн тоже становился спокойнее, серьезнее, готовился к тяжелой работе…
Не пришлось.
Болото уже показалось впереди, когда на мой щит обрушился тяжелый удар. Я закричала от боли. Но вместо крика вышел лишь хриплый стон. Старалась бороться, но куда там. Меня просто давило. Плющило. Размазывало по стенке, каким-то чутьем угадав угрозу. И я защищалась изо всех сил. Молча и спокойно отвоевывая у неведомой твари каждый миг. Каждую мысль. Каждый вздох. Одна секунда – это еще клочок информации для Тёрна. Это еще одно новое знание о нашем противнике. А где знание – там победа. Однозначно.
Но долго так продолжаться не могло. Минута, полторы – и у меня начали подгибаться ноги. О том, чтобы идти вперед, речи уже не шло. Только падать. Падать в темноту. И – держать удары. Я ведь просто стена. А стене не нужен разум, чтобы защищать. Она – стоит. И не дрогнет даже под ударами тарана. Я справлюсь…
С этой мыслью я и ушла в блаженную черноту.
* * *Я очнулась уже в нашей комнате. Рядом сидел Тёрн и держал ладонь у меня на лбу. Приятную такую, прохладную…
Это было единственным приятным моментом. Все остальное же…
Тело – абсолютно непослушное. Этакой дурнотной слабостью высокой температуры или магического истощения. Голова – чугунная. Горло – наждачное. Вместо мозгов, похоже, хорошо отбитая и потрепанная вата.