"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс
Ян тоже вылез из машины, и Сет обменялся со мной мимолетным взглядом, которым сообщил: в компании с братом ему еще не поплохело. На Яне был тот самый пиджак, о котором упоминал Сет, — бушлат из коричневой шерстяной материи сидел отлично, будто был сшит у портного; с умом сделанные декоративные строчки придавали пиджаку оттенок винтажности. Ян дополнил свой наряд аккуратно повязанным полосатым шарфом и мягкой фетровой шляпой. Кроме того, на нем были очки! Дома у Сета я их на Яне не заметила.
— Не знала, что ты носишь очки, — сказала я ему.
Ян вздохнул.
— Они подходят к шарфу.
Сет нес два больших контейнера с кексами, облитыми белой помадкой и щедро украшенными зеленой и красной посыпкой. Я взяла у Сета одну порцию и вместе с братьями вошла в школу. Тут нас отметили в списке и показали, где находится класс.
— Похоже, вы отлично поработали, — с улыбкой сказала я.
— Нет, благодаря мамуле, — с нежностью в голосе ответил Сет. — Она собиралась уходить целую вечность, без конца предлагала свою помощь и проверяла каждый мой шаг, не забыл ли включить плиту и все такое прочее. Но я делал кексы из готовой смеси в коробочках и не мог слишком многого перепутать.
Ян пролепетал что-то о консервантах и кукурузном сиропе с высоким содержанием фруктозы.
В классе царил милейший организованный хаос. Родители других детей и друзья семейств помогали проводить праздник: накрывали столы и устраивали подвижные игры с детьми. Близняшки кинулись к нам троим со всех ног, наскоро, но очень энергично обняли и поспешили вернуться к играм с друзьями. Я редко видела Морган и Маккенну не в кругу семьи. Радостно было наблюдать за ними — такими активными и общительными. Они явно вызывали симпатии у одноклассников, так же как у меня, и явно считались своего рода лидерами. Хрупкие, восхитительные, белокурые лидеры. Напряжение, которое я испытывала с момента получения уведомления из отдела кадров, начало отступать, я немного расслабилась и с удовольствием наблюдала за детьми.
Мы с Сетом заняли пост у одного из столов. Сет обнял меня за талию и кивнул в сторону Яна. Тот пытался впихнуть свои собственные кексы — натуральные, вегетарианские, безглютеновые творения местной кондитерской — в одного из однокашников близняшек. Сказать по правде, кексы были с виду чудесные: ванильные, с шоколадной помадкой, нанесенной в виде изысканного по форме завитка и украшенной поверх красивыми белыми сахарными цветочками. На их фоне кексы Сета выглядели детской забавой — будто их пекли девчонки-первоклашки. Но меня не проведешь. Когда печешь кексы без большей части ингредиентов, которые традиционно используются для выпечки, вкус говорит сам за себя. Хоть на вид кексы Яна и были хороши, в их раздаче он не преуспел.
— Это намного полезнее для тебя, чем вся эта химическая дрянь, — говорил Ян мальчику по имени Кайден. Мы находились в классе уже около часа, но Ян не расстался ни с одним предметом своего изысканного туалета — не снял ни шарфа, ни шерстяного пиджака. — Мука из дикого риса и нута, а вместо сахара — кленовый сироп, вот из чего они сделаны!
Глаза Кайдена расширились до невозможности.
— Они из риса и гороха?
Ян осекся.
— Ну, да… то есть нет. Они из муки, которая сделана из этих продуктов, причем самым правильным способом, так, чтобы сохранились все питательные вещества. Плюс, я выбрал бело-коричневые кексы не только для того, чтобы уберечь тебя от искусственных красителей, но также, чтобы выказать уважение ко всем праздникам и традициям. Это не дело — потакать мейнстриму господствующей иудеохристианской машины.
Не проронив больше ни слова, Кайден сгреб со столика с закусками облитое красной глазурью печенье в форме снеговика и поплелся прочь.
Ян посмотрел в нашу сторону страдальческим взглядом.
— Я опасаюсь за нынешнюю молодежь. Хорошо хоть мы сможем забрать, что останется, обратно к Терри.
— Это к лучшему, — сказал Сет. — Они обошлись мне в целое состояние.
— Ты хочешь сказать, они обошлись мне в целое состояние, — поправил Ян. — Это мой вклад в общее дело.
— Но платил-то за них я!
— Это был займ, — повелительным тоном заявил Ян. — Я верну тебе деньги.
Праздник подходил к концу. Семилеткам неинтересно часами стучать стаканами по столу, как это делают мои друзья. А я все проверяла телефон, стоило только Сету от меня отвернуться. Я включила виброзвонок и положила мобильник в карман и все равно боялась пропустить звонок Джерома. Однако, сколько раз я ни смотрела на экран, ничего не менялось: ни входящих звонков, ни сообщений.
Праздник подходил к концу. Маккенна вернулась ко мне и обхватила меня за бедра.
— Джорджина, ты придешь к нам сегодня вечером? Бабуля готовит ужин. У нас будет лазанья.
— И кексы, — встрял Ян, осторожно пакуя свои сокровища. По моим оценкам, ему удалось пристроить всего один кекс, да и тот мальчишке, который решился съесть угощение Яна на спор.
Я подняла Маккенну, удивившись, как она выросла. На меня и моих бессмертных друзей течение времени не оказывало влияния, но люди меняются скачкообразно, иногда за очень короткий срок. Девочка обхватила меня руками, и я поцеловала ее золотистые кудряшки.
— Я бы очень хотела, малышка. Но сегодня вечером я работаю.
— Ты все помогаешь Санте? — спросила она.
— Да, — торжественно подтвердила я. — Это очень важная работа. Я не могу ее пропустить. — Никто не решился бы сказать, сколько продержится трезвым Санта без меня.
Маккенна вздохнула и положила голову мне на плечо.
— Может, заглянешь, когда закончишь работу.
— Ты уже будешь в постели, — сказала я. — Посмотрю, что будет завтра. Может, тогда зайду.
Этими словами я заработала более крепкое объятие и почувствовала, как защемило сердце. Девочки всегда оказывали на меня такое воздействие: возбуждали всплеск эмоций — смесь из любви к ним и сожаления о том, что у меня самой никогда не будет детей.
Иметь детей — это то, чего я хотела, когда была смертной, но мне в этом счастье было отказано. В прошлом году, когда ко мне явилась Никс, посланница первозданного хаоса, застарелая боль вернулась. Никс посещала меня во сне и насылала мучительные видения, чтобы похитить мою энергию. Одно из них повторялось снова и снова: держа на руках маленькую девочку — мою собственную дочь, — я выхожу за порог дома в снежную ночь, чтобы встретить ее отца. Сначала он был неясной тенью, потом превратился в Сета. Когда позже Никс торговалась со мной, прося о помощи, она клялась, что этот сон был правдой, пророческим предвидением. Но это была ложь. Со мной такого никогда не произойдет.
— Может, заедешь ко мне после работы? — тихонько сказал мне на ухо Сет, когда Маккенна выскользнула из моих объятий.
— Это зависит от того, — произнесла я, — кто будет спать в твоей постели!
— Мы поговорили. Он больше не зайдет в мою комнату.
Я улыбнулась и взяла Сета за руку.
— Я бы приехала, но у меня есть дела сегодня вечером. Мне надо отыскать Джерома… по одному делу.
— Ты уверена? — спросил он. — Это точно не из-за моих родственников?
Признаюсь, мне не слишком приятно было бы встретить неодобрительный взгляд Маргарет Мортенсен, но, кроме того, едва ли я была бы хорошей компанией для Сета, если до вечера не узнаю, что все-таки происходит с моим переводом. Перевод. Глядя в глаза Сета, полные тепла и доброты, я почувствовала, будто у меня в душе разверзлась пропасть. Может статься, мне нужно хвататься за любую возможность побыть с ним. Кто знает, сколько нам осталось? Нет, оборвала я себя. Не думай так. Вечером ты найдешь Джерома, и все выяснится. А потом вы с Сетом будете счастливы.
— Твоя семья тут ни при чем, — заверила я Сета. — К тому же у тебя теперь есть помощники, и ты можешь использовать свободное время, чтобы поработать.
Сет выкатил глаза.
— А я думал, работать на себя — значит не иметь начальников.
Я ухмыльнулась и чмокнула его в щеку.
— Я останусь у тебя завтра.