Маргарита Епатко - Сын ведьмы

– Ты боишься, – прошептала она, – и правильно делаешь. Тот, – она ткнула пальцем в сторону ушедшего Светловолосого, – плохой человек. Дух моего рода давно мне это говорил, но я все не верила. Думала, ошибается. Он часто раньше ошибался. Давал не те советы. Знаешь, меня из-за него даже в психушку отправляли. А он помог, – она снова ткнула в сторону выхода.

«Час от часу не легче, – подумал Алексей, – Я один на один на заброшенном предприятии с чокнутой бабушкой».

– Может, я лучше пойду? – Он приподнялся, стараясь мягко освободить свою руку.

– Нельзя, – старуха спокойно отпустила его руку. – Опасно. Думаешь, я «того»? Нет, это Светловолосый давно уже «того». Здесь охрана стоит. Ты не сможешь сам уйти. Только когда он тебя заберет.

– Приехали, – произнес Алешка. Тем не менее он встал и, не встречая никакого сопротивления со стороны женщины, обошел помещение. За окнами с кое-где облупившейся белой краской он увидел, по крайней мере, четырех охранников. Ни от кого особенно не таясь, они курили и смеялись над неслышными из-за окна шутками. Рядом с ними небрежно стояли прислоненные к стене автоматы.

– Мы далеко за городом? – это был не вопрос, а скорее утверждение.

– Нет, не очень. Но здесь завеса стоит. Люди не увидят, власти не заметят, – нараспев произнесла женщина.

Она поднялась и скрылась в чуме. Потом вышла оттуда и, подойдя к Алексею, протянула ему небольшой сверток, замотанный в старый полиэтиленовый пакет. Сергей взял сверток и достал из потрепанного пакета документы: паспорт, диплом об окончании вуза.

– Семенова Мария Эдуардовна, – прочитал он, открыв паспорт. – Это ведь ваши документы?

– Мой дух рода говорит, что я должна тебе все рассказать. Но сначала надо обмануть Кутысь. Ты зря его разбудил. Он совсем забыл про тебя. Лет десять не вспоминал, верно?

Лешка удивленно поднял на женщину глаза.

– Пойдем, – она поманила его рукой.

Он подошел к костру и уселся на валяющуюся рядом шкуру какого-то животного. Шкура была старая с истертым мехом. Но лучше было сидеть на ней, чем на цементном полу.

Старуха быстро приладила над костром чайник. Видимо, она делала так постоянно. Потому что рядом с кострищем были насмерть вбиты здоровые железные крючья. Затем она всыпала в закипающий чайник пачку обычного майского чая и, достав две железные кружки, разлила в них кипяток. Вытащила еще один сверток. Там оказался кусок сала. Женщина отрезала несколько тонких ломтиков и, бросив сало в чай, протянула кружку Алексею.

– Знаете, я не уверен, что смогу это выпить, – произнес он. – Лучше водички, если она у вас есть. – Ему неожиданно стало очень плохо. Головная боль накинулась с новой силой. Он подумал, что и в самом деле не прочь опохмелиться. Может, у этой старухи хоть самогонка найдется?

– Пей! – прикрикнула на него женщина и властно всунула в руки обжигающую кружку.

Алешка почувствовал, что не в силах сопротивляться, и под повелительным взглядом сделал несколько глотков из кружки. Голова заболела еще сильнее. От чая воняло салом. Он отодвинул от себя кружку. При виде плавающих на поверхности воды кусочков жира его затошнило.

– Ага, вот так ему! – крикнула старуха. Она выхватила у него из рук кружку и быстро вылила ее содержимое в костер. Тот возмущенно пыхнул и высоко взметнулся пламенем вверх. Откуда-то из костра раздался жуткий вой. Алексей словно проснулся. Головная боль, тошнота и чувство жажды исчезло. Как, впрочем, и желание выпить. Он снова ощущал себя нормальным человеком.

– Слышал? – торжествующе произнесла старуха. Глаза ее хитро блестели. – Кутысь обжегся и побежал своему повелителю Шайтану жаловаться. Полегчало теперь?

– Да. Спасибо, – Алешка действительно был благодарен женщине.

– Ты не радуйся особенно. Он опять вернется. Но пока его нет, надо поговорить, – она села и стала рассказывать.

Родилась Мария Эдуардовна в Москве. Как и ее папа, и папа ее папы. Словом, была она коренной москвичкой. Но вот маму отец привез из очередной геологической экспедиции. Тогда золото найти не удалось, зато геолог вернулся домой с худенькой женщиной с густыми темными волосами и раскосыми глазами. Мария была точной копией своей мамы. Вот только ростом повыше. В папину родню.

Впервые �