Гарри Поттер и стрела Судьбы (СИ) - Туров Артем Всеволодович "Art"
На самом деле, обсуждение этого бреда с Гермионой несло за собой цель успокоиться, так как мы оба понимали, что возвращаемся в логово акромантула.
Опасностей в Хогвартсе было намного больше, чем это могло бы показаться. Начиная от рыжих ублюдков и заканчивая многочисленными пешками великого светлого педофила, которые могли создать нам проблем тысячью и одним способом. Там и зелья, и проклятия, и ментал, и банальный шантаж.
Могло показаться, что я поступил довольно опрометчиво, когда так сильно начал заботиться о моей невесте и перевел наши отношения на такой уровень. Ведь теперь, каждый мой враг мог наглядно видеть мою слабость и при возможности ударить меня в самое сердце.
Но с другой стороны, это так же давало моей невесте щит, так что я защищал ее от многих слабых сторон, которые она имела из-за своего статуса крови.
Не успели мы зайти на вокзал, как нас сразу же обложили со всех сторон. Вернее, сначала к нам очень внимательно присмотрелись, и только потом, признав в нас людей, которых все лето разыскивали, что было совсем не просто, нас тут же окружили.
А ведь отличий было довольно много, и у меня даже была маленькая надежда, что во мне не признают легендарного мальчика-которым-можно-вертеть-как-хочется.
Начать стоит с того, что я был без очков. Самый первый плюс от моей не самой гуманной тренировки. Ведь сразу после появления перед женой моего учителя, я был поломан от пространственного перехода, и она скорее всего применила на мне навык высшего исцеления. Помимо всего прочего, это избавило меня от проблем со зрением, чему я был нереально рад.
Это уже само по себе довольно сильно меняло мое лицо. Ведь круглые очки, которые на самом деле мне нравились своим дизайном, были визитной карточкой наравне со шрамом. Однако и со шрамом все было не все в порядке. Вернее, его почти не было. Очень тонкая светлая полоска в виде молнии, вот все, что осталось от уродливого шрама, который доставлял мне с детства так много неудобств.
На самом деле, даже эта полоска могла бы вполне себе исчезнуть, но нишу, которую некогда занимала частица души темного лорда, теперь занял мой учитель.
Конечно же ментальный голем не был крестражем, там была огромная разница. Однако было бы глупо не воспользоваться уже готовым вместилищем, так что шрам остался, хоть в нем больше и не было темных эманаций как от крестража, что, собственно, и помогло тому, чтобы рана наконец зажила.
Говорить о том, что моя фигура тоже очень сильно вытянулась за лето, и теперь я был атлетично сложенным юношей, а не мелким карликом из концлагеря, даже не стоит упомянуть.
Добавим ко всему перечисленному то, что вечный одуванчик в лице моей невесты, ранее известной как лучшая подруга мальчика-который-выжил, заплела красивую косу, да и была одета со вкусом. Ну и осанка вкупе с умением держаться с поднятой головой у нас у обеих была на совсем другом уровне, так что на самом деле мы уже были совсем другими людьми.
Первым в нашу сторону рванули не рыжие предатели крови, как я думал, а какой-то негр в странных одеждах, в котором я узнал Кингсли Шеклболта. Пару раз, мы с Гермионой видели этого чувака по новостям, ведь у него довольно-таки примечательная работа – охрана премьер-министра Великобритании.
Кроме того, пара стаканчиков Огденского огневиски позволило мне развязать язык моего гостя-пленника Сириуса, так что весь список членов ордена жаренной курицы мне был знаком. И среди них, этот чернозадый урод занимал один из высших мест в моем личном черном списке.
Не надо думать, что в городе Литтл Уингинг жили одни лишь моральные уроды. Это далеко не так. Были сердобольные люди, которые видели, что с мальчиком, который живет у семьи Дурслей, явно что-то не так. Начиная от худобы, которому позавидовали бы многие пленники концлагерей, и заканчивая тряпками на теле вместо одежды и затравленным видом.
Одним лишь обливиейтом и конфундусом проблему с социальными службами и с полицией невозможно было бы решить. Нужны были связи именно в магловском мире, при этом связи на самом верху.
Как понятно, эти связи Дамби получал именно от этого урода. Так что этот хрен имел очень даже большую роль в моем счастливом детстве, и не убил я его до сих пор лишь по одной причине. Я был слишком слаб в ритуальной магии, да и мой учитель не мог мне в этом помочь. А смерть этого урода не могла быть легкой. Даже пытки с круциатусом были бы милостью с моей стороны.
Как я уже неоднократно замечал, становление наследником рода Блек было не простым делом. Это не просто надевание красивого перстня на палец. Вовсе нет. Я принял вместе с тем так же магию рода. До легендарного безумия было далеко, но вот агрессивности и даже кровожадности во мне стало на порядки больше.
– Мистер Поттер, нам нужно с вами поговорить, следуйте за мной.
Слова были буквально выплюнуты. Видимо этим уродам из ордена пришлось долго побегать летом, хотя у них и не было шансов найти меня. Но добрый дедушка нервничал, и заставил понервничать всех своих пешек.
Конечно же никуда я не пошел, да и не обратил внимания, продолжив свой путь в сторону вагона для третьекурсников.
– А кто это был Гарольд?
– Понятия не имею. Какой-то негр непонятный. Наверное, денег хотел.
– А если это кто-то из министерства?
– Тогда он был обязан для начала представиться. И если вдруг у него нет прямого распоряжения Боунс или министра для задержания наследника древнейшего и благороднейшего рода, то с ним очень скоро произойдут очень много грустных вещей.
Говорил я достаточно громко, чтобы меня услышали не только все окружающие, но и сам Шеклболт. Ублюдку оставалось лишь скрежетнуть зубами и убраться. Проклятые бандиты просто привыкли, что под предводительством великого и светлого криминального авторитета, они могут частенько плевать на закон и поступать как им вздумается, не взирая на всякие там протоколы и глупости вроде закона. Им же ради общего блага можно все, что им только вздумается.
Одного моего взгляда, которую я, честно говоря, полностью скопировал у Люциуса Малфоя, было достаточно, чтобы Молли Уизли сбилась с шага и дала нам секунду, дабы быстро зайти в вагон и не общаться с этими предателями крови.
– Гарри, дружище, – а вот и шестой несся ко мне с намерением обняться, только вот это в мои планы никак не входило.
– Мистер Уизли, сохраняйте пожалуйста дистанцию и держитесь подальше от меня и от моей невесты, – вытянутая рука не позволила Рону приблизиться к нам.
– Гарри, что с тобой?
Парень явно переигрывал. Было видно, что у него очень четкие инструкции для театра одного актера, только вот мне по большому счету было плевать.
– Парень, просто держись от нас подальше, и у нас не будет проблем. В ином случае мы можем стать врагами, и поверь мне, тебе это не понравиться.
– Но почему?
– Потому что мы благополучно избавились от всех тех зелий, которыми нас угощала твоя семья. Спасибо, но больше нам этого не надо.
– Гаррикинс…
– а ты не думаешь…
– что позволяешь себе…
– слишком задирать нос…
– а это…
– может быть…
– определенно может быть…
– очень опасно.
А вот и близнецы. Силовое крыло рыжей семейки. Эти отморозки два года не давали ни одному другому сокурснику сблизиться со мной, оставляя место только для своего братца. Еще одни смертники, которые не понимают, что уже, по сути, мертвы, только пока что ходят на своих ногах.
И да, если кому-то интересно, то я в курсе что у меня капитально протекает чердак и у меня слишком огромный черный список для своего возраста. Возможно, если бы Гримм не давил на мозги, то я кого-то и смог бы простить. Хотя вряд ли. Никак не могу представить, чтобы хоть кто-то смог простить десять лет ада, а после, рабство с помощью всяких зелий ментальной направленности. Этого просто не может быть.
– Не советую становиться моими врагами. Раздавлю как букашек, и никакие шуточки не помогут. Даже не думайте, что я стану играться с вами.
