"Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ренгач Евгений
Но ответ меня, увы, не обрадовал.
— У вас, мой господин, самый слабый Дар за всё время существования Рода Оскуритовых, — огорошил он меня. — Вы совершенно неспособны ни к боевым приёмам, ни к усилению, ни к артефакторике и призыву. Вы не проявили склонностей даже к благородным Тёмным искусствам, владением которыми славился ваш Род! Некромантия, подчинение, разрушение — вы полностью лишены великолепных способностей ваших предков…
— Эй, не увлекайся! — остановил его я. Пусть, по сути, он говорил и не про меня, это всё равно звучало достаточно обидно. — Но ведь добраться до тринадцатого Ранга как-то удалось…
— Прошу прощения, мой господин, но вы сами велели говорить откровенно, — не моргнув глазом, парировал камердинер. — Довести вас до тринадцатого Ранга удалось только благодаря огромным усилиям вашего отца, Максимилиана Аристарховича, моим собственным и нескольких учителей… Учитывая, сколько труда было приложено, этот результат в Благородных семьях считается ничтожным. Некоторые охранники и то демонстрируют более высокие Ранги!
— То есть Марк, то есть я, безнадёжен, — подвёл я неутешительный итог.
Неожиданно для меня, Альфред уверенно помотал головой.
— Вы были безнадёжны! До сегодняшнего дня. То, что вы сегодня показали… Усиление, толчок, подчинение… Это великолепные навыки, которыми раньше вы совсем не владели! Разрешите смелое предположение?
— Разрешаю!
— Я читал в древних книгах, что сильная травма, граничащая со смертью, может сделать из обычного человека Одарённого или усилить его, если Дар уже имеется. Вот и ваша сила после травмы возросла! — закончил он с восторгом.
О том, действительно ли это так, я не имел ни малейшего представления. Это было и не удивительно, всё-таки я был в этом мире всего пару часов. Но в целом предположение Альфреда казалось мне логичным. Марк не просто соприкоснулся со смертью. Он умер, а его тело занял другой человек. Я. И вполне возможно, что мои способности к использованию Дара окажутся намного сильнее его.
— Господин, совсем забыл, — внезапно всплеснул руками Альфред. — Во внутреннем кармане вашего костюма лежит метка для отражения Дара.
— Что она там делает? Разве она не должна быть нашита на груди?
— А вы разве не помните? Вы же сами велели мне её срезать, чтобы остальные не видели ваш Ранг и не смеялись над вами… — потупив взор, ответил камердинер.
Я запустил руку в нагрудный карман и извлёк оттуда какую-то помятую тряпочку. Раньше это, вероятно, был изящный кусок ткани, который теперь, от долгого ношения в кармане, стал грязным и засаленным.
Стоило мне его вытащить, как на его грязноватой поверхности проступили цифры.
12.
— Раньше ведь было 13, верно? — спросил я у Альфреда. — Выходит, мой Ранг подрос.
— Да, господин! Ваш Ранг вырос впервые за десять лет! Я так счастлив! — камердинер едва ли не затанцевал от радости. — Вполне возможно, что это только начало, и вы сможете поднять собственный Ранг ещё выше. Стоит только как следует постараться…
— Вот это я могу пообещать! Уж стараться я точно буду! — заверил его я.
Оставаться в слабаках, тем более в мире, в котором меня хотел убить едва ли не каждый встречный, было не просто глупо, но и опасно для здоровья.
Альфред ничего не сказал, но бросил на меня недоверчивый взгляд. Кажется, как я и предполагал, Марк не отличался рвением в развитии не только своего тела, но и Дара.
Я ухмыльнулся. Тогда камердинер точно удивится. В отличии от своего реципиента, мне работоспособности и силы духа не занимать!
— Кстати, ты говорил, что участвовал в моём обучении. Напомни, какой у тебя Ранг? — спросил я его.
Неожиданно камердинер уверенно помотал головой.
— Не имею права говорить, господин!
— Что значит не имеешь права?! — удивился я.
— Много лет назад я дал клятву вашим предкам, что никто никогда не узнает о моей силе, — пояснил он, нисколько не смутившись. — Так нужно для безопасности вашего Рода. Вашей безопасности. И я намерен сдержать своё слово!
— Ну как хочешь, — пожал я плечами.
По большому счёту мне на его загоны было наплевать. Не хочет говорить — и не нужно. Понадобится, сам узнаю.
Носить метку Дара на видном месте я не собирался и запихнул её в карман. Пока хвастаться нечем. Попридержу до момента, когда будет что продемонстрировать.
Я уже хотел задать Альфреду очередные вопросы, когда рядом с нами выросла парочка крепких ребят в жандармских кителях.
— Добрый вечер, господа! Прошу проследовать за нами.
Глава 8
Жандармов было двое. Один помоложе, с нехорошим взглядом, а второй за пятьдесят, солидный и с внушительными рыжими усами. Приметная парочка!
К представителям их профессии я всегда относился с уважением. Но чего ожидать от местных стражей порядка, мне было неизвестно. Поэтому я решил действовать осторожно.
— Добрый вечер! Прошу прощения, а в чём причина? Нас в чём-то обвиняют?
— Ты посмотри на него! Как будто не знает! — злобно прошипел молодой жандарм.
— Не знаю что? — вежливо переспросил я его.
— Что ваша гадская семейка сотворила с нашим городом! — рявкнул он.
Судя по тому, как изменились лица Альфреда и усатого жандарма, подобное обращение для местных служителей порядка и справедливости было чем-то необыкновенным.
А значит, я имел право ответить в той же манере.
— А вы случайно ничего не перепутали? Вы вообще-то разговариваете с князем! — прогромыхал я в ответ и сам скривился.
Совсем недавно презирал мажоров и говорил, что никогда не стану, как они, а вот уже вовсю использую их фишки и при первой же возможности ссылаюсь на благородное происхождение. Недолго продержался!
Но стыдно мне не было. Этот паренёк наехал на меня, не имея для этого никаких оснований. Такое нельзя было оставлять без внимания. А лучшего аргумента, кроме как упомянуть аристократический статус, у меня не было.
— Светлейшим князем! — с гордостью поддакнул мне Альфред.
— Тем более! — согласился с ним я. — Так что советую вам следить за языком!
— Следить за языком?! — взорвался молодой. Он бы обязательно бросился на меня, если бы его не сдержал усатый. — Да ты права указывать мне не имеешь, Оскурит проклятый! Да из-за тебя вся моя семья погибла!
— Из-за меня? — Я вопросительно поднял бровь. — Вообще-то мы только сейчас встретились!
— Из-за тебя или твоей долбанутой семейки — разве это важно?! — рявкнул он. — Вы, Оскуриты, все одинаковые! Лучше бы ты и дальше сидел в той дыре, где был до этого! Там тебе самое место!
— Правильно, служивый! Всё по существу! — донеслись крики из вновь начавшей собираться вокруг нас толпы.
Я поморщился. Снова претензии к Оскуритам! И снова во всём виноват именно я. Чем же эта семейка умудрилась не угодить целому городу? По брошенным вскользь фактам я уже успел составить кое-какую версию, но до конца картинка всё ещё не сложилась.
Эх, жаль не успел расспросить Альфреда как следует! Вот закончу весь этот бессмысленный спор и наверстаю упущенное.
— Мне жаль твою семью, — искренне ответил я. — Но и ты должен понять. Дела Рода — это дела Рода! И если кто-то из Рода накосячил, то я не обязан нести за него ответственность!
Я старался, чтобы мои слова были не совсем уж мягкотелыми, но и не очень жёсткими. Пока сам во всём не разобрался, то важно не сболтнуть лишнего.
Молодой жандарм снова вспыхнул и попытался что-то возразить, но усатый положил руку ему на плечо, и тот сразу замолчал.
— Прошу прощения, князь. Мой коллега молод и ему сложно совладать с эмоциями, — спокойно произнёс он. — Он через многое прошёл. Вы должны понимать.
— Понимаю! — кивнул я, на самом деле не понимая почти ничего. — Почему вы нас остановили? Мы сделали что-то противозаконное?
— Да, князь, сделали, — согласился усатый. — Вы устроили драку в публичном месте. И нанесли вред гражданскому лицу.
Он посмотрел куда-то в сторону. Я проследил за его взглядом и увидел в толпе бородатое лицо крестьянина, которого я совсем недавно как следует отделал. Заметив мой взгляд, он тут же постарался скрыться за спинами соседей.