Дарья Кузнецова - Песня Вуалей (СИ)
А ещё рубашка совершенно потрясающе пахла. Совсем немного чем-то свежим, — наверное, остатки запаха моющего средства, — и своим хозяином. Не потом, а просто — человеком, подполковником Разрушителем Зирц-ай-Реттером, и этот запах прочно ассоциировался у меня со спокойствием и чувством защищённости. То ли виноваты были во всём мои глупые чувства, а то ли всё проще, и в последнее время слишком часто я вдыхала этот аромат при совершенно определённых обстоятельствах: когда следователь подобно древнему герою являлся меня спасти.
От последнего впечатления я поспешила отвлечься, и вместо романтики накрутила себя на раздражённый лад. Раз уж меня поселили здесь жить, не слишком-то интересуясь моим мнением, могли бы и обеспечить всем необходимым. Хотя бы сменой одежды!
Свет-камень поприветствовал меня тусклым рассеянным светом. За время моего отсутствия в кабинете ничего не изменилось, и это к лучшему. Окинув взглядом помещение, я решительно вздохнула и направилась к шкафам. Если заняться нечем, буду спать в своё удовольствие, а для этого следовало хотя бы попробовать поискать спальные принадлежности. Потому что господин следователь, конечно, суров и грозен, но не настолько же, чтобы не пользоваться подушкой!
К счастью, оказалось, действительно — не настолько, и искомые предметы я обнаружила в одном из шкафов. Том самом, где прятался огонь-камень, только на нижней полке.
На старом продавленном диване я устроилась вполне комфортно. Наверное, человеку комплекции подполковника было не слишком удобно тут спать, а я свернулась уютным клубком в ямке, накрылась мягким пледом и с удовольствием почти сразу провалилась в сон. Без сновидений; об этом я позаботилась особо.
Сложно сказать, что именно меня разбудило. Не было никаких громких звуков или других событий, просто сон внезапно куда-то ушёл. Некоторое время я лежала, вглядываясь и вслушиваясь в окружающее пространство; с нынешнего ракурса мне было плохо видно, но, кажется, вернулся хозяин кабинета. Потому что кто ещё может тихонько шуршать за столом какими-то бумагами в приглушённом свете настольного свет-камня?
Если, конечно, это не какой-нибудь шпион-диверсант.
Подстёгнутая этой мыслью, я торопливо села, озираясь. Паника оказалась напрасной; за столом, погрузившись в чтение, действительно сидел Зирц-ай-Реттер. Бросив взгляд на часы, я обнаружила, что ночь давно вступила в свои права, и время подбирается к трём часам.
— Я вас разбудил? Простите, — тихо проговорил Разрушитель. — Отдыхайте, я постараюсь потише.
— Это не вы, я сама проснулась, — пробубнила я, растирая руками лицо. — А вы что, совсем не планируете спать? — поднимаясь с дивана, спросила я. Раз уж всё равно проснулась, можно сходить в известное место, сделать полезное для организма дело.
— Работы много, — невозмутимо пожал плечами мужчина. Я окинула взглядом кипы разложенных листов и открытых папок и согласилась, что — да, действительно, много.
Воспользовавшись туалетом и рукомойником, я вернулась в кабинет уже более проснувшаяся, и замерла на полдороге к дивану, внимательно разглядывая мужчину. Косые лучи свет-камня ярко подчёркивали на бледном лице Разрушителя следы усталости: мешки под глазами, усталые складки в уголках губ, впалые щёки.
— Вот что, — решилась я, подбирая со стола не начатую книгу и подходя к хозяину кабинета. — Давайте мы с вами поменяемся до утра. Вы немного поспите, а я почитаю посижу, всё равно мне днём больше нечем заниматься, вот и отосплюсь.
— Госпожа магистр, у меня правда много работы, — он наконец оторвал взгляд от своих бумаг и укоризненно уставился на меня.
— Я понимаю. Но если вы завтра свалитесь с истощением, вы совсем ничего не ускорите, — проворчала я, невозмутимо нависая над господином подполковником. Не люблю просыпаться в неурочный час, я в таких случаях всегда становлюсь трудновыносимой персоной, ворчливой и раздражительной. И, оказывается, совершенно непрошибаемой для сердитого взгляда недовольного Разрушителя.
— Госпожа магистр, при всём моём уважении…
— При всём моём уважении, я �