"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич
Пулемет — это сила. Тяжелые пули даже на таком расстоянии пробивали навылет тела орков и поражали стоящих за ними. Войско собралось компактно, образовав идеальную мишень класса «пехотный полк на построении», ни одна из пуль не была потрачена впустую. На всякий случай я сменил ствол, после чего аккуратно завернул оружие в мешковину и отнес вниз в игравший роль сейфа шкаф с магическим замком, после чего вернулся на крышу фургона.
Хотя сверхзвуковые пули достаточно сильно хлопают, создавая ударную волну перехода звукового барьера, импровизированный магический глушитель свое дело сделал на отлично. Да, в лагере слышали странные хлопки, только определить направление, откуда они доносились, было сложно. Что до трассеров, то кто знает этих белых с их непонятной магией? Наверное, очередное артефактное оружие применяют. Ну, да пусть думают, что угодно, мне же важен результат, а именно, уничтожение шаманской и военной верхушки этого войска. Ибо кто к нам с мечом придет, тот по оралу и получит.
Но пора объясниться с Мило. Я поставил звуконепроницаемый экран и повернулся к другу и учителю.
— Спрашивай.
— Кто ты, Майк? Ты — Древний? — спросил Мило, как будто боясь моего ответа.
— Нет, Мило, я никакой не Древний. Я вполне современный. Так вышло, что меня перенесло сюда из другого мира. У нас там нет магии, вообще никакой нет. Там я был врачом, здесь же стал тем, кем стал.
Профессор задумался и минуты полторы переваривал сказанное, потом попросил:
— Расскажи о своем мире.
И я начал рассказывать все, что приходило в голову, без какой-либо системы. Вскоре такое повествование учителю надоело, и он начал задавать уточняющие вопросы.
— Удивительный у вас мир, — Мило, наконец, отстал от меня с расспросами и откинулся на спинку лавки. — Зато теперь понятны все нестыковки с твоим поведением. И понятно, почему ты говоришь с западным зунландским акцентом, наверное, предыдущий хозяин твоего перстня был оттуда родом, вот перстень тебе и внедрил его лингвистическую матрицу. Кстати, куда это они собрались?
Мило указал на группу конных легионеров, направлявшихся к воротам. Я снял звукоизолирующий экран, сразу снаружи навалилась какофония звуков, профессор же схватился за переговорный амулет и начал выяснять ситуацию. Оказалось, что майор велел убрать трупы с полосы отчуждения.
— Вы там совсем охренели? Почему меня никто не предупредил?! — вопил маг в кругляш амулета. — Майор, немедленно отмените приказ! Да, мне отсюда лучше видно! Да, принимаю командование и беру на себя ответственность!
Повернувшись ко мне, маг попросил:
— Майк, можно твой фургон использовать как прикрытие?
— Хочешь заодно визуальную разведку провести? — уточнил я.
— Угадал. А еще, если зеленомордые решат посчитаться с санитарной командой, отсюда их прикрыть будет сложно, у тебя же эта железная штука имеется, как ты ее назвал, пулемет?
— Хорошо, едем, — ответил я, чуть подумав.
Вылазка прошла как-то буднично и без каких-либо эксцессов. Потеряв разом все верховное руководство, южные варвары отошли от ПВД, по крайней мере, в пределах ближайшей мили я не наблюдал ни одного живого орка. Фургон выехал за пределы полосы отчуждения, стрелковое отделение легионеров на крыше машины под командованием Мило внимательно осматривало окрестности через прицелы своих арбалетов, мои братья так же внимательно наблюдали за окрестностями через бойницы салона, держа под рукой длинноствольные винтовки и укороченные дробовики. Санитарная же команда баграми и крючьями оттаскивала трупы в сторону реки, избегая приближаться к ним слишком близко: разложение на жаре идет быстро, да и тучи здоровенных черных мух (откуда только взялись?), кружащихся над трупами, не добавляло желания к ним подходить. Затем фургон переехал на пол-фарлонга дальше, прикрывая конечную часть последнего пути этих незадачливых варваров, и санитарная команда начала скидывать тела в воду. Рыба и крокодилы ниже по течению будут рады такой куче дармовой жратвы.
Когда мы вернулись в лагерь, внутренняя территория там уже была избавлена от трупов, отправившихся в ту же реку, немногочисленных же уцелевших ренегатов успели вдумчиво поспрашивать, да и отправили плавать следом за остальными. Мило убежал на совещание к майору вместе с отделением стрелков, что было придано нам в усиление на время вылазки за территорию. Я же откровенно тупил, сидя на крыше фургона в тени навеса, потягивая из кружки через соломинку местный зеленый сок со вкусом граната и запахом мелиссы. Редкие мысли пугались эха в пустой голове и сбегали в неизвестном направлении. Вокруг творилась непонятная суета, шатры орочьих племен переставлялись с места на место, группы легионеров и орков то выезжали за территорию, то возвращались обратно, я же все сидел и бездумно на это все взирал. Сок в кружке периодически заканчивался, но кто-то из братьев немедленно наполнял ее из стоящей рядом тыквенной бутыли. Вывел меня из этого состояния прострации звонок амулета связи.
— Как ты, любимый? — от голоса Орани на душе сразу потеплело. — Мне приснилось, что тебя убили!
— Все хорошо, маленькая, — ответил я с нежностью в голосе. — Ты сама-то как? Никто не обижает? А то я ведь приеду и сам обижу!
— У тебя точно все в порядке? — подозрительно спросила она.
— Точно-точно! Даже не сомневайся! Но ты так и не ответила, что там и как у тебя.
— Нормально все, — ответила Орани таким тоном, что стало ясно, что там далеко не все нормально.
— Ты совершенно не умеешь врать, — я грустно констатировал факт. — Давай, рассказывай, что там случилось!
— Брат твой уезжает, договорились они. Кого мне теперь спрашивать совета?
— Так, давай разберем твою проблему, — я попробовал повернуть разговор в конструктивную сторону. — Попробуй своими словами объяснить, что именно тебе поручили делать.
— Ну… — замялась она, — мне поручили заняться разведением лошадей на продажу. Организовать это все как-то…
— Другими словами, тебе надо, чтобы сначала лошадей вырастили, а потом продали и принесли деньги племени, так?
— Ну да.
— Тогда здесь не одна, а две задачи. С продажами все просто: племя ведь до сих пор никогда лошадьми массово не торговало, да?
— Не торговало.
— Значит, и не надо напрямую торговать. Договорись с кем-то в Харе, чтобы представлял интересы племени за разумный процент. А еще лучше с Хармином договорись, лишняя конкуренция тут не нужна.
— В смысле, с Хармином договориться? — удивилась Орани.
— В прямом. Их племя лошадей растит, вы будете тоже растить. Договорись, кто и какие породы будет разводить, чтобы друг другу торговлю не портили, да и продавать лучше вместе, чтобы ушлые торговцы цены не сбивали
— Я подумаю, — девушка явно озадачилась. — А с разведением что делать?
— Тут еще проще. Вы ведь для себя лошадей растите? Растите. Вот и возьми себе в помощники самых толковых коневодов. Будут упираться — иди к отцу. Ты пойми, одна ты все равно ничего не сможешь сделать, надо создать организацию. Набери помощников и передай им часть своих обязанностей, только поговори сначала с отцом, кто и на что может здесь рассчитывать. Нехорошо давать обещания, которые не сможешь исполнить.
— Да кто меня будет слушать!
— Любимая, ты ведь не сама по себе, а выполняешь волю вождя. И тебя не слушать в данном случае означает идти против воли твоего отца. Не знаю, как у вас, а в племени у Хармина за такое недолго и головы лишиться. Просто постарайся это спокойно донести до сомневающихся. И обязательно поговори с отцом, хорошо?
— Хорошо, — сказала Орани, потом, чуть подумав, добавила: — Ты у меня такой умный! Сразу и проблему понял, и как ее решить объяснил. Я тебя так люблю!
— Я без тебя тоже жить не могу, — ответил я истинную правду. Пора заканчивать наш анабасис и двигать домой, здесь идет не моя война.
— Командир, тут к тебе пришли, — раздался голос Ная снизу.
— Любимая, извини, тут снова дела, — сказал я в амулет связи.