"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович
— Камнями можешь также расплачиваться за всё, — сказал я, — покупай, что нужно для поместья: рабов, ремесленников, слуг, предметы мебели. Весь мешочек вручаю тебе, уверен, ты распорядишься им на моё благо.
— Конечно Твоё величество! — он поклонился, — это огромные богатства! На это можно многое что купить.
— Сильно только не разгоняйся, пока только самое нужное, — остановил я его порыв, — никаких роскошеств в виде тронов, золотых украшений и прочего. Только то, что поможет нам обустроить поместье и нашу жизнь. Ну и вилку мне пусть сделают, пришлось расстаться ради лошадей и еды с ней.
— Я понял тебя царь, буду брать только необходимое, — дрожащими руками, он повесил кошелёк полный камней, себе на пояс.
— На этом всё и главное никому не говори, ни про камни, ни про металл, — предупредил я его, — нечего нашим врагам знать, что у нас есть.
— Конечно! — закивал он головой, так что я подумал, она сейчас оторвётся от тонкой шеи.
— А теперь пойдём, покажешь, что новенького ты тут без меня ещё сделал, — пригласил я его на выход.
Едва мы вышли, как увидели, что нас ожидает госпожа Исида.
— Госпожа, — я улыбнулся ей, на что женщина поклонилась.
— Твоё величество, я рада, что ты вернулся к нам.
— Как дела?
— Благодаря богам — хорошо, — улыбнулась она.
— Где Амонемхеб? — спросил я, — обычно вы всегда вместе выходили на улицу.
— Её забрали, почти сразу после твоего отъезда, — вспомнил Рехмир, вмешиваясь в наш разговор, — прибыл отряд дворцовой стражи и её увезли домой, к родителям. Дядя кстати прислал нам много припасов, я хотел его как-то отблагодарить за это.
— Позже Рехмир, мы всех отблагодарим, — улыбнулся я, — пока же давай сосредоточимся на текущих делах.
Тут я обратился к матери Тутмоса.
— Мы решили посмотреть на поместье госпожа, если хотите можете прогуляться с нами.
— Если ты не возражаешь, то да, я бы хотела быть рядом с тобой, — снова поклонилась она, — одной, без Амонемхеб, мне всё же скучно.
Мы втроём пошли по весьма сильно утоптанным тропкам в поле, где трудилось много людей. Деревянными серпами со вставленными каменными вкладышами срезая пшеницу и ячмень, они укладывали снопы в ряд. Другие работники уносили это к поместью, где всё укладывали на землю и затем прогоняли по ним несколько раз быков, и дальше цепами домолачивали остатки. Затем в дело вступали женщины, развеивая зерно, чтобы отделить его от шелухи и пыли, и последней итерацией было засыпание его в зернохранилище. Почему на всех этапах они не использовали медные предметы, я спрашивать не стал, поскольку сам уже знал стоимость металла и его дороговизну, так что никто крестьянам такие дорогие вещи в руки просто так не дал бы.
— Я рассчитываю после сбора урожая расширить поля для посева на следующий год, — Рехмир показывал заросшие сейчас травой, тростником и акациями земли, — это всё твоё царь и даже за рекой царь Хатшепсут выделил угодья для поместья. Так что расширяться нам есть куда, были бы люди для этого всего.
— Средства у тебя есть, покупай, — сказал я, — бери столько, сколько мы можем прокормить.
— Я уже наметил примерный план Твоё величество, — согласился он, — если ты не против, я бы ещё взял себе двух помощников на довольствие.
— Рехмир, — вздохнул я, — не нужно со мной это согласовывать. Я уже сказал, что доверяю тебе, поскольку вижу, насколько серьёзно ты относишься к порученным делам, хотя наверняка после управления целым городом, данная деятельность для тебя явно маловата по размерам.
Рехмир смутился, признаваться не стал, хотя это и так было видно по его лицу.
— Не переживай, как только мы здесь устроимся и царь Хатшепсут снимет с тебя опалу, ты вернёшься в Фивы. Дядя наверняка снова тебя назначит на хорошее место.
— Я рад, что служу тебе мой царь, даже в ущерб каких-то своих личных благ, — не очень искренне возмутился он.
— Пошли, покажешь, где будете сушить зерно, — поменял я тему, поскольку не хотел смущать дальше парня. Дураку было понятно, что он привык хорошо делать свою работу, неважно, чем занимается, но от этого ещё грустнее становилось, что он управляет лишь маленьким поместьем, а не каким-то большим городом или храмом.
Через неделю, когда строительство дома полностью было окончено и мы в него переехали, освободив шатры для рабов, настала пора прощаться с мастерами, которым Рехмир выделил ту плату, которую я попросил дать и очень довольные, они с нами простились, выдвинувшись в обратную дорогу. Чтобы с ними ничего не случилось, я отправил с ними пару военных, которые заскучали за время моего отсутствия. Так хотя бы разомнутся и развеются, плывя по реке на лодке. Работы по заготовке зерна всё ещё продолжались, хоть и крайне медленно, а грустный Рехмир ходил и сокрушался, что не хватает людей. Этим он меня в конце концов разозлил. Я категорически не хотел ни во что вмешиваться, но тут он реально своим нытьём меня достал.
— Слушай, ты сам нерационально используешь человеческий труд, — возмутился я, — даже если их будет втрое больше — это лишь просто увеличит количество рук и едоков, но не сильно упростит работу.
Молодой человек удивлённо на меня посмотрел.
— Но царь, так все работают — это самый лучший способ! Лучше него нет!
— Уверен?! — я хмуро на него посмотрел.
Тут он испугался, и упал на колени.
— Бог Монту, — тихо сказал он, — простите, я не хотел усомниться в ваших великих способностях.
— Я подумаю, что можно сделать, — я сам ещё толком не помнил про всякие эти сельскохозяйственные штуки, но уж как минимум серпы можно было заменить на медные. Ну я по крайней мере так думал вначале.
— Кто там из наших помогал мастерам в кладке кирпичей? — проворчал я, решив начать хотя бы с печи.
— Сейчас я приведу их вам, — он тут же сорвался с места и вскоре привёл двух слуг, возраст которых не позволял им работать в поле, поэтому они вот так и помогали по хозяйству, чтобы их не выкинули на улицу признав бесполезными.
— Ещё пару нубийцев дай мне в помощь, — попросил я Рехмира, — а то как бы эти ни померли раньше времени.
Тыкнул я пальцем в весьма пожилых по местным меркам мужчин. Рехмир мне предоставил требуемое и извинившись, умчался по своим делам. Четыре мужчины опустились на колени передо мной и стали ждать распоряжений.
— «Так, медь у меня есть, — сел я думать, — с рудой заморачиваться не нужно — это плюс. Что нужно для плавления меди? Тигель, горн и температура».
По мере того, как я всё больше вспоминал, что я знал, то всё больше мрачнел, понимая, что не имея ничего, трудно сделать хоть что-то. Простейшее, как мне сначала казалась литьё меди из уже готового металла, при тщательном обдумывании превращалось в нетривиальный такой технологический процесс со многими компонентами.
— «Может ну его? — пришла в голову трусливая мысль после осознания того, что придётся много трудиться».
— Вот что, — обратился я к рабам, — вы двое возвращайтесь на поле, а вы начните мне готовить кирпичи, вот такого размера.
Нубийцы слабо понимали египетский, но жест со сжатым кулаком поняли и бегом приспустили обратно на прежнее место работы. Я же, взяв кусочек ветки нарисовал оставшимся мужчинам на земле примерный размер кирпичей для печи. Оба тут же склонились и пошли выполнять приказ. Сам же я, отправился в дом заниматься своим любимым делом, а именно ничего не делать. Рабыни принесли мне фрукты, и лёжа на грубо сделанной для меня широкой лавке, накрытой множеством циновок я думал, как тяжела моя жизнь в отсутствии цивилизации.
— Слышала? Наш царь пообещал показать очередное чудо, — услышал я под окном тихий разговор.
Я тут же замер, прислушиваясь к нему, речь явно шла обо мне.
— После того, что о нём болтают другие слуги, я теперь ночью заснуть не могу от страха, — признался другой, молодой женский голос, — говорят наш царь — это бог Монту.
— Что тут удивительного дура.
Я услышал лёгкую затрещину.