Полное погружение (СИ) - Матрикс Велл

И сквозь его холодность и отстраненность вдруг прорезалась растерянность.

И надежда. Словно он ждал, что я все смогу объяснить, чтобы…

Нет. Это просто была игра. Игра, которая вела его к победе, а я — досадная случайность.

— Вообще-то, это ты меня сюда запихнул, — сердито ответила я.

И в ответ на его удивленный взгляд рассказала, как очутилась внутри игры.

— Так ты и впрямь игрок, — выдохнул он.

И только сейчас я заметила, в каком он был напряжении все это время.

— Ну да. А мой ассистент — это реальная я, которая отвечала за игровую механику. А почему ты ее не слышал?

— Потому что в полном погружении игра блокирует все, что может дать игроку подсказку, что он — игрок. И подстраивается под обстоятельства… Я отыгрывал работника центра, приложившего руку к заражению и пытающегося выбраться из ловушки, а ты… была игроком? С полным пониманием, что это — игра?

— Ну… да.

Теон покачал головой в удивлении:

— Невероятно…

— А что теперь? Мы выйдем из игры?

Он снова нахмурился:

— Я выйду из игры. А ты… Если в реальности ты оставалась в сознании, тебя невозможно загрузить обратно в твое тело.

— Почему?

— Это создаст конфликт между двумя разными прожитыми ситуациями, и сознание сломается. К тому же для возврата требуется более сложное оборудование, чем цифровизатор, замаскированный под диск.

— И… я что, останусь запертой здесь? — я растерялась.

— Игра завершится, как только я выйду отсюда. Тебе негде будет существовать, — правда прозвучала жестоко.

Я шагнула назад и уперлась спиной в стену. Хорошо, что есть на что опереться.

Выходит, я все-таки умру? И весь этот путь… мои сражения, преодоления себя, моя любовь — все это просто… растворится в небытие?

Я догадывалась, что так будет. Но до последнего не верила.

Я тряхнула головой и постаралась, чтобы мой голос не звучал жалко:

— Почему меня вообще оцифровало? Зачем? И почему ты ведешь себя так, будто ты не при чем?

— Потому что я не при чем, — он взъерошил себе волосы совершенно непривычным жестом. — Я… я не понимаю, как это случилось.

Я заставила себя улыбнуться:

— Что ж… это было захватывающее приключение, верно? Надеюсь… — голос все-таки сорвался, но я сумела взять себя в руки: — Надеюсь, ты будешь иногда меня вспоминать. Хотя… лучше забудь. Иди, Теон… или как тебя зовут на самом деле? Игра закончилась. Ты победил.

— Яра… — он зажмурился и мотнул головой, а затем решительно подошел ко мне: — Как я могу уйти? Без тебя? Мы победили, вместе. И я люблю тебя. Я не могу оставить тебя здесь.

— Любишь? — вскинула я на него взгляд. — Но ты же просто играл…

— Полное погружение работает не так, — он покачал головой. — Да, реальность и память в игре изменяются, но все остальное — настоящее. Опыт. Эмоции. И чувства. Я люблю тебя — и это останется со мной вне игры.

— Я даже не знаю, кто ты, — прошептала я.

— Меня и в реальности зовут Теон. Я оператор потоковых приложений матрицы симуляций… что-то вроде программиста. И, кажется, мы с тобой из разных миров.

— Ну да. Ты из реального, а я — из цифрового, — криво усмехнулась я.

Он покачал головой и кончиками пальцев погладил меня по щеке:

— Нет. Я не из той реальности, откуда появилась ты.

Его губы коснулись моих, и я ответила на поцелуй — как я могла отказаться от последнего удовольствия перед смертью?

А затем Теон решительно отстранился, сосредоточенный и упрямый:

— И это значит, что матрица создала неизученный эффект. Я могу вытащить тебя отсюда, Яра.

— Можешь? — изумилась я, чувствуя, как затрепетало надеждой сердце.

— Да. Но только в свой мир.

— Но у меня же там нет тела, — я нахмурилась недоуменно.

— Тело — не проблема, — отмахнулся он, отворачиваясь и пытаясь что-то нащупать на стене.

— В смысле — не проблема?

— На Луории процентов восемьдесят населения — синтетики, биологические тела которых недоступны.

— Что это такое — синтетик?

— Искусственно созданное тело, — он обернулся ко мне. — Для переноса сознания. Обычно при переезде на другую планету сознание переместить проще, чем тело.

— На другую планету? — переспросила я тупо.

Я старалась поспевать за его мыслью и, наверное, мне следовало реагировать на его слова более бурно, но, видимо, шок сказывался. Не каждый день тебе отменяют смертный приговор, предлагая взамен жизнь среди технологических чудес.

Ладно. Я определенно подумаю об этом после.

— Благодаря системе переноса сознания и синтетическим телам мы и смогли покорить космос, — он улыбнулся.

— То есть я попаду в футуристическое будущее? Если выйду отсюда? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Это тавтология, но да, судя по всему, моя реальность ушла далеко вперед от твоей, — он продолжил двигаться вдоль стены, пытаясь что-то нащупать.

— А в синтетическом теле я не буду понижена в правах? — поинтересовалась я.

Он удивленно на меня взглянул:

— Нет, конечно. Искусственные тела ничем не отличаются от настоящих, кроме происхождения. А ты… станешь знаменитой, как та, кто помогла открыть неизвестный эффект симуляционной матрицы.

Мне почему-то стало спокойнее, несмотря на повышающийся вокруг градус безумия. Может, это такое продолжение игры?

— А если тело — не проблема, тогда что — проблема? — спохватилась я.

— Проблема — как привести тебя сюда.

— Но я же уже здесь.

— И ты попала сюда, потому что я передал тебе игру. Но я этого еще не сделал.

— Еще? — переспросила я.

— Да. И сейчас мне нужно сделать так, чтобы я появился в твоем прошлом и вручил тебе диск.

— А если у тебя не получится? — тихо спросила я.

— Конечно, получится, ведь ты же здесь, — он улыбнулся.

Я подошла к нему и мягко коснулась его плеча, заглядывая в глаза:

— А может, это и не нужно?

Он замер, а затем обхватил мое лицо ладонями:

— Нужно. Яра, я никого и никогда не любил так, как тебя. Я хочу быть с тобой. И ты говорила, что останешься со мной.

— Я тоже люблю тебя, Теон, — мне хотелось заплакать. — Но, если мы не встретимся, то ничего и не будет?

— А ты хочешь, чтобы не было? — посмотрел он на меня внимательно и серьезно.

Я подумала об этой безумной неделе, обо всем, что пережила в этой игре — не только опасности, но и чудесные ночи с Теоном. О своем будущем в незнакомом мире, шагнувшем далеко вперед по сравнению с моим. О Славе, которая никогда не встретится с Дмитрием, если сейчас Теон отступит.

О себе, такой, которая никогда не появилась бы, не попади я в игру.

— Нет, — качнула я головой. — Я хочу быть с тобой. Где угодно — только бы рядом.

Он улыбнулся, расслабляясь, и поцеловал меня:

— Не уверен, что согласился бы, откажись ты.

— Вот ты жук! — хлопнула я его по плечу.

А он рассмеялся, возвращаясь к странному своему занятию, и вдруг воскликнул:

— Ага!

Потянул на себя что-то, и из стены выдвинулась полупрозрачная панель.

— Что это? — почему-то шепотом спросила я.

— Визуализация управления. Я нашел источник искажения, и сейчас попробую отправить свою материальную проекцию в твой мир, чтобы передать тебе упакованную копию цифровизатора.

— Проекцию? То есть, тебя самого там не будет?

— Проекция создает полную видимость присутствия, — азартно ответил он, барабаня по кнопкам в одной ему понятной последовательности. — Даже с частичной материализацией.

— Ого, до чего техника дошла, — пробормотала я, сообразив, почему-то пирожное показалось мне настоящим.

Материализация, хоть и частичная.

Дело заняло у Теона много времени, но я не жаловалась и не отвлекала. У меня в голове теснились тысячи вопросов, но, если у него все получится, у меня будет время их задать.

А ведь прямо сейчас Теон создает меня — и осознавать это до невозможности странно.

— Готово, — Теон с победной улыбкой задвинул несанкционированную панель управления обратно в стену.