Мир для его сиятельства. Пограничник (том 2) (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич

Рёв. Единогласный боевой рёв всех — мужчин, женщин, крепостных и не очень.

— Мы сгоним их с тех мест и заложим в устье Белой новый город! — снова продолжил взывать я к эмоциям. — Возможно, ещё краше этого — время покажет. Но это будет уже другая история. Но творим эту историю мы, люди! Жители графства и те, кто с нами! — Снова кулак, и снова рёв. — Мы победим, друзья! Потому, что мы — ЛЮДИ!

Жаль, отсюда не видно эльфов — посмотрел бы на их рожи. Но, впрочем, плевать на ушастых. Решать проблемы надо по мере поступления, а схлёст с зайками пока за горизонтом.

— Сегодня произойдут два события, — продолжил я. — Первое — сегодня, в этом заложенном городе, я объявлю об основании нового рода войск — десанта! И этот день, второе августа, отныне будет днём десантника!

Рёв, но пожиже — орали в основном «викинги» Йорика и сочувствующие.

— Но вначале собственно то, за чем мы собрались.

Внимательно оглядел притихшую массовку. Отдельно мазнул взглядом по ВИП-ложу, где мои глаза лихорадочно искала Катрин. Поняла, что мечта её не сбудется, не будет ей на Рио-Бланко города Санта-Катарины. Да и чёрт с нею, с интриганкой.

— Этот город будет называться… — Пауза, как делают конферансье, ведущие американский профессиональный бокс. — …В честь нуэстра-сеньоры-богоматери! — Удивлённое молчание — этот вариант вообще не просчитывался. — Той, которая взяла наше графство под своё покровительство и уже оказывает нам всемерную поддержку.

Пауза. И когда начался гул перешёптываний, продолжил:

— В честь девы Марии, страдавшей, умеющей страдать, и покровительствующей тем, кто страдает. Но не просто страдает, а борется! — выкрикнул я. — И если мы будем бороться — Она не оставит нас, и защитит своим покровом! Мы — дети Богородицы!

— Снова вой и рёв, но чуть-чуть пожиже прежнего фанатичного, ибо не все понимали насчёт покровительницы. Нет, в качестве авторитета я выбрал вообще беспроигрышный вариант, особенно если учесть, что рядом город конкурентки, Марии-Магдалены. Но вот почему я её вырал?

— Я бетонирую первый камень этого города, — продолжал меж тем я, — и называю его… Городом Королевы Ангелов!

Всё, достаточно. Теперь напрячься и надавить всей силой на каменюку на стапелях.

Bl'yad'! Камень не сдвинулся! Ни на миллиметр! Что за нах?

Я надавил ещё раз. И ещё. От равномерных толчков дело сдвинулось… На пол-сантиметра. И всё. Что за подстава? А может со всей дури?

Сказано-сделано! Движение есть, но камень не падал. Тяжело, ой тяжело! Ноги заскользили по земле. Плохо, очень плохо! Они что, специально так сделали, чтобы у меня не получилось? Диверсия? От кого? Город ведь всё равно будет заложен, плевать на камень! Или это пройоб работников на «нижнем» этаже, не закрепивших/установивших камень как надо, оставивших как проще? Я толкал и толкал камень, а ноги буксовали и буковали. Камень качался, но не падал. Принялся его раскачивать, но люди видели этот позор. М-мать! Богородица, ну ты же видишь! Я сделал как ты хотела! Помоги же толкнуть грёбанную каменюку!

И тут случилось нечто. И назвать его иначе, чем божественным вмешательством, не могу. Как и в случае с тройной радугой. Видимо, мне всё-таки благоволят свыше. Ибо с ВИП-трибуны сорвалась, и, расталкивая охрану, вперёд выскочила… Катрин. Проскочила мимо всех, мимо растерянного падре и упёрлась в камень вместе со мной.

— Ты что здесь забыла? — фыркнул я.

— Это и мой город! — парировала она. — Ты меня не прогонишь!

А тут она права — не прогоню. Но и с хрупкой ней мы камень не столкнём. Но сюрпризы не закончились:

— Граф, и я! Это наш день! День десанта!

Вслед за принцессой с ВИП-трибуны спрыгнул не кто иной, как Йорик Тур. Катрин наверняка просто захотела остаться в истории и воспользовалась моментом — она тот ещё позёр. А Йорик просто очешуительный авантюрист, приключения которого находят сами. — Граф, и я с вами! За десантуру! За нуэстра-Сеньору! — И впрягся в камень с другой от меня стороны.

— Ну, раз вызвались — сами напросились, — подвёл итог я. — На счёт три. Раз… Три! И! — О, пошёл процесс. — Ещё раз! — командовал я. — Р-раз… Три!

Получилось! С третьей общей попытки. Камень полетел вниз, пролетел свои сорок-пятьдесят сантиметров и плюхнулся в яму с тестом, немного окатив ею платье Катрин и наши с Йориком ноги. И ещё чуть-чуть наряд падре задело, но тот этому только улыбнулся:

— Нуэстра Сеньора услышала вас, дети мои!

И тут ремесленник сдёрнул простыни, завязывавшиеся на вывеске хитрым узлом.

Зал ахнул. Ибо там была не вырезана, а выжжена, насквозь через доску. Буквы пропускали солнечные лучи, за ними было видно небо — красиво! И имелю чёрную палёную окаёмку, придающую дополнительного шарма. Мне так было проще, чем выгадывать для потока пламени нужную глубину. Прожёг насквозь, и ведро воды! Прожёг — и воды! За час вдвоём с резчиком, работавшим с водой, управились.

Мы трое героев-основателей нового города, и сами обернулись. И, улыбаясь, смотрели на длинную-предлинную надпись, которую сложно запомнить натощак, но я запомнил. Улыбки Йорика, Катрин, да и падре были пришибленными, а вот я улыбался во всю ширь. Ибо вот от этой надписи в известном мне мире осталось только одно слово: «Ангелов». Да, город так и зовётся, «Ангелов». Не «Город Ангелов», а просто «Ангелов», «Los Angeles». Мерикосы вообще придурки, как погляжу.

В калифорнийском испанском варианте название было длиннее, порядка восьмидесяти слов, и запомнил я не все. А из тех, что запомнил, сегодня сократил немного, и теперь на нас смотрела табличка с гравировкой: «El Pueblo de Nuestra Señora la Reina de los Angeles». Но, конечно, местные сократили название ещё больше, и, слава богу, до примитивизма янки не дошли, ограничившись «Городом Королевы Ангелов». Не «Санта-Мария», но о чём речь все понимают.

— Спасибо, Рикардо!.. — прошептала Катрин, беря меня за руку своей нежной ладошкой в перчатке. Голос её дрожал. — Пожалуй, сегодня я надену для тебя свои крылья…

Люди вокруг хлопали, рукоплескали, что-то приветственно кричали, вспоминая фанатский и религиозный экстаз… А я вспоминал наше знакомство у церкви и первые подаренные ей цветы. Свои слова: «Сеньорита, где вы потеряли свои крылья?» И: «Ангелы не могут без крыльев. Не должны быть без них!»

Получается, назвав город как угодно, только не в её честь, я ещё больше лизнул Серторию, подняв её на недосягаемую высоту?

А ведь так и получается. Катарина Сертория. Ангел. Королева Ангелов…

Захотелось ругаться, но не стал. Даже про себя. Поздно сквернословить.

Хотя… Может всё идёт так, как надо, и такое название — тоже помощь небесной покровительницы, или кто там вместо неё? Мельком глянул на пылающую алощёкую девчонку рядом… Сущую девчонку, в этот момент она не была ни штирлицем, ни принцессой, ни стервой. А той, кем хотел бы, чтобы она стала. Собой. И как она сжимала мою руку, вжимаясь одновременно плечом в моё плечо…Да, верно, всё не так плохо, и идёт, как должно.

— Мы найдём их вместе, моя королева! Твои крылья!.. — прошептал ей в ухо и подбадривающе улыбнулся.

Глава 27. Время дипломатии

Вот честно, просто так совпало! Мамой клянусь!

И что, что первая мама умерла, а вторая в другом мире осталась. Всё равно так и было, ей-ей!

Сам Антонио Гутерреш де Рекс забил мне стрелку на первое августа. Я честно планировал приехать к седьмому. Получилось ко второму, благодаря непредвиденному фактору, быстрокрылым нашим длинноухим зайкам. Ну а раз так, чего переносить? Вот и город основали в этот день, и местный аналог «войск дяди Васи», которые по плану должны базироваться в этом городе и с ним неразрывно будут связаны, тоже. Как ЧФ и Севастополь у нас, так и моё ВДВ и ГКА(Город Королевы Ангелов) не должны ассоциироваться одно без другого. И то, что второе мать его августа — реально эпическое, но совпадение.