"Фантастика 2024-84". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Мзареулов Константин
Абу был очень зол. Ему хотелось посмотреть, что находится внутри саркофага. Он еще никогда не видел, как грабят непотревоженное захоронение. Он мог только догадываться, какие сокровища скрывает под собой непреподъемная каменная плита.
Выбравшись наружу, он принялся сбивчиво рассказывать Салеху о том, что видел внизу. Услышав о неразграбленном саркофаге тот, со смехом взъерошил непокорные волосы племянника:
— Заткнись молокосос, что сейчас проку от твоего блеяния? Нужно поскорее откупорить эту кубышку с драгоценностями! Если мы найдем там, то, что я думаю, клянусь слизью и чешуей Апопа, я возьму тебя с собой в Мемфис к веселым танцовщицам!
После этого Салех подхватил два тяжелых лома, отобрал у Абу факел и весело подмигнув, проворно нырнул в чернеющий лаз.
Абу проводил его хмурым взглядом. Хорошо зная своих родственников, он не поверил ни единому их слову. Он не сомневался, что даже в случае очень большой удачи ему, скорее всего, ничего не перепадет. Как всегда Бакр затянет свою любимую песню о том, что мать Абу, со своим ленивым ублюдком, должны денно и нощно молиться на него, за то, что он позволил им жить у себя, после смерти их непутевого мужа и отца. Несмотря на то, что Бакр и Салех приходились матери старшими братьями, они обращались с ней как с чужой. Жены братьев, живших одним домом, всячески помыкали ею и заставляли делать всю самую грязную и тяжелую работу. Ничего, как только Абу подрастет и войдет в силу, он расквитается с родственниками сполна!
Какое-то время Абу стоял под палящими лучами солнца, жадно впитывая их жар всей поверхностью своего тела, словно ящерица, восставшая ото сна после холодной ночи в пустыне. Согреться от мертвящего холода, царящего в глубине гробницы, было не так-то легко. Потом присев в тени высившегося перед входом в захоронение утеса он стал наблюдать за каменистой пустыней. Каким бы гадом не был Бакр, но ремесло свое он знал хорошо. Нельзя было допустить, чтобы к ним не незаметно подкрались стражники Долины Мертвых. Если бы это произошло, то очень скоро к мертвым обитателям долины присоединились бы еще три неупокоенные воровские души.
Глава 2
Лорд Роберт Хаксли недовольным взглядом окинул унылый фасад своего родового гнезда, сплошь заросшего густым плющом. Стены, сложенные из грубо обработанных каменных блоков потемнели от сырости. Опять с утра зарядил этот нескончаемый дождь. Сэр Роберт тяжело вздохнул.
Старик садовник совсем отбился от рук. Быть может, у него уже нет сил, чтобы подняться с постели? Надо будет рассчитать его и нанять на эту должность кого-нибудь порасторопнее из близлежащей деревушки.
Два месяца тому назад сэр Роберт вернулся в Англию из длительного путешествия по Египту. Сказать по правде, цель его визит была достаточно необычна. В то время как большая часть путешественников занята тем, что бездумно прожигает свои деньги, восхищаясь красотами чужой страны, перед сэром Робертом стояла диаметрально противоположная задача. Он отправился в Египет для того чтобы разбогатеть.
Но, увы, ему так и не удалось преуспеть на этом поприще. Ближний Восток на поверку оказался отнюдь не сказочной пещерой Али Бабы из «Тысяча и одной ночи», доверху наполненной несметными сокровищами. В этом богом, позабытым краю, населенном нищими бедуинами и феллахами, готовыми за шиллинг убить, никто не приготовил ему ни золота, ни драгоценных каменьев.
За время своего путешествия сэр Роберт возненавидел Египет всей душой. С его вечной жарой и невыносимым солнцем, от которого, казалось, нигде не было спасения. Стоило найти где-нибудь тенистое место, как тут же выяснялось, что оно уже занято. Изо всех щелей начинали выползать потревоженные скорпионы, огромные сороконожки, шипящие кобры и прочая ядовитая нечисть.
В воспетый поэтами божественный Нил нельзя было не то, что войти, к нему было боязно приближаться, из-за обилия отвратительных гребенчатых крокодилов, которыми кишели густые заросли прибрежного папируса. В самой реке безвылазно сидели огромные лоснящиеся от жира гиппопотамы, которым по слухам ничего не стоило перевернуть большущую лодку и отправить ее пассажиров на корм своим зубастым соседям.
В довершение ко всему сэр Роберт подхватил дизентерию. Жестокий бич всех европейских путешественников на востоке. Проклятая болезнь измотала его до крайности, выжимая из него все соки через задний проход, по сорок раз на дню.
Сэр Роберт в дневниках именовал свое путешествие не иначе как Казнью Египетской. Мало того что он не разбогател, так в довершение ко всему, еще и умудрился растранжирить то немногое, что у него еще оставалось, после подписания очередных закладных на «Кривой вяз». Сейчас вернувшись, домой, он понимал, что там, в Каире вел себя несколько опрометчиво. Подобно восторженному юнцу, впервые попавшему в публичный дом, у него от множества диковин разбежались глаза. Несмотря на то, что он прекрасно знал, о том, что все арабы, от мала до велика, редкостные мошенники, он все же заплатил тому старому арабу целое состояние.
Среди груды древнего и нынешнего барахла в лавке Абдаллы, сэр Роберт приобрел множество презанятных вещиц. Чего стоила, например базальтовая статуэтка одноного инвалида с вздыбленным членом, размером с его отсутствующую ногу! Или взять хотя бы мумифицированную голову фараона, какой-то там великой династии! Хотя, скорее всего, это голова некогда принадлежала несчастному соседу Абдаллы, с которым тот не особо ладил. Или на худой конец какому-нибудь городскому бродяге, пропажи которого никто так и не хватился. Сэр Роберт ни минуты не сомневался, что разбойник лавочник убил его, после чего высушил у себя на крыше дома и покрыл смолой. А теперь продавал по частям доверчивым простакам вроде него. Как он слышал, торговля этим ходовым товаром процветала в многолюдном Каире.
Но вершиной привезенной сэром Робертом из Египта коллекции было, конечно же, яйцо. На этот диковинный футляр из потемневшего, растрескавшегося от старости дерева в форме пузатого скарабея у него, собственно говоря, и ушли все оставшиеся деньги.
Мошенник торговец уверял сэра Роберта, что находящееся внутри футляра яйцо цвета древнего папируса, поверхность которого была покрыта сетью замысловатых трещин, принадлежит давным-давно вымершему виду гигантских скарабеев. Абдалла с неприкрытым трепетом в голосе, на ломаном английском языке, называл их Черные Чудовища. Лорд Хаксли тут же окрестил новый вид жуков по латыни Scarabeus Monstruoza. Согласно древней легенде, на заре человечества, мудрецы с помощью этих монструозных скарабеев преодолевали пространство и время. Абдалла не моргнув глазом, уверял сэра Роберта в том, что из этого яйца, может вылупиться настоящее огромное Черное Чудовище. Более того, он клялся именем своего отца и своей матери, что такого скарабея можно будет приручить, словно домашнего кота. Гигантское насекомое будет исчезать по своим делам, но неизменно возвращаться к своему хозяину.
Что самое удивительное, сэр Роберт поверил во все эти глупые басни и загорелся желанием вырастить собственного монструозного скарабея. Он, конечно же, не рассчитывал с его помощью совершить обещанное арабом, путешествие во времени. Намерения сэра Роберта были много прозаичнее. Для того чтобы поправить свои финансовые дела, он полагал выгодно продать выращенного им гигантского скарабея какому-нибудь энтомологу филантропу. Или на худой конец в какой-нибудь музей.
Не откладывая дело в долгий ящик, сэр Роберт, с присущей ему энергией, взялся за воплощение в жизнь своего сомнительного прожекта. В соответствии с инструкциями, полученными от мошенника Абдаллы, лорд Хаксли погрузил яйцо в чан с преющим лошадиным навозом, смешанным с кровью телят, закупленной им на скотобойне. Последнее приобретение вызвало оживленные кривотолки среди живших по соседству сквайров, которые, впрочем, сэр Роберт оставил без внимания.