"Фантастика 2024-84". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Мзареулов Константин
Студент и бойцы его группы проникли на Территорию Зла последними. Некоторое время они стояли и прислушивались. Звуки города доносились в промзону слабо. Студент надел прибор ночного видения, включил. Появилась картинка – четкая, в зеленоватом колере. Студент сказал:
– Ну что – пойдем?
Пошли. Впереди шел Студент, за ним – Матрос и третьим, замыкающим – Сибиряк. От стены, огораживающей территорию Зла, до церкви нужно было пройти всего метров семьсот. Они двигались медленно, острожно, держась у стен зданий. В ночной оптике пейзаж выглядел нереально.
Впереди высился темный храм.
К храму подошли через шестнадцать минут. Сибиряк остался снаружи, Студент и Матрос вошли внутрь. Заскрежетало под ногами битое стекло. Матрос сказал:
– Запашок, однако, здесь.
Запах, действительно, был мерзкий.
– Наверное, собака здесь сдохла, – ответил Студент.
У дальней стены храма стояли неснятые леса. Студент подошел, попробовал качнуть их рукой. Леса качались, скрипели, но было ощущение, что не развалятся. Чтобы осмотреть их получше, Студент выключил и сдвинул на лоб ПНВ, включил фонарик. Узкий острый луч освещал ржавые, заляпанные штукатуркой пыльные конструкции. И стены, обильно покрытые сатанинской символикой. Преобладали опрокинутые пентаграммы и число Зверя – «666». Там, где должен был бы находиться алтарь, на стене было нарисовано странное существо с козлиной головой и ногами, женскими грудями и огромным мужским членом. Рисунок был выполнен грубыми штрихами, но вместе с тем в нем чувствовалась какая-то экспрессия. Слева от картинки была начертана фраза: «Сатана есть свет». Справа – другая: «Сатана есть истина». Под изображением козлосисястого члена стояла медицинская кушетка. Из нее торчали клочки ваты, в изголовье стоял «подсвечник» с огарком черной свечи, на полу валялись презервативы.
Студент подумал: мерзость… мерзость какая! И все это похабство намеренно устроили в храме. Пусть и в недостроенном, недействующем, но в храме. Тварям, которые это затеяли, видимо, доставляло особое удовольствие осквернение храма…
Студент направил луч фонаря наверх. Луч скользил в геометрическом переплетении лесов, уходящих вверх, вверх, в темноту купола, отбрасывал тени… А потом осветил человеческое тело. Человек был распят на лесах. Обнаженное человеческое тело как будто парило в темноте. Это было настолько неожиданно, что Матрос невольно выругался вслух. Студент сдавленно крякнул… Несколько секунд он рассматривал распятого, потом выключил фонарик, сунул его в карман и вновь опустил на глаза ПНВ. Потом начал подниматься по лесам. Леса скрипели, из-под ног Студента сыпалась вниз крошка штукатурки, мелкий строительный мусор. Студент поднимался. Вскоре он начал понимать, что храм значительно выше, чем казался на фотографиях. Студент поднялся метров на двенадцать. На уровне головы, в куполе, зияла большая дыра, в нее был виден накренившийся крест и крона полуоблетевшей березки. Студент приблизился к распятому телу, включил фонарик. Вид трупа с расстояния вытянутой руки шокировал, заставлял забыть даже про запах. Голова была оскальпирована, безносое и безглазое лицо страшно скалилось. Студент догадался, что голову оклевали вороны. Но вот загнать стальной штырь в сердце и несколько гвоздей в голову и лицо мог только человек… Точнее, не человек, а тот, кто поклоняется существу с козлиной головой, женскими грудями и мужским членом. Над головой распятого висел привязанный к балке блок. Через него был перекинут канат. Видимо, бедолагу, который висел сейчас на перекладине, убили и распяли внизу. А уж потом подняли сюда с помощью этого самого блока… твари!
Студенту сделалось тошно – край. Он выключил фонарик, сделал несколько шагов по доске и оказался у дыры в крыше. Поднял голову вверх, сделал глоток прохладного ночного воздуха и приказал себе: работай. Ты пришел сюда, чтобы работать. Через сутки тебе предстоит стрелять отсюда по Башне. По Председателю. Студент взялся руками за металлическое ребро каркаса купола, покрытое птичьим пометом, подтянулся… И сразу увидел Башню. В отличие от той, старой Башни, новая была освещена гораздо скромнее. Тем не менее это мощное здание высотой в сто одиннадцать метров нельзя было не увидеть даже с расстояния больше километра. Бетонный пятиугольный столб был почти в четыре раза ниже той, первой, Башни, но все так же доминировал над городом… Студент подумал: дыра в куполе расположена слишком высоко. Значит, нужна какая-то подставка – ящик, табуретка, небольшая стремянка. Во-вторых…
Чуть слышно пискнуло в нагрудном кармане. Студент опустился на доски и достал из кармана рацию.
– Студент, – сказал Сибиряк, – идет кто-то… кажется, сюда.
– Один идет? – спросил Студент.
– Нет, не один.
– А сколько?
– Я их не вижу – только слышу. Думаю, что двое-трое. На крайняк – четверо. Может, ты сверху посмотришь.
Студент быстро сунул рацию в карман, надвинул на глаза прибор и вновь подтянулся на балке. Сначала он не увидел никого. В зеленоватом свете лежала пустынная Территория Зла. Слева отблескивала вода Охты, справа… справа из-за здания показался человек. Он двигался уверенно и не скрываясь. За ним появился второй… третий… четвертый. Каждый нес в руке бледный луч фонаря.
Студент как– то сразу догадался, кто это и куда они идут. Он вновь опустился на доски лесов, достал рацию:
– К нам идут. Четверо.
Четверо приблизились к храму. Остановились. Сейчас их видел только Сибиряк. Студент и Матрос, укрывшиеся в храме, не могли видеть того, что происходит снаружи.
Первый поставил фонарь на ступеньки перед входом, сказал:
– Перед алтарем Бафомета ты, кандидат, должен предстать обнаженным. А чтобы тебе не было холодно – глотни.
Первый достал из сумки на боку флягу, протянул «кандидату». Тот приложился к горлышку. Он пил, а трое молча стояли вокруг него. «Кандидат» сделал несколько глотков и протянул флягу первому. Первый ответил: пей еще. До дна пей… «Кандидат» послушно кивнул, торопливо начал лить в себя. Когда он опорожнил флягу, первый похлопал его по плечу и сказал:
– Свобода ждет тебя во мгле ада, кандидат.
«Кандидат» начал раздеваться. Он снял с себя всю одежду и ботинки.
Где-то завыла собака.
– Я готов, посвященный, – сказал «кандидат».
«Посвященный» взял свой фонарь, поднес его к лицу «кандидата», всмотрелся. Потом похлопал его по плечу и спросил:
– Ты ощущаешь силу Великого Мрака, кандидат?
– Да, – ответил «кандидат», – я ощущаю силу Великого Мрака.
– Тогда пошли. С верой в Темные Силы – вперед.
Они вошли в храм. Теперь их могли видеть Матрос и Студент.
Первый сказал:
– Мы, посвященные, должны подготовиться к процедуре. Ты, кандидат, жди пока.
Один из «посвященных» остался у входа, а двое двинулись в глубину, в угол – туда, где за кучей мусора скрывался Матрос. Сверху, из-под купола, Студент смотрел, как перемещаются внизу пятна света. Слышал, как хрустит под сапогами битое стекло. Подумал: а как же этот «кандидат» босиком-то?
«Посвященные» подошли к куче. Теперь их отделяло от Матроса всего лишь два метра. У Матроса был только нож – Мастер посоветовал не брать стволы – в случае чего можно отмазаться, прикинуться обычным уголовником… Матрос вытащил нож из ножен, стиснул его в левой руке.
Один из «посвященных» нагнулся и приподнял лист железа, засыпанный сверху мусором. Другой вытащил из-под листа два мешка.
«Посвященные» надели черные до пят накидки с капюшонами, зажгли черные свечи у «алтаря» Бафомета. «Кандидат» по-прежнему оставался голым и, похоже, совсем не чувствовал холода. Студент предположил, что в напитке, который он пил, был какой-то наркотик.
Первый – а может, и не он – кто их разберет в этих капюшонах? – но похоже, он – произнес:
– Приступим! Великий Бафомет ждет.
Двое других взяли за руки «кандидата», поставили его на колени. Теперь уже точно было видно, что «кандидат» невменяем. Первый воздел вверх руки и начал читать что-то на непонятном языке. У Студента сложилось впечатление, что это имитация латыни… Студент стоял под куполом церкви, рядом с мертвецом. Внизу, в свете черных свечей, читал свою абракадабру тот, кто поклоняется существу с козлиной головой, сиськами и членом. Стоял на коленях голый одурманеный наркотиками человек. Кандидат. В мертвецы. Свечи чадили. На улице завыла собака.