"Фантастика 2024-84". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Мзареулов Константин
– Позволите присесть? – уверенно произнес он.
– Я, право… Вообще-то, я жду подругу, – ответила она и положила сигарету на край пепельницы. Вокруг фильтра алела губная помада. В этом был скрыт мощный эротический подтекст… Кобелек присел за столик. Он был очень уверен в себе и не догадывался, что уже на ерючке, осталось только подсечь… Через девять минут раздался звонок. Это «звонила подруга». Из ответов Виктории кобелек понял, что подруга не придет. Кобелек внутренне улыбнулся: все складывалось очень удачно.
Зоя откинулась на подушку и сказала:
– Ну ты вааще! Ну ты зверюга… А еще раз сегодня – будем?
Председатель хохотнул:
– Может быть… Все может быть.
– Открой тайну, Сергей Сергеич – какую– такую «СуперВиагру» ты принимаешь?
Председатель подумал: сказать? Или рано? Решил: рано.
Зою Шмуляк Председателя впервые увидел всего пять месяцев назад. Это произошло на борту его персонального самолета «Промгаз», когда Председатель летел в Пекин. Он сидел в кресле, слушал доклад одного из своих советников, когда подошла Зоя. Она произнесла: сок, господин Председатель? – он поднял глаза и встретился с ней взглядом… Он трахнул ее уже во время обратного полета. Через месяц перевел в штат Башни. Сразу на должность референта. Из стюардесс – в референты Национальной компании «Промгаз». Среди элиты пополз шепоток: у Председателя – новая… Шмулька… Шмулька.
Зоя положила руку на пах Председателя, обхватила пальцами его уже опадающий член. Он вдруг сказал:
– Ты действительно хочешь знать?
– Конечно.
– Пойдем, – сказал он.
– Куда? – удивилась она. Председатель поднялся с дивана, увлек ее за руку. Она сказала: – Дай же одеться.
– Не надо, тут рядом.
Они прошли через Звездый зал и поднялись в зимний сад. Здесь росли деревья и цветы, бежал по камням ручеек, щебетали птицы. Зоя спросила:
– Знаешь, на кого мы сейчас похожи?
– На кого?
– На Адама и Еву – голые в раю.
Он засмеялся и сказал:
– Ты даже не представляешь, насколько ты близка к истине.
Они прошли по присыпанной песком дорожке и остановились в дальнем углу, который Зоя называла «Зверинцем». Здесь было несколько вольеров с животными и птицами – косулями и зайцами, павлинами и попугаями… Председатель решительно прошел мимо вольеров и остановился у стола со стеклянным боксом. Внутри был «домик», кормушка и поилка с водой. Посредине сидели две белые мышки.
– Видишь? – спросил Председатель.
– Мыши, – сказала она. – И что?
– Это не мыши. Это – шаг в Бессмертие. – Мыши вздрагивали крошечными розовами носами, блестели черными бусинками глаз. – Как ты думаешь: сколько им лет?
– Ну откуда же мне знать?
– А я знаю: по человеческим меркам этим мышкам уже по триста лет. При этом они совершенно здоровы, продолжают плодиться и мы не знаем, как долго они могут еще прожить.
– Ты серьезно?
– Как никогда… Мы на пороге новой жизни – конечно, не вечной, но очень долгой и без болезней.
– Нет. Нет, я не могу в это поверить.
– Я тоже долго не мог. Но – факты!
– Какие?
– Недавно ты сама удивлялась моим сексуальным возможностям.
– Да, но…
– Ты не заметила, что у меня почти не осталось седых волос?
– Заметила… Я подумала, что ты начал красить волосы, но не стала спрашивать. Подумала, что это может быть тебе неприятно.
– Я не крашу волосы, Зайка… Ты заметила, что я перестал пользоваться очками?
Она вдруг сообразила, что уже давно не слышала крика: где мои очки? – а всего три месяца назад это было самое обычное дело.
– Ты заметила, что я почти вдвое увеличил продолжитьность тренировок?
И она сообразила, что так и есть.
Зоя Шмуляк взялась пальцами за виски, потерла их.
– Таблетка? – произнесла она. – Таблетка вечной молодости?
– Да, – сказал Председатель, – да.
– Но этого не может быть.
– Может! Уже есть. И это в корне изменит все представления о ценностях. Нефть, газ, прочее – это все требуха по сравнению с самым главным ресурсом. Он называется – Жизнь! Понимаешь? Ты понимаешь? Я буду торговать Жизнью! Все золото мира, все бриллианты мира ничто по сравнению с этим товаром. Ничто! Я стану самым могущественным человеком на планете. Президенты и короли, магнаты и шейхи будут стоять в очередь за своей «таблеткой». А я буду решать, кому дать ее, а кому нет. – Председатель говорил и глаза его блестели. Член его начал набухать. Зоя смотрела на Председателя расширившимися глазами. – Они будут нести мне свои миллиарды, складывать у моих ног свои банки и заводы, шахты и танкеры… Но этого мало! Чтобы получить с моей руки свою таблетку, они будут присягать мне. Коленопреклоненно. Я стану Властелином мира!
Председатель повалил Зою на траву, вонзил в нее свой член. По верхушкам растений прошел искусственный ветерок. Обнаженные мужчина и женщина – «Адам и Ева» – совокуплялись на зеленой траве… Из стеклянного куба на них смотрели черными бусинками две мышки.
Отдышавшись, Зоя сказала:
– Я еще никогда так… Это взрыв какой-то.
– Это – прикосновение к Власти. Ты, Зайка, впервые прикоснулась к Власти. Даже маленький провинциальный царек, который правит у себя в районе, наслаждается своей маленькой властишкой. А та власть, к которой ты прикоснулась сейчас, это высшая Власть. Когда же я сумею осуществить проект до конца, она превратится в Могущество. Поняла?
– Д– да.
– Нет, не поняла. Ничего, потом поймешь… Вот те мышки, – Председатель сделал жест в сторону мышей, – вот те мышки, когда трутся, ощущают, наверно, оргазм, животное удовольствие – и не более. Царек, который имеет право трахнуть любую понравившуюся ему телку в своем раёне, ощущает уже нечто большее. Он прется от своего положения, от своего права. А я трахаю всю эту страну. Каждую бабу в этой стране. И каждого мужика… И когда я кончаю в тебя, я кончаю в каждую бабу в этой россиянии… Поняла?
– Э– э… поняла, – ответила она.
– Опять ничего ты не поняла. Власть – это… это… Это круче ебли. Круче любого наркотика. Это возможность влиять на жизнь миллионов, карать, казнить или миловать. Это возможность унижать, плевать им в харю. Ссать на них сверху, срать. С этой самой Башни. Почему, думаешь ты, бывший руководитель «Промгаза» задумал построить Башню высотой в четыреста метров?
– Я не знаю.
– А я знаю. Ему хотелось воздвигнуть этот символ над городом, над страной. В обезьяньей стае вожак демонстрирует всем свой стоячий хуй. Этим он показывает свое превосходство: ебу всех!.. Бывший председатель «Промгаза» хотел построить черырехсотметровый хуй: вот стоит мой хуй! А все вы, макаки, ходите под ним… Макаки шебуршали, возмущались: ах, ах, Петербург! Ах, небесная линия! Ах, фаллос посреди Санкт-Петербурга! Мы не позволим. Это наш город! А им в харю плевали. И в этом кайф. Вы – миллионы – против, а я все равно сделаю так, как я хочу. И сделал! Плюнул в многомиллионную быдлячью харю.
– Они нас ненавидят.
Председатель ухмыльнулся:
– Калигула по этому поводу сказал: «Пусть ненавидят – лишь бы боялись».
– А когда, Сережа?
– Что когда?
– Ну, когда ты сможешь осуществить этот проект? Когда твоя Власть превратится в Могущество?
– Не от меня зависит, – сказал Председатель и сел.
– А от кого?
Председатель сорвал травинку, пожевал ее и выплюнул. Он покосился на Зою, сказал:
– Много будешь знать – скоро состаришься.
– Ну теперь– то ты, надеюсь, не допустишь, – ответила она с улыбкой.
Председатель рассмеялся:
– Не допущу.
Стемнело. Виктория и Олег (так представился кобелек: Олег, просто Олег) сидели на заднем сиденье его «форда» на берегу Финского залива, пили вино. И, конечно, вскоре он полез. Виктория запустила руку ему под сорочку, нащупала овальную пластинку личного жетона – порядок, тот, кто нужен… Он начал расстегивать на ней платье, бормотать: Валерия, Валерия…