"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич
— Идем, — сказала она, не размыкая губ.
Кларк перевёл взгляд с её лица на запястье. Там, словно раскалённое железо, краснел распустившийся цветок морены.
— Идём, — повторила Магда и, повернувшись к Реке, крикнула: — Я, Магда, забираю этого человека в Подкуполье! Да простят боги мою дерзость! А прощение людей мне не нужно.
Взяв Кларка второй рукой, на которой горело перо Великой Птицы, она попыталась открыть глаза. Но их будто залепило воском. Магду охватил ужас. Вспомнились ходившие между послушниками Ордена страшные истории об изгнанных колдунах, которые осмеливались произносить заклинания; о каре, которая их настигала. Неужели её уже наказали?! Хотелось протереть глаза, очистить их, но она знала — нельзя отпускать Кларка.
— Пожалуйста! — безмолвно прошептала Магда. — Не сейчас. Призовите меня к ответу позже.
Тотчас же она смогла открыть глаза. Оглядевшись, обнаружила, что лежит на полу. Вокруг валялись разбитые в щепки куклы, словно по комнате прошёл бешеный смерч.
Сейчас же Магда увидела, то её отбросило в другой конец комнаты от старика. Тяжело встав, и перешагивая через кучи хлама, Магда подошла к нему. Покрытая курчавым седым волосом грудь Кларка медленно поднималась и опускалась, глаза были закрыты, но за его жизнь можно было не беспокоиться. В отличие от её собственной. Гай заверил, что решит вопрос с Орденом, и Магда знала — он не тот человек, который раздаёт пустые обещания. Но всё равно было страшно.
Сильно хотелось пить. Казалось, язык прилип к нёбу. Оглядевшись в поисках корыта с водой, Магда не увидела его. Наверняка, корыто, как и кукол, разнесло в щепки. Зато колдунья заметила выглядывавший из кучи мусора край плаща Кларка. Она вытянула его, встряхнула и накрыла старика: нехорошо лежать обнажённым. Пошатываясь от головокружения и усталости, Магда подошла к двери и навалилась на неё всем телом, открывая. Не удержалась на ногах и буквально вывалилась наружу. Её подхватил стоявший за дверью Гай.
— Магда, какая же ты страшная! — воскликнула Найра и тут же добавила, сжимая в руке амулет Праматери: — Ну и шумно у тебя было!
У колдуньи не было даже сил ответить. Однако, Найра уже забыла про неё. Увидев, что творится в доме, она испуганно всплеснула руками, зашла и, пробравшись через кучи щепок, склонилась над стариком.
— Я вернула его, — тихо сказала Магда, взглянув в лицо Гая.
Он кивнул. Магда уткнулась лицом ему в грудь, глухо добавила:
— В Ордене уже знают о моей дерзости. Мы чувствуем такие вещи.
— Сколько у нас времени? — спросил Гай.
Она пожала плечами:
— Не знаю.
Он обнял её, поцеловал в волосы.
— Всё будет хорошо, поверь мне. Утром я встречусь с Хадаром. Пару дней назад он предложил работать на него.
Магда прерывисто вздохнула и отшатнулась, вглядываясь в его лицо. Она представляла, что для Гая значит работать на Старшего агента.
— Хочешь обменять мою безопасность на свою свободу?! — воскликнула она.
— Всё не так трагично, — улыбнулся он. — Многое зависит оттого, что расскажет старик. Возможно, условия буду диктовать я.
Они одновременно посмотрели в открытую дверь. Кларк пришёл в себя; сидел, зябко кутаясь в плащ, и осматривался по сторонам с непонимающим, изумлённым лицом. Найра что-то тихо и ласково говорила ему, но слов было не разобрать. Наверное, рассказывала про его чудесное излечение.
— Пойдем, что ли, — сказал Гай. — Попробуем разговорить деда.
Магда кивнула, и они вошли в дом. Увидев их, Кларк сел, опираясь рукой о пол, и нахмурилседые брови.
Гай обвёл взглядом кучи щепок, заметил:
— Теперь у тебя теперь есть чем топить печь.
— Кукол жалко! — тихо вставила Найра.
Магда отошла к стене и села, прижавшись к ней спиной и уронив руки между коленей. Она чувствовала себя полностью высушенной. Прямо перед ней из кучи щепок торчала рука куклы. Её тонкие пальцы закрывал ажурный рукав. Магда вспомнила, что платье с такими рукавами было на Молли. Казалось, рука тянется из-под завала, безмолвно умоляя о помощи. Несколько мгновений Магда смотрела на неё, потом ногой задвинула под щепки.
— Найра, приберись тут немного, — сказал Кларк.
Девушка послушно встала, огляделась в поисках метлы.
— За домом, в сарае должна быть, — подсказал старик. — Да прихвати там, в схроне брагу. Нехорошо встречать второе рождение всухую.
— А вода у тебя там, случаем, не припасена? — просипела Магда.
— Справа от двери, в бочонке. Неси всю, что есть.
Найра вышла. Возникла пауза, заполненная дыханием троих людей, да тихим потрескиванием воздуха, в котором ещё не растворилась магия.
— Ты ведь понимаешь, что она не просто так с того света тебя вытащила, — нарушил молчание Гай.
— Понимаю, — откликнулся старик.
Магда перевела взгляд на окно. Рассечённая кожа рыбы напоминала чёрную рану, из которой в комнату сочился мрак, похожий на тот, в котором она искала Кларка. Как захотят наказать её в Ордене и сможет ли чем-то помочь Хадар? Она знала, что любой здравомыслящий человек назовёт её поступок глупым. Она и сама бы так его назвала, но, в то же время, знала — доведись выбирать ещё раз, она вновь пошла бы за Кларком, если бы только появилась надежда, что это поможет Гаю.
— Вы хотите знать о Молли, — заговорил старик слабым голосом. — Так звали мою единственную дочь. Наивное, чистое сердцем дитя. Она родилась, когда мы с её матерью были ещё очень молоды, и выросла как-то незаметно, словно цветок на окошке. Тихая, задумчивая, наша Молли была красавицей. Такую девушку не могли не заметить, и я уже строил планы, как повыгоднее выдать её замуж, например, за сына мясника. Но однажды она прибежала с рынка вся раскрасневшаяся от волнения. Сказала, что её остановила знатная госпожа, подарила четыре больших «беляка» и сказала завтра утром подойти к заднему входу Башни. Так мы узнали, что нашу Молли отобрали в служанки к Великому Хранителю — тогда ещё молодому, только взявшему на себя бразды управления Элсаром. У нас с женой закружились головы от такой чести. Видано ли, наша Молли, простая городская девчонка, которой в лучшем случае, предстояло стирать заскорузлые от собачьей крови фартуки мужа-мясника, станет личной служанкой Великого! Мы с женой ходили, раздуваясь от гордости, и все соседи кланялись нам, будто господам. С мясником мы даже здороваться перестали: кто он нам теперь? Мы представляли, что Молли выйдет замуж за кого-нибудь из высокопоставленных слуг. Вскоре дочь перебралась в Башню, и мы стали редко её видеть. Сначала она ещё приходила на обеды в свой выходной, но чем дальше, тем чаще присылала посыльного мальчишку со словами, что сегодня не придёт. Жена очень скучала и, бывало, целыми вечерами стояла напротив Башни, надеясь в верхних бойницах хотя бы мельком увидеть нашу Молли.
Однажды ночью нас разбудил торопливый стук в дверь. Я открыл — на пороге стояла заплаканная дочь. Она рассказала, что убежала из Башни, потому что беременна от Великого Хранителя. Заливаясь слезами, она рассказала, что любит его и, лишь узнав о ребёнке, сразу же рассказала господину, уверенная, что он окажет ей всяческую помощь. Но Хранитель приказал избавиться о ребёнка. Только тогда она может остаться при нём. Он вызвал лекарей, но Молли убежала из Башни. Она просила нас защитить её и помочь сберечь ребёнка. Уверяла, что господин передумает и полюбит ребёнка, ведь это и его дитя, — Кларк вытер краем плаща покрытое испариной лицо. — Вы представляете себе наше с матерью состояние? Мы люди бедные, но честь семьи всегда была для нас на первом месте. И теперь наша Молли была опозорена, её не возьмёт в жёны ни один уважающий себя мужчина. В то время, как дочь забылась беспокойным сном, мы с женой пришли к решению, которое казалось нам тогда единственно верным: отвести Молли обратно в Башню и умолять Великого Хранителя избавить нас от позора. Когда дочь пробудилась, я объявил ей нашу волю. Она плакала и даже вставала перед нами на колени, и жена уже готова была смириться. Но я насильно увёл в Башню. Чтобы не привлекать внимание соседей, мне пришлось завязать ей рот и связать руки, а сверху набросить плащ. К Великому Хранителю меня, конечно, никто не пустил. Вышли слуги, забрали Молли и закрыли передо мной дверь. С тех пор прошло много лет, но я до сих пор помню взгляд, которым прощалась со мной дочь. Она ненавидела меня.