"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид
Еще одно пожатие плеч. Рейнольт не отличалась ложной скромностью, но и не знала себе настоящей цены.
– А насчет Ханте Вена вот что, – продолжал Нау. – Он для нас хорошо поработал, и большего мы просить не можем. – В буквальном смысле, если верить Анне. – Я прошу вас его де-фокусировать.
Эзр Винж уставился, открыв рот. Остальные коробейники тоже офонарели. Риска здесь немного, а Ханте Вен будет лучшим доказательством, что фокус можно обратить. С другой стороны, он явно был трудным случаем.
Прояви заботу.
– Доктор Вен работал больше пяти лет подряд, и я вижу, он уже в среднем возрасте. Используйте всю нужную медицину, чтобы подлатать ему здоровье как следует.
Это был последний пункт повестки дня, и заседание вскоре закрылось. Нау смотрел, как народ выплывает в двери, переговариваясь об открытии Ли и освобождении Вена. Эзр Винж шел последним и не говорил ни с кем. Зато сиял.
Да, мистер Винж. Ведите себя хорошо, и, быть может, я когда-нибудь освобожу ту, о которой вы беспокоитесь.
16
Все было очень тихо на Межвахтье. Вообще Вахты исчислялись целым числом мегасекунд и перекрывались так, чтобы можно было ввести новую Вахту в курс текущих проблем. Межвахтье ни для кого не было секретом, но Нау официально рассматривал его как сбой программы планирования, четырехдневный зазор, который то и дело происходил между Вахтами. Это было вроде как пропавший седьмой этаж или тот мифический волшебный день, что располагается между перводнем и второднем.
– А скажи, плохо было бы иметь и дома Межвахтья? – пошутил Брюгель, проводя Нау и Кэла Омо в анабиозные ниши. – Я пять лет занимался безопасностью на Френке, и это было бы куда легче, если бы время от времени я мог перетасовывать дичь, как мне хочется.
Голос его гулко отдавался в хранилище, эхо доносилось с разных сторон. На самом деле они трое были единственными не спящими на «Суивире». В Хаммерфесте была еще Рейнольт и контингент работающих зипхедов. Минимальный экипаж эмергентов и Кенг Хо – в том числе Чиви Лизолет – работал со стабилизационными соплами скальной конструкции. Но, не считая зипхедов, высшие секреты были известны только девятерым. И между Вахтами они могли сделать все, что было необходимо для защиты группы.
Внутренние стены анабиозного хранилища «Суивира» были выбиты, чтобы установить десятки новых гробов. Здесь спала вся Вахта «А», почти семьсот человек. Вахтенные Деревья «B» и «Смеш.» находились на «Разломе Брисго», а Вахты «С» и «D» на борту «Общего Блага». Но после этого Межвахтья наступало время Вахты «А».
На стене появился красный свет. Автономная система хранилища была готова к разговору. Нау надел наглазные скорлупки, и вдруг комната наполнилась цифрами и схемами. Все вполне в норме. «Слава Всевышнему». Нау повернулся к своему сержанту флота. Имя, состояние и главные жизненные показатели Кэла Омо висели в воздухе рядом с его лицом – система данных свои задачи воспринимала буквально.
– Медики Анне будут здесь через несколько тысяч секунд, Кэл. Не впускай их, пока мы с Ритцером не закончим.
– Так точно, сэр!
Когда сержант повернулся и поплыл к двери, на его лице мелькнула незаметная улыбка. Кэлу Омо это уже было знакомо; он помогал создавать западню на «Далеком Сокровище». Он знал, чего ожидать.
Нау остался один с Ритцером Брюгелем.
– Ну, ты нашел еще гнилые яблоки, Ритцер?
Ритцер ухмыльнулся – он планировал сюрприз. Они плыли мимо штабелей гробов, освещение залов сияло у них из-под ног. Гробы прошли через ад, но работали все равно надежно – по крайней мере, гробы работы Кенг Хо. Умные эти коробейники; они передавали технологию вещанием на весь людской космос – а их собственные товары все равно были лучше, чем то, что они бесплатно выбалтывали звездам.
Но сейчас у нас есть библиотека флота.
– Я как следует погонял роботов-шпионов, предводитель. Вахта «А» вполне чистая, хотя… – он остановился, указывая рукой на штабель. По всей его длине шли тонкие рельсы – это явно была аппаратура ad hoc. – Хотя я не знаю, зачем вы нянчитесь с бунтарским мусором вроде вот этого.
Он постучал жезлом предводителя по одному из гробов.
В гробах коробейников были широкие закругленные окна и внутреннее освещение. Даже не глядя на дисплей данных, Нау узнал Фама Тринли. Почему-то этот тип выглядел моложе, когда лицо его было неподвижно.
Очевидно, Ритцер воспринял молчание как нерешительность.
– Он знал о заговоре Дьема.
Нау пожал плечами:
– Конечно. И Винж знал. И еще кое-кто. Сейчас это – известные величины.
– Но…
– Ты помнишь, Ритцер, мы же согласились. Больше мы не можем себе позволить небрежной мокрухи.
Самую большую свою ошибку во всей этой истории Нау допустил с полевыми допросами после нападения. Он придерживался стратегии поведения при катастрофе, восходящей ко временам Чумы, стратегии суровой, скрытой от глаз обычных граждан. Но Первые Предводители действовали совсем в другой ситуации; у них людских ресурсов было навалом. Сейчас же… да, с теми людьми Кенг Хо, которых можно было фокусировать, допросы не были проблемой. Но другие оказались на удивление твердыми. Хуже всего было то, что они не реагировали на угрозы разумно. Ритцер малость озверел, и Нау от него тоже не отстал. Последних из главных коробейников они убили до того, как по-настоящему поняли психологию другой стороны. Как бы там ни было, а все это в целом оказалось поражением, но все же дало опыт. Томас узнал, как надо обращаться с уцелевшими.
Ритцер улыбнулся.
– Ну, ладно. В конце концов, он хотя бы комик. Как он пытается подлизываться к вам и ко мне – и при этом такой надутый ходит! – Он махнул в сторону замороженных. – Ладно. Разбудим их по графику. Нам слишком много надо будет объяснить «несчастных случаев» и без того. – Он повернулся к Нау. С лица его улыбка так и не сползла, но свет снизу превратил ее в гримасу – которой она на самом деле и была. – Предводитель, дело не в Вахте «А». За последние четыре дня я обнаружил настоящую подрывную деятельность в других группах.
Нау глядел на него с выражением легкого удивления. На самом деле он этого ждал.
– Чиви Лизолет?
– Да! Погодите, я знаю, что вы видели нашу с ней стычку в тот день. Эта писюха заслужила смерти за такую наглость – но я не жалуюсь вам. У меня есть твердые доказательства, что она нарушает Ваш Закон. И в сговоре с другими.
Вот это Нау уже и в самом деле удивило.
– Каким образом?
– Вы знаете, что я поймал ее в парке у коробейников вместе с ее отцом. Она закрыла парк по собственному капризу. Это меня тогда так и разозлило. Но потом… я напустил на нее электронных шпионов. Случайное наблюдение не заметило бы этого еще несколько Вахт: эта мерзавка без разрешения тратит ресурсы коллектива. Она украла готовый продукт из дистиллятора летучих веществ. Она присвоила рабочее время фабрики. Она отклонила фокус своего отца, чтобы он помог ей в личных предприятиях.
Ах ты погибель! Это было больше, чем Чиви ему рассказала.
– Итак… что она делает с этими ресурсами?
– С этими и другими, предводитель. У нее много планов. И она не одна… Она намеревается выменять украденные товары к собственной выгоде.
Секунду Нау не знал, что сказать. Конечно, торговля общественным ресурсом – преступление. В течение почти всех Чумных Лет больше людей было казнено за хищения и припрятывание, чем умерло от самой Чумы. Но в нынешние времена… ну, сейчас бартер никак не изжить. На Балакрее он иногда бывал поводом для больших истреблений – но только поводом.
– Ритцер, – тщательно подбирая слова, начал врать Нау. – Я обо всех этих действиях знаю. Конечно, они противоречат букве Моего Закона. Но подумай: мы за двадцать световых лет от дома. Мы имеем дело с Кенг Хо. Они по сути своей коробейники. Я знаю, что это трудно понять, но само их существование вертится вокруг надувательства своего же коллектива. И мы не можем надеяться, что вот так сразу это подавим…