KnigaRead.com/
KnigaRead.com » Фантастика и фэнтези » Альтернативная история » Иван Оченков - Приключения великого герцога мекленбургского Иоганна III

Иван Оченков - Приключения великого герцога мекленбургского Иоганна III

На нашем сайте KnigaRead.com Вы можете абсолютно бесплатно читать книгу онлайн Иван Оченков, "Приключения великого герцога мекленбургского Иоганна III" бесплатно, без регистрации.
Перейти на страницу:

- Ну, вот видишь Еремей Силыч, и нашелся тать. Знаешь что, а забирай его себе! Проводи дознание, спытай кто у него в сообщниках, да кто атаман. А как дознаешься, решайте всем миром. Хотите - жить оставьте, хотите - повесьте, а хотите в скоромный день с кашей съешьте! А мне недосуг.

- Экий ты добрый князь, жить оставьте, - а оно нам нужно, чтобы тать с нами в одном граде жил?

- Так ты же его только что защищал?

- Я жителей сего города защищал от суда скорого и может быть что неправого, а уж коли его вина доказана, так какая ему защита?

Пока мы разговаривали, Акиньша стоял, понурив голову, и слушал увещевавшего его отца Мелентия. Потом в какой-то момент ухитрился вывернуть, как видно, не слишком хорошо связанные руки выхватил из-за кушака какой-то острый предмет и, пырнув им монаха, кинулся бежать, надеясь как видно, затеряться в окружающей нас толпе. Однако люди готовые только что драться за него с рейтарами сомкнули ряды и вытолкнули беглеца обратно наградив попутно парой увесистых тумаков.

Староста от произошедшего впал в ступор, а я поначалу выхватил пистолет, однако увидев, что Акиньшу уже вяжут, подошел к пострадавшему иеромонаху. Тот лежал на земле, и из раны в боку сочилась кровь. Оружием, поразившим отца Мелентия, был довольно длинный кованый гвоздь, заточенный как шило и превращенный таким образом в заточку. Разорвав на нем подрясник я недолго думая полил рану аквавитом из фляги и наложив чистую тряпицу постарался перевязать потуже. После оказания первой помощи иеромонаха понесли на руках к ближайшему дому, а на площади тем временем решилась судьба Акиньши. Рейтары по команде Аникиты перекинули через сук ближайшего дерева веревку с петлей и через несколько секунд тать уже болтал ногами в воздухе разевая при этом рот в отчаянной попытке вдохнуть хоть глоток воздуха. При обычном повешенье человек как правило умирает не от удушья, а от того что ломаются шейные позвонки захлестнутые петлей когда выбивают скамью из под ног. Однако Акиньшу поднимали на сук медленно и ему предстояло умереть куда более долгой и от того мучительной смертью. Я сначала хотел остановить казнь, полагая важным прежде допросить татя на предмет выявления сообщников. Но потом поглядев на озлобленные лица рейтар и местных жителей не стал вмешиваться. С их точки зрения разбойник подняв руку на священника, сам вычеркнул себя из числа людей, а собаке - собачья смерть.

- Что с отцом Мелентием? - спросил меня встревожено Аникита, едва казнь закончилась. Надо сказать, что иеромонах пользовался большим авторитетом среди его ратников. Да и сам Вельяминов относился к нему с большим почтением, особенно после стычки с казаками в Вологде и посещения преподобного Сильвестра.

- Все в руце божией, - отвечал ему я, - ты же знаешь я не лекарь, что смог сделал, надеюсь, что этого достаточно.

- Крови, поди, много потерял...

- Хуже было бы если бы кровь внутрь текла, так что это еще не самое страшное. Мелентий человек крепкий, а господь не без милости. Впрочем, пойдем - посмотрим как его староста устроил.

- Пойдем, заодно Еремке плетей велю дать.

- О как! А за что?

- А чтобы себя не забывал, сукин сын! Ишь чего удумал, с ним целый князь со всем вежеством, да с вичем разговаривает, а он холопья морда грубит, да смердов подстрекает за колья браться. И не спорь княже, ты наших порядков и обычаев не ведаешь, а я тебе точно говорю, нельзя такое спустить!

- Ну, надо - так надо, раз по обычаю, стало быть, дело богоугодное. Только смотри, без лютости.

Жилище земского старосты, где и расположили раненого иеромонаха, было хотя и не велико, но и не сказать, чтобы совсем мало. Еще не терем, но уже и не изба. Во дворе нас никто как положено не встретил, что дало повод Аниките еще больше рассвирепеть, и схватится-таки за плеть. Пока он искал, куда бы приложить свой инструмент я скользнул внутрь и тихо, насколько это позволяли ботфорты подошел к горнице, где лежал страждущий. Внутри с ним кто-то был, и до меня донеслись обрывки разговора.

- Не пойму я тебя батюшка, что за дело тебе до однорукого и его внучек.

- А тебе не надо ничего понимать, делай то, что тебе велено, да помалкивай!

- Да я-то сделаю, только какое такое воровство от них может случиться? Старик калека, да вдова с двумя дочками. Никакой шкоды от них николи не бывало, разве муж ее покойный кого в лавке обвесит, так то...

Некстати скрипнувшая под ногой половица заставила говоривших замолчать, а я, чертыхнувшись про себя, нарочито громко топая зашел в горницу и обратился к лежащему в постели иеромонаху и стоящему рядом старосте.

- Как ты себя чувствуешь святой отец?

- Благодарствую князь на добром слове, слава господу, немного лучше.

- Аминь! Ну, что же, хорошо коли так. Вот тебе фляга моя, пусть тебе из нее рану моют, да чистыми тряпицами перевязывают. Бог даст, затянутся твои раны, может еще и встретимся.

- А ты князь уезжаешь разве?

Да. Нечего мне тут делать, двор где я останавливался, сгорел совсем, да и дела у меня...

- Совсем сгорел?

- Почти, только однорукий да дочка его и остались, да и те вроде ума лишились из-за своих.

- Из-за своих?

- Так, девочки их не-то в дыму угорели, не-то в том амбаре от татей прятались, что дотла сгорел.

- Горе-то какое, господи...

- Вот-вот. Ой, Еремей Силыч, забыл совсем, тебя там боярин Вельяминов чего-то ищет.

- А зачем я ему, - спросил староста подозрительно глядя на меня.

- Так, а я почем знаю? - Удивился я с самым искренним видом, - дело говорит у него до тебя.

Староста с озабоченным видом вышел вон, а я тем временем прощался с иеромонахом, давая ему последние наставления по поводу его раны. С наружи послышался истошный крик: - "Помилуй боярин!" и засвистели плети. Отец Мелентий прислушался и спросил:

- За непочтительность?

Я в ответ лишь развел руки, дескать, что я могу, порядок такой. На что иеромонах только вздохнул.

- За непочтительность надо!

Выйдя во двор, я нашел экзекуцию уже законченной, а Аникиту строго выговаривающего охающему старосте:

- Будешь знать, как князьям перечить! Теперь проси у князя прощения за невежество свое, да благодари за науку!

- Что поговорили? - Спросил я, усмехнувшись, у Аникиты, - тогда собирай своих и, не мешкая в путь, пора нам.

Вскочив на коней наше воинство, тронулось прочь из Железного Устюга. Местные жители нам в след не махали, впрочем, не осыпали и проклятьями. И лишь городские мальчишки какое-то время бежали следом, провожая нас. Когда город совсем скрылся из виду к нам из леса выехали трое моих драбантов сопровождавшие телегу в которой сидел однорукий Лука со всем семейством.

- Ты что их всех забрал? - немного удивленно спросил я у Казимира.

- Так добром они Марьюшку не отдавали, а приказа рубить не было, - отвечал мне бывший лисовчик с самым невинным видом.

- Много ли народу видело как их вывозили?

- Нет, ваше высочество, я велел их рогожей накрыть, так что никто их не видел.

- Пожалуй, ты все правильно сделал.

Семейство бывшего кузнеца тем временем с тревогою следили за нашим разговором, как видно, гадая о своей дальнейшей судьбе. И только Маша довольно улыбалась глядя на меня лучистыми глазенками совершенно ни о чем не заботясь. Неподдельная радость маленькой девочки передалась мне, и я улыбнулся ей в ответ.

- Здравствуй Марьюшка, ты скучала по мне? - обратился я к девочке.

- Скучала, - ответила она и тут же спросила, - а ты привез мне гостинец?

- А как же, и тебе, и Глаше, и матушке вашей с дедом. Только сейчас недосуг, а как встанем на привал, так я вам их и отдам. Хорошо?

- Нужен мне твой гостинец, черт ты заморский! - пробурчал на мои слова старик.

- Не скрипи старинушка, - усмехнулся я, - житья бы вам в Устюжне все одно не дали-бы, и ты, поди, знаешь почему. А так увезу вас в Москву, да к делу пристрою, глядишь и проживете.

- Что-то ты больно добрый.

- Что есть - то есть!

Когда мы вернулись в Москву, уже изрядно похолодало и зарядили дожди. Последние версты были сущим мучением, но близившаяся цель нашего путешествия придавала нам сил. Стрельцы караулившие заставу поначалу не хотели выходить и убирать рогатки, но взбеленившийся Вельяминов так кричал и грозил им всякими карами, что его признали. Кто-то из караульных сбегал за Анисимом, благо тот по счастью был недалеко, а уж он распорядился запустить наше бравое, хоть и изрядно промокшее воинство.

- Это хорошо, что ты князь вернулся, - торопливо рассказывал он, намокая вместе с нами под дождем, - сегодня переговоры с ляхами были, договорились что они всех русских отпустят какие есть в Кремле.

- Это пленных что ли?

- Не только пленных, а всех бояр какие вместе с ними в Кремле заперлись. Видать совсем невмоготу им в осаде, не иначе скоро сдадутся.

- Дай-то бог, - перекрестился Аникита, - а когда выпустят?

Перейти на страницу:
Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*