Кайа. История про одолженную жизнь (том Четвертый, часть Первая) (СИ) - Александр Коробочка

Глава 77

8 января 2020 года, Санкт-Петербург, особняк Филатовых на берегу Невы, позднее утро.

Ощущение легкого сквозняка и едва слышимый звук шагов вернули мое сознание из темного «ничто».

— Доброе утро, Кайа. Проснулась?

Я открыл глаза. Вернее, один из…

— Очнулась. — ответил голосу, повертев головой, не поднимая ее с подушки, дабы понять, где нахожусь и, вспомнить, как я здесь очутился. — Доброе утро, Лера.

В помещении, в котором нахожусь, царит полумрак, ибо через плотные шторы, наглухо закрывающие окно, свет пробивается с трудом.

Все мое тело ломит, во рту мерзкий привкус и сухость. И будто бы этого было мало, разболелась голова, стоило мне шевельнуться.

Я осторожно дотронулся до нежелающего открываться века и, поморщившись от болезненного ощущения, убрал руку. Мой глаз, очевидно, «заплыл» и я вспомнил, как вчера получил по физиономии от Блумфельтда. Здорово все-таки приложился по личику моей Кайи, сучий сын.

— Ты, я смотрю, вчера неплохо «погудела». — заявила Лера, присаживаясь на мою кровать и отдавая мне мой видеофон, отобранный вчера. — Как себя чувствуешь?

После упоминания о дне вчерашнем, перед моими глазами пронесся калейдоскоп образов, произошедших на Рождественском приеме событий, отчего голова начала болеть еще сильнее. Что-то мне вспомнилось отчетливо, что-то не очень, а вот то, что происходило после того, как приемный отец на руках донес меня до авто и усадил в кресло, из памяти исчезло напрочь, будто корова языком слизала. Или отрубился, или просто не помню…

Моя сумочка с «железным» файловым сервером! — по моей спине пробежал ощутимый холодок. — Потерял ее, либо же из нее изъяли сервер, и все — это пипец, я проиграл! Хотя, вроде бы, когда отец нес меня, она была в моих руках.

Не поднимая головы от подушки, я принялся разыскивать взглядом этот свой девичий аксессуар. И нашел. Сумочка стоит на трельяже и вроде бы даже была закрыта на молнию. Осталось выяснить, не пропало ли из нее то, чего пропасть ни в коем случае не должно. Ну, тут пятьдесят на пятьдесят, или пропало или же нет. Я закрыл глаза, успокаивая эмоции.

— Выпей. — услышал я свою сопровождающую, которая времени даром не теряла и, пока я разыскивал взглядом свой аксессуар, растворила в принесенном с собой на подносе бокале воды, некие таблетки и порошки.

— Спасибо. — усаживаясь вертикально, поблагодарил Леру я, беря из ее рук бокал.

Пить хотелось жутко, ибо меня настиг его величество сушняк.

— Просто чудо, какая гадость! — поморщившись, заявил сопровождающей, выпив до дна содержимое бокала, имевшее вкус апельсина и при этом бывшее соленым. — А еще есть?

— Я принесу тебе еще воды. Завтракать будешь? — поинтересовалась Лера, когда я вернул ей бокал и она измерила мое давление.

— Нет, не хочу, спасибо. Меня слегка мутит и во рту такое ощущение, будто бы… — я пожал плечами, закрывая глаза и расслабляясь.

— Ты вчера перебрала с алкоголем плюс сигареты. Ты худенькая, да еще и с непривычки… — она погладила меня по щеке, убирая с лица прядь волос. — Не говоря уже о сильнейшем стрессе, что ты перенесла. В общем, милая моя, отдыхай. А после обеда уже и мама твоя должна будет приехать. Она как раз звонила, хотела с тобой поговорить, но я сказала, что ты еще спишь.

— Мама… — облизнув пересохшие губы, повторил я, еще весьма туго соображая. — А для чего ей приезжать сюда?

Подсознание тут же услужливо вывалило «видеоряд» вчерашних событий. А конкретно, разговор с Игнатовой Алисой. Дуэль! Папа же завтра должен будет биться на дуэли.

— Ущипните меня… Ай! — вслух сказал, а затем вскрикнул и ударил ладошкой по руке Леры, ущипнувшей меня за щеку. — Ты чего творишь?!

— Ты же сама попросила ущипнуть тебя. — улыбнувшись, ответила та, добавив затем уже без улыбки. — Да, у твоего отца завтра состоится дуэль.

Дуэль…

При слове дуэль, мне почему-то не в тему вспомнились драки с пацанами после школытам, а затем…

— Не вынесла душа поэта позора мелочных обид, восстал он против мнений света, один, как прежде…и убит! — прикрыв глаза, процитировал я хриплым голосом Михаила Юрьевича.

— Хороший слог, но уж больно печально, особенно в преддверье завтрашнего дня. Лучше чего-нибудь повеселее декламируй. — вынесла свой вердикт Лера. — Особенно в присутствии Жени.

— Тебе не кажется, Лер, что моему папе совершенно неразумно устраивать сейчас дуэли, когда вокруг происходит…ну, то что происходит? И когда его жена, моя мама, находится в положении. — лежа с закрытыми глазами, поинтересовался я у сопровождающей.

— Это не мое дело, Кайа, и, честно говоря, я совершенно не желаю говорить на эту тему. Да и родилась я не в том сословии, чтобы подобные вопросы меня волновали или были мне близки. — совершенно искренне ответила та, погладив меня. — Но если тебе интересно мое мнение по этому поводу, то я категорически возражаю против всяческих дуэлей, такие вещи давно пора бы уже запретить. И давай закроем эту тему, не устраивай для меня неприятностей на ровном месте, пожалуйста.

Если приемного отца завтра «зажмурят», то я не стал бы ставить рубль на то, что маменька, кем бы она там ни была на своей службе, задержится на этом свете. И я тоже. Особенно если…

Вот и настало в моей жизни очередное «если».

— Лера…! — я открыл глаза и уселся на попу. — Александр Блумфельтд, что с ним?! Он жив?!

— Т-с-с-с! Успокойся, моя дорогая. — Лера вернула меня в лежачее положение. — Не нужно так нервничать и совершать резких движений. У тебя сильная алкогольная интоксикация плюс еще как-минимум пару дней ты будешь отходить от перенесенного вчера стресса. Расслабься, пожалуйста. Жив твой Александр, жив. По крайней мере, пока…

— Все так плохо? — уточнил я.

— Я точно не знаю, но говорят, что он вроде бы без сознания. — поглаживая меня, сказала Лера. — Не думай сейчас о нем, думай о себе. Я принесу тебе еще попить.

Несколькими минутами позже.

— Спасибо, Лер. — поблагодарил я, выпив воды, а сопровождающая поставила большой графин на прикроватный столик, вставая затем на ноги.

Голова закружилась, и я уселся обратно на кровать.

— Я же вчера не так чтобы и очень много выпила… Чего-то мне чересчур уж фигово. — приложив ладонь ко лбу, констатировал я.

— Ну, знаешь! — возмутилась Лера. — И ничего ты не мало выпила, особенно для четырнадцатилетней худенькой барышни, непривычной к алкоголю. Плюс еще и наркотики употребляла…

— Наркотики? Я? Уверена? Откуда знаешь? — поинтересовался я.

— Уверена. У тебя вчера вечером, когда привезли сюда, брали кровь на анализ, а затем еще капельницу ставили. — поведала Лера.

— Серьезно, что ли? — удивился я, оглядев руки.

На правой руке, в районе сгиба в локте, я, и правда, заметил след от иглы.

— Серьезно. Так что отдыхай, восстанавливай силы. — велела Лера, ничего не говоря про мой внешний вид.

— Ладно. — не стал спорить с ней.

Едва за Лерой закрылась дверь, я поднялся на ноги. Меня здорово повело, и я оперся обеими руками о кровать. Затошнило. Осторожно распрямившись, неспешно направился к трельяжу, стараясь при этом сохранить равновесие.

— Слава богу! — с чувством выдохнул я, когда, расстегнув сумочку и заглянув внутрь, обнаружил пластиковую коробочку, испачканную бетонной пылью.

Вытащив коробочку, я осторожно отпер защелки и получил доступ к ее внутренностям.

Микросхемы накопителей оказались на месте.

Ну что ж, это значит на очередной развилке история обо мне пошла таким вот путем.

Вернувшись на кровать, включил видеофон.

Время 12:05 и 11 пропущенных вызовов от Ии за сегодня…

— Ну слава Господу! Ты зачем видеофон выключила?! Я тут с ума схожу! Знаешь, какие мысли в голову лезут?! — услышал я требовательный голос Ии, «набрав» ее. — Почему виртуальная камера выключена? Мне хочется увидеть тебя…

После чего добавила что-то на немецком. Знает ведь, зараза, что я его еще не очень «разумею».