KnigaRead.com/

Марк Гроссман - Земля родная

На нашем сайте KnigaRead.com Вы можете абсолютно бесплатно читать книгу онлайн "Марк Гроссман - Земля родная". Жанр: Прочая документальная литература издательство -, год -.
Перейти на страницу:

Шарообразный миллионер Архипов уже на другой день после переворота вместе с белогвардейскими молодчиками обходил свои былые владения. Не дожидаясь решения новой власти, он самолично отобрал переданную народу паровую мельницу. Перекатываясь на коротеньких ножках, миллионер грозно покрикивал на рабочих и администрацию больницы, разместившихся в доме, принадлежавшем ему.

— Я вам покажу нацилизацию! Вы еще запомните у меня, кто есть такой Архипов! Выселить большевистскую заразу! — указал он на больницу.

Больницу закрыли, помещение отобрали, инвентарь выбросили на улицу, врачи переселились на частные квартиры, где и вынуждены были принимать больных.

А белогвардейский штаб осаждали богачи. Торгаш Борщевский пожаловался на библиотеку, разместившуюся в помещении магазина.

— Выселить в 24 часа! — взревели в штабе.

Книги перевезли в соседнюю школу, свалили грудой. А на другой день на помещении, где была раньше библиотека, появилась вывеска: «Торговля мылом Борщевского».

Так же, как с библиотекой, поступили с кооперативной столовой: Бардские вернули себе бани… На предприятиях сотнями увольняли рабочих, заподозренных в сочувствии большевикам. Днем и ночью по рабочим слободкам бродили белогвардейские шайки во главе с офицерами. Они врывались в мирные семьи, перерывали все в сундуках, били мебель, рылись на сеновалах, искали крамолу. В тюремные застенки бросали все новых и новых людей. Нарастал ропот не только в рабочих слободках, но и среди тихих мещан.

Из деревень под конвоем непрерывно шли партии арестованных. За ними на заморенных лошаденках и пешком тянулись ходоки. Они шли с общественными приговорами в защиту сельчан. Ходоки обивали пороги учреждений, валялись в ногах победителей, умоляли и заверяли: арестованы честные люди, от них не было вреда обществу, — но их никто не слушал.

— Да что ж это такое? — чесали затылки ходоки. — Людей безвинных в тюрьму… Да где же справедливость?

По ночам на телеграфных столбах и заборах неведомо кем расклеивались листовки. Они призывали к сплочению всех трудящихся и восстановлению единственно справедливой народной власти — власти Советов.

Листовки подбадривали тех, кто растерялся, вселяли в них силы и веру в победу, своим появлением доказывали, что борьба с извечным врагом не окончена.

— Ой, и зубастый же кто-то!.. Смельчак! А слова-то, слова какие, вот где правда-то!.. — говорили те, кто натыкался на листовки.

Потайными путями устанавливали ходоки связь с подпольщиками и сами вставали на путь смелой борьбы с врагом. У Сони появились связи с деревней. На селе возникали десятки своих подпольщиков.

* * *

«Комитет народной власти» — так назывался новый орган буржуазии. С первых же дней переворота комитетчики приступили к формированию белой армии. На призыв к добровольной записи в армию отозвались только сынки купцов, кулаков, богатеньких казаков и поповские детки. Барчата обрядились в военную форму чужестранцев, нацепили на плечи золотые погоны, позвякивая шпорами, форсили среди гимназисток и епархиалок. Подражая папашам, они трясли кошельками в пивных, устраивали там дебоши.

Красная Армия, потерпев в начале поражение из-за неожиданного выступления хорошо вооруженного чехословацкого корпуса, вскоре оправилась и начала теснить противника. Не чувствуя поддержки в массах, белогвардейские власти перешли к системе мобилизации. Не желая служить в белой армии, крестьяне укрывались в лесах, строили шалаши в заросших камышом болотах и там спасались. Тех, кто не успевал укрыться, везли на мобилизационный пункт под конвоем.

Соня учла момент. Она решила, что надо взять под свое влияние этих людей.

— Рита! — обратилась Соня к сестре. — Надо обеспечить агитацией новобранцев. Люди должны знать, куда и зачем их гонят…

Соня долго поучала сестру, как надо работать среди новобранцев, какие затрагивать вопросы, наиболее близкие и понятные крестьянам. Рита в тот же день совещалась с товарищами по нелегальной работе, попавшими под мобилизацию. И вот началась смелая и ответственная работа на призывном пункте.

Агитаторы раскрыли новобранцам смысл белогвардейской авантюры. Грамотеи тотчас же засыпали редакцию белогвардейской газеты анонимными письмами. В них они писали:

«Вы гоните нас с оружием в руках на защиту буржуев. А того не подумали, что мы плохие защитники — в тюрьмах сидят наши отцы. Освободите отцов, а тогда мы еще подумаем…»

Как шмели, загудели новобранцы на сборном пункте во дворе Красных казарм. Кричали открыто, что хватит воевать и без того-де навоевались с немцами, а тут еще затеяли междоусобицу, гонят на драчку брата против брата.

— Не пойдем воевать! — громче всех кричал рябоватый паренек с большим ярким, как огненное пламя, чубом. — Кого идете защищать? Сидора Митрофановича? Так у него ж мельница, богачество… Такому-то Советская власть поперек живота. А вы? Чего вам большевики плохого сделали? Ничего…

— Правильно!

— Дело говоришь, — шумел разноголосый хор.

— А коли дело, то и нечего раздумывать! Бей гадов!

Белогвардейские офицеры, что стояли в стороне, заслышав дерзкий призыв, метнулись к смельчаку, но новобранцы прикрыли его живой стеной и загудели.

— Бей золотопогонников!

Офицеры струхнули, кинулись бежать, но их нагоняли и срывали с них погоны. По телефонным проводам от дежурного понеслась весть:

— Бунт! Помогите!

Быстро появились две роты сербов и с винтовками наперевес двинулись на бушевавшую толпу.

— Бунт! — ревел офицер. — Подать зачинщик!..

Сербы выхватили из толпы двух пареньков и поволокли к стенке. Новобранцы кинулись на выручку товарищей с криком:

— Не смейте!..

Сербы оттеснили толпу прикладами, вскинули ружья. Новобранцы в страхе шарахнулись вспять. А в это время раздалась команда: «Пли», послышался ружейный залп. Два молодых паренька, точно подкошенные, свалились наземь. Один из них, истекая кровью, вскочил и крикнул:

— Да здравствует Советская власть!

В тот же миг взбешенный офицер добил смельчака прикладом винтовки. Шумевшую толпу разогнали штыками.

А на другой день в город прибыл белогвардейский главнокомандующий Гришин-Алмазов. Узнав о событиях предыдущего дня, он разразился гневом:

— Приказываю, — орал командующий. — Приказываю господам офицерам не уговаривать, а расстреливать всех большевистских агитаторов бестрепетно и беспощадно на месте.

Право расстрела без суда и следствия усложнило работу подпольщиков. Она стала проводиться более осторожно.

* * *

Время летело быстро. Приближалась осень. Пережитый день стоил месяца мирного времени.

С каждым днем слышней раздавался голос подпольщиков. Белогвардейская охранка сбилась с ног в поисках истоков крамолы. Переодетые шпики шныряли по кинотеатрам, клубам, пивным. Конные разведчики просеивали пригородные перелески, разгуливали по полям и лугам, изучая отдыхающих на лоне природы. Хватали всех подозрительных и отводили в контрразведку.

Несмотря на опасность, десятки собирались в потайных местах, обсуждали дерзкий план нападения на тюрьму, готовились к вооруженному восстанию.

Начались первые провалы. Шпики выследили рабочий десяток на мельнице «Петроградского акционерного товарищества». Аресту подверглись трое. При обыске у них обнаружили пишущую машинку и повестки с приглашением на собрание в бору у каменоломен. В повестке указывались основные вопросы: о товарищах в тюрьме и вооруженном восстании.

Соня негодовала на руководителя десятка. Она использовала этот случай, чтобы усилить конспирацию среди подпольщиков. Работать становилось с каждым днем опаснее.

Члены профсоюзов потребовали созыва рабочего съезда Челябинского района. Он состоялся в августе 1918 года. Многие участники съезда были членами нелегальной большевистской организации.

От комитета новоявленной власти присутствовал маститый меньшевик Самодуров. Он исполнял обязанности инспектора по труду. В своем выступлении приспешник буржуазии старался убедить рабочих, что не дело профсоюзов заниматься политикой, но его никто не слушал. Рабочие отказались от ограничения деятельности профсоюзов только экономической борьбой. В выступлениях делегаты единодушно осуждали предательство меньшевиков и эсеров. Гневно говорили о их очень тяжелом положении.

— Заводчики выбрасывают нас сотнями на улицу, заставляют голодать семьи, снижают зарплату, ввели каторжный рабочий день. Наши лучшие товарищи в тюрьмах. Власти на стороне богачей. Жизнь стала невыносимой, так долго не должно продолжаться. Надо бороться…

В бурной перепалке с прислужниками буржуазии делегаты съезда показали, что, несмотря на победу контрреволюции и репрессии, рабочий класс грозен, он представляет такую силу, с которой следует считаться. Делегаты постановили:

Перейти на страницу:
Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*