Под завесой страха - Шарифф Самия

— Не беспокойся, мама. Когда я вырасту, я сразу вернусь сюда и поколочу этого дядьку. Обещаю, что заставлю его плакать так же, как он заставил тебя!

Храбрость маленького мальчика и его решимость защитить маму утешили меня. По очереди приласкав мальчишек, я неожиданно для самой себя добавила:

— Не беспокойтесь, мои хорошие. Начнем с того, что у меня еще есть драгоценности, которые можно продать и оплатить все, что нужно, а потом мы очень скоро покинем и эту протухшую гостиницу, и этого мерзкого господина…

— Да!!! — закричал Райан. — Мама, а куда мы уедем?

— Далеко, очень далеко. Туда, где, я уверена, нам будет лучше, чем здесь.

— А почему нам не поехать туда прямо сейчас? — вступил в разговор Элиас.

— Чтобы поехать в новое место, нам нужны документы, а чтобы их подготовить, потребуется некоторое время.

— Значит, мы поедем завтра?

— Нет, не завтра, мой хороший, но все равно очень скоро. Нам нужно быть терпеливыми и подождать благоприятного момента.

Довольные таким ответом, близнецы принялись играть на большой кровати. Но Зах все еще не оправился от испуга, поэтому я возилась с ним, чтобы отвлечь. Когда он наконец успокоился, я позвонила Редвану и спросила, как скоро я смогу получить поддельные паспорта. Обсуждать такое по телефону было рискованно, поэтому мы договорились встретиться тем же вечером в кафе.

Едва девочки показались на пороге номера, как близнецы стали рассказывать им о недавних событиях, подробно изображая все в лицах. Немного скорректировав их версию произошедшего, я сообщила дочкам о возможности покинуть страну с поддельными документами. Я не скрывала, что предприятие более чем рискованное.

Верная себе, Мелисса сразу же впала в панику:

— Мама, ты не можешь этого сделать! Только представь себе, вдруг нас арестуют на таможне? Нас же заподозрят в терроризме! И что тогда будет?

— Я не знаю, что будет на таможне, но зато хорошо знаю, что с нами будет, если социальные службы откажутся выплатить хозяину гостиницы необходимую сумму: нас вышвырнут на улицу как собак. Но даже если они заплатят, ты же не считаешь, что существование, которое мы ведем уже больше года, может нас устраивать и отвечать потребностям твоих младших братьев? Каждый день питаться в забегаловках и не иметь места, где встретиться с друзьями! Терпеть одну угрозу задругой! По-твоему, это нормальная жизнь для семьи? Моя хорошая, хуже, чем мы живем уже несколько лет, и представить себе невозможно. Пора положить конец этому кошмару. Другого решения я не вижу.

— Я согласна с тобой, мама, — произнесла Нора, немного поразмышляв. — Иногда, чтобы выбраться, надо отважиться броситься в омут с головой.

В итоге обе дочери поддержали меня.

Я прикинула, какой суммой мы можем располагать. Покидая Алжир, каждая из нас, чтобы быть готовой к разным непредвиденным обстоятельствам, взяла с собой драгоценности — ожерелья, серьги, браслеты и кольца. К тому же Норе удалось кое-что накопить.

Выкупав малышей и уложив их спать, мы с Норой отправились на условленную встречу с Редваном. Он ждал нас в глубине зала. Я представила их с Норой друг другу.

— Готовы к большому приключению? — спросил он нас.

— Вполне. Здесь наше положение только ухудшается. Надеемся, что в другом месте нам повезет больше.

— Тогда — к делу! Я уже переговорил с человеком, который изготовляет поддельные документы. Он не хочет себя афишировать и поэтому настаивает, чтобы все делалось через меня. Мне он доверяет. Таким образом, я выступлю посредником между ним и вами. Вас это устраивает?

— Не имею ничего против. Когда-то я дала себе слово больше не доверять незнакомым людям… Но твое сострадание ко мне и то, как ты ведешь себя с моими детьми, убеждают меня, что ты очень хороший человек. К тому же мне необходима твоя помощь, поэтому мой выбор — довериться тебе.

— Послушай, Самия. Я живу во Франции, но без документов. В любую минуту меня могут арестовать; к счастью, я выгляжу так, что полицейские легко могут принять меня если не за француза, то, по крайней мере, за европейца. Если я не оправдаю вашего доверия, вы сможете донести на меня в полицию…

— Твои слова еще больше убеждают меня в том, что тебе можно доверять. А теперь я хочу знать, что сказал твой знакомый.

— Каждый паспорт обойдется тебе в четыре тысячи франков; каждая детская фотография, добавленная в паспорт, — пятьсот франков. Сколько паспортов тебе потребуется и сколько детей ты хочешь внести в каждый из них?

— Мне нужны два паспорта. В мой будет вписана моя четырнадцатилетняя дочь и близнецы, которым по четыре года. Захария будет в паспорте Норы под видом ее сына.

— Итак, два паспорта и четыре фотографии. Это составит десять тысяч французских франков. Согласны с такой суммой?

Хорошая ли это цена? На этот счет у меня не было ни малейшего представления. С другой стороны, я знала, что других вариантов у меня нет.

— Может ли ваш знакомый сделать скидку? — вмешалась Нора, как всегда прагматичная.

— Сейчас я ему позвоню! — с улыбкой ответил Редван.

Во время его краткого отсутствия дочь воспользовалась возможностью преподать мне урок:

— Мама, никогда не нужно сразу соглашаться. Торговаться с такими людьми — в порядке вещей. Я видела это в кино.

Вскоре вернулся Редван.

— Он сказал, что для соотечественников это будет стоить не десять, а девять тысяч франков.

Вспомнив о замечании Норы, я бросила взгляд в ее сторону. Нора утвердительно кивнула. Я дала согласие.

— Хорошо. Значит, договорились. Мне нужны ваши имена и приблизительный возраст каждого из вашей замечательной компании, а также фотографии.

Я передала ему наши фотографии «на документы» и записала на листочке поддельные имена, которые решила дать детям.

Мы вернулись в гостиницу, практически не сомневаясь в том, что действуем правильно. По крайней мере, некоторого прогресса в делах удалось добиться. Я крепко уснула, чего со мной не случалось очень давно.

На следующий день мне предстояло уладить все так, чтобы нас не выкинули на улицу. Отводя детей в школу, я прошла мимо хозяина гостиницы; мальчики буквально прилипли ко мне, пытаясь защититься от возможной опасности в его лице. Воспользовавшись этим, хозяин гостиницы напомнил мне о своем ультиматуме.

— Именно сейчас, месье, я принимаю меры, чтобы прояснить ситуацию. Сразу же после возвращения я предоставлю вам подробный отчет.

Отведя близнецов в подготовительный класс, я с Захарией на руках отправилась к мэрии, чтобы встретиться с подругой, работавшей в благотворительной организации. Подруга сразу же вызвалась сопровождать меня.

Лично зная мэра, она попросила секретаршу срочно доложить о нас. Несмотря на то что мэр находился на заседании городского совета, он передал сообщение, касающееся нашего вопроса: за этот месяц расходы за наше проживание будут полностью возмещены. Секретарша взялась известить об этом хозяина гостиницы.

Уф, все! До конца октября оставалось десять дней. Десять дней на то, чтобы продолжить наши дела, как можно выгоднее продать драгоценности и подготовиться без лишней спешки…

Подруга сказала, что попытается получить деньги на оплату еще одного месяца и рассмотрит другие возможности касательно последующих месяцев. Я почувствовала себя лучше. Мы выиграли время.

Хозяин гостиницы встретил нас широкой улыбкой. Какие разительные перемены в настроении!

— Самия, мне очень жаль, что вчера вечером я так вышел из себя, — извинился он слащавым голосом. — Поставьте себя на мое место! Каждый день по несколько хитрюг-клиентов съезжает, не заплатив положенной суммы. Поймите меня! Увидев извещение из мэрии, я предположил, что вы поступите так же. Секретарь мэра сообщила мне, что муниципалитет оплачивает все расходы до конца месяца. Я за вас очень рад и еще раз прошу извинить меня.

Этот человек буквально источал лицемерие. Я с удовольствием прошла мимо него и отправилась на встречу с Редваном.