Александр Брагинский - Жан-Поль Бельмондо. Профессионал
– Не ревнуете ли вы его к тем красивым женщинам, с которыми Жан-Поль сталкивается на студии?
– Когда он начинает фильм, я всегда интересуюсь, кто его партнерша. И спрашиваю себя, что может быть между ними? Когда он возвращается домой, я наблюдаю, не произошли ли в его поведении перемены. Если я замечаю что-то ненормальное, я тотчас настораживаюсь. И редко ошибаюсь. Он снимался в Бразилии с малышкой Франсуазой Дорлеак, очаровательной и восхитительной девушкой, но я не испытывала страха. Однако есть женщины, которых я считаю более опасными. Ну, да, вы уже догадались – это Брижит Бардо! Я поволновалась изрядно, когда Клузо попросил Жан-Поля сделать пробы для фильма «Истина». В этой сцене они должны были целоваться и ласкать друг друга. Размером она не велика, но вполне могла сбить мужчину с пути истинного. Я слышала рассказы о Брижит Бардо, о ее романах, любовниках, я могла ждать худшего. Так вот, когда «Бебель» вернулся домой, я не заметила в нем никаких перемен. И поняла, что он не был взволнован. Я напрасно беспокоилась. Думаю, я бы куда больше беспокоилась, если бы речь шла о Мерилин Монро. Это была поистине фатальная женщина. В любом случае, у нас существует уговор: если Жан-Поль когда-либо изменит мне, он сам мне все расскажет. Я не хочу обо всем узнать из газет. Он предупрежден. Я бы с трудом восприняла любой его «левый заход». Признаюсь, поначалу я была очень заинтригована, когда увидела, как Жанна Моро[18] делает подарки мужу, но быстро убедилась, что таковы нравы в этой профессии.
– Какова его общая культура?
– Довольно поверхностная. Он не был блестящим учеником. Хотя читает все, что имеет отношение к театру, иногда детективы «Черной серии», Хедли Чейза или Агату Кристи. Очень интересуется научной фантастикой, полетами космонавтов к Луне или планетам.
Зато весьма силен в живописи, и это можно понять. Он провел всю молодость в среде художников. У него перед глазами были шедевры живописи и скульптуры. Зато никогда не понимал абстрактную живопись. Уважает классическую музыку Баха, Бетховена, Моцарта, но также песни таких молодых певцов, как Франсуаза Арди, Джонни Холлидей, Сильви Вартан и других.
– Что вы в нем любите особенно?
– Его откровенность, хорошее настроение, нежность, его вкусы, которые похожи на мои. Мы любим поехать в деревню вместе с детьми, чтобы пожить свободно, без помех. Мне нравится его сильная личность, его талант, которым я горжусь. Вкусы у него самые простые. Успех, деньги, популярность нисколько не испортили его. Он любит поспать, погулять на свежем воздухе. Обладает надежным оптимизмом. Когда дела идут плохо, он уверен, что скоро все наладится. И действительно, все налаживается.
– За что вы можете его упрекнуть?
– За внезапные приступы гнева на пустом месте. Они неизменно направлены против меня. Поначалу я досадовала. Ныне я разрешила эту проблему, давая ему возможность самому поутихнуть. К тому же, это никогда не продолжается долго. После десятиминутной вспышки, его гнев утихает. Еще один упрек, который я предъявляю ему, заключается в болезненном желании прийти на помощь, излишней доброте в отношении всего мира, доброте, которая вредит ему. Дней восемь тому назад к нам звонит в дверь какой-то тип и представляется: «Я такой-то, видел вашего мужа вчера на студии. Он сказал, чтобы я зашел, чтобы получить немного денег». Позавчера мне звонит растерянный импресарио. Жан-Поль согласился сниматься одно временно в двух картинах у двух разных постановщиков. И вовсе не из-за рассеянности. Он слишком добр и не может ответить отказом. С ним также бывают невероятные происшествия, как, например, в Булони, где случилась стычка с полицией. Он импульсивен и не раздумывает достаточно над последствиями своих добрых поступков.
– Какой он отец?
– Великолепный, слишком добрый. Иногда проявляет власть, но продолжается это не долго. Мои дочери, девяти и пяти лет, абсолютно не принимают его всерьез. Он куда больше меня заботится о здоровье детей. Когда у нашего годовалого сына повышается температура, Жан-Поль начинает паниковать. Срочно вызывает врача, звонит в организацию «Больные дети». «Это наверняка менингит!» А выясняется, что у малыша режутся зубки.
– Нравится ли ему быть элегантным и хорошо одетым?
– Не скажу, чтобы он был особенно кокетлив. Вопрос об одежде не очень его беспокоит. У него явное предпочтение к белым костюмам. Какая-то мания! Во время одной из поездок в Венецию он заказал себе тройку из белой фланели. Но так как она плохо сидела на нем, он отдал ее подогнать. В день отъезда приносят костюм. Брюки оказываются слишком короткие, рукава – слишком длинные. Охваченный яростью, Жан-Поль выбросил костюм в канал на глазах потрясенного гондольера. Можно было сойти с ума от смеха.
Я всю жизнь буду вспоминать этот импровизированный «гэг».
О «Человеке из Рио»
В 1964 году перед выпуском картины «Человек из Рио» Филиппа де Брока, режиссер и его главный актер – Жан-Поль Бельмондо дали совместное интервью сотруднику еженедельника «Нувель Обсерватер». Мы предлагаем вашему вниманию фрагменты из него, чтобы вы почувствовали не только атмосферу съемок, но и характер отношений между актером и режиссером.
БРОКА. Люди, которые придут смотреть фильм, наверняка вообразят, что нам было очень трудно работать. Ничуточки!
БЕЛЬМОНДО. Мы здорово позабавились. Я честно отдаю предпочтение этой роли.
БРОКА. Ты в ней великолепен.
БЕЛЬМОНДО. Нет, это ты великолепен.
БРОКА. Мы великолепны оба.
БЕЛЬМОНДО. Я был все время мокрый.
БРОКА. Тебя все время тузили. Однажды ты даже вывихнул ногу.
БЕЛЬМОНДО. Ой!
БРОКА. А в другой раз – едва не разбился на стройке. Тебя удалось перехватить в последний момент на двадцатом этаже от земли. Разве не так?
БЕЛЬМОНДО. Так. Но все произошло так быстро. Больше всего я забавлялся в Манаусе. Мы пускали крокодилов в ванной, и горничные отказывались убирать комнаты. Помнишь, они и слышать ничего не хотели. А битва с помощью талька!
БРОКА. Меня при этом не было.
БЕЛЬМОНДО. А мука, которой мы набили кондиционеры? Помнишь?
БРОКА. А петарды на улицах Манауса?
БЕЛЬМОНДО. Они были огромные. Настоящие бомбы! Началась паника в городе. Я обожаю Манаус! Бразильцы – славные ребята. Мы сразу почувствовали себя, как дома. Плохо было одно: кормили скверно.
БРОКА. Когда снимаешь смешной фильм, надо, чтобы всем было весело. Необходима полная разрядка, это вносит в картину благодать. Если гармония нарушена, ибо кто-то надулся или у него болит печень, это отразится на снимаемой сцене. Однажды во время одной из съемок на реке рассердилась помреж. И, надувшись, устроилась на носу пироги. Так вот, снимаемая сцена не удалась!