Современный зарубежный детектив-16. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Валдес-Родригес Алиса

– Ты была восхитительна, – прошептал он мне на ухо. – Если устала, можем закончить на этом.

– Нет, – запротестовала я, – пожалуйста, нет!

– Жадная шлюшка, – рассмеялся он, но тут же исправился, – и теперь – огненная королева. Подожди меня здесь минуту.

Кожа на спине все еще горела, и, когда я попыталась лечь на спину, мгновенно поняла, насколько паршивой идеей это было. С воем перевернулась на живот и едва не расплакалась от обиды: мне хотелось видеть Рэя.

– Что произошло? – тут же отреагировал он.

Встревоженный голос казался медовым.

– Я ничего не видела… Хочу смотреть на тебя хотя бы сейчас.

Рэй вернулся и снова поднял меня на руки, возвращая ощущение безопасности.

– Ты будешь смотреть, – пообещал он.

Я растворилась в его прикосновении, не понимая, почему ладони не приносят той боли, которая появилась от простыни. Рэй был единственным, что мне необходимо, лекарством от всех болезней, вселенной, моим спасением.

Пока мы были вдвоем, ничего плохого не могло произойти. И сейчас, когда Рэй усадил меня обратно на кушетку и заставил вытянуть руку, я не отводила взгляда от океана, что плескался в его глазах.

– Полностью раскрой пальцы, – приказал он, – так, чтобы ладонь выпрямилась.

Я послушалась, и по коже снова пробежала влажная спиртовая прохлада.

– А теперь смотри, – сказал Рэй и открыл зажигалку.

Наши взгляды устремились в одну точку – туда, где к моей ладони склонился крошечный горящий факел. Миг – и красное с голубыми прожилками пламя взметнулось вверх, а потом начало расползаться вширь, весело пританцовывая на танцполе из моей ладони.

Это завораживало, как магический трюк, и хоть я все так же чувствовала жар и покалывание, видеть было действительно намного лучше.

Рэй накрыл мою ладонь своей, уничтожая огонь, и переплел наши пальцы. Я с трудом осознавала произошедшее между нами. Мы сделали то, на что казалось невозможным решиться, и уровень нашего доверия теперь был выше даже Эвереста.

Я позволила ему продолжить, послушно спустилась с кушетки, ведомая его рукой, подставила запястья свисавшим с потолка кожаным ремням, а грудь – двум металлическим зажимам.

Сколько бы мы ни ночевали вместе у Эрика, Рэй не заходил дальше поцелуев и объятий, все время повторяя: нужно кое-что особенное. И теперь, когда я, беспомощная, была в его абсолютной власти, ожидание воздавалось стократ.

Все внутри сводило от предвкушения, ноги дрожали, а щеки пылали от внутреннего жара. Я больше не могла ждать. Подтянутое тело Рэя всегда вызывало у меня желание, но сейчас, уже блестящее от влаги в тусклом свете, оно и вовсе казалось идеальным.

К счастью, я не одна умирала от нетерпения. Рэй расстегнул брюки, приподнял меня за бедра, вынуждая обхватить себя ногами, и без лишней прелюдии оказался во мне. Он даже не ждал, пока я привыкну к ощущению заполненности.

Выдержка, обычно стальная, сегодня тоже его подводила. Жесткие, быстрые, нетерпеливые толчки в рваном ритме выколачивали из меня стоны, которые вскоре превратились в бесконечное повторение его имени, и оно начало звучать как мольба. Я была его нижней, но требовала, нет, приказывала продолжать. Если бы он остановился, вместе с ним остановилось бы и мое сердце.

Горящая от ожога кожа спины покрывалась испариной, но внутри меня бушевал пожар сильнее. Я неотрывно наблюдала за безумно прекрасным телом: за тем, как Рэй прикусывал губу, как сокращались рельефные мышцы на его животе, как билась вена на шее.

Пальцы болезненно впивались в мои бедра, и хотелось большего. Свиста плети. Холода металлической трости. Хлестких ударов по плечам и ногам, которые оживляли спящие клетки, заставляли меня сходить с ума от противоречия и выбивали из головы последние переживания о глупостях внешнего мира.

Будто услышав мои мысли, Рэй на мгновение отвел руку и звонко шлепнул меня по заднице. Теперь кусать губы пришлось мне: он бы не простил оргазм без разрешения.

– Посмотри мне в глаза, – хрипло произнес он, достаточно громко, чтобы пробиться в мое сознание. – И не смей отворачиваться.

Его рука уже родным движением обхватила меня за шею, и больше я не дышала.

– Можно.

Толчки стали сильными, ровными, но главное – на мне остановились потемневшие глаза, в которых спрятался целый мир. Мой собственный. Больше ничей.

Я выгнулась, насколько позволяло затекающее зафиксированное тело, и дала оргазму поглотить себя. Океан чужого взгляда принял меня в свои безграничные глубины, и больше ничего не было нужно, чтобы рассеяться в нем, став миллионом крошечных точек.

Рэй со стоном остановился, его пальцы на моей шее на мгновение сжались сильнее, но тут же хватка ослабла, пропуская кислород в мои легкие. Теперь мы оба тяжело дышали, застыв во времени, но так и не оторвали глаз друг от друга.

Поглощенная остаточной дрожью, я не заметила, как он снял с меня зажимы, освободил руки… Очнулась уже лежащей на нем спиной вверх на краю постели. Рэй гладил меня по волосам, прижимался губами к влажному от пота виску и бормотал что-то ободряющее.

– Мой космос, – донеслись его слова до моего сознания. – Ты мой космос, Уна. Ты все звезды разом.

– Не обольщайся, это просто крем с шиммером, – не удержалась от шутки я. – Кожа убийцы и все такое.

– Как ты себя чувствуешь?

– Страшно посмотреть, как выглядит теперь моя спина.

– Она покраснела, но ничего ужасного. У меня есть особая мазь, через пару дней будешь как новенькая.

Напоминание о будущем омрачило полет в невесомости, который происходил в настоящем. На завтра запланирована очередная встреча с Чарльзом, и мне ужасно не хотелось на нее идти. Поморщившись от нахлынувшего недовольства, я спрятала лицо, уткнувшись носом в шею Рэя.

– Что не так? – чутко отреагировал он.

– Завтра пятница.

– Точно, – горько ответил Рэй. – Это дерьмо нужно заканчивать.

– Я бы с удовольствием, но… У нас все еще нет плана.

На самом деле были наметки на три или четыре плана, у каждого из них – примерно по четверти, и, если бы они не противоречили друг другу, можно было бы попробовать собрать из них один, хотя бы кривенький. Но Рэй и Эрик говорили, что так не работает, и мне приходилось им верить.

– Уверен, на этих выходных мы наконец разродимся. – Рэй сопроводил обещание очередным поцелуем. – Давай подумаем об этом в субботу, ладно?

– Поздно, – вздохнула я. – У меня в голове уже куча мыслей.

– Гони их оттуда, – с улыбкой предложил он. – Сейчас у нас одна задача: прийти в себя и сходить в прохладный душ. А потом я о тебе позабочусь.

– Это уже две.

– Так, силы спорить появились… Значит, сегодняшней сессии было мало. Достаю флоггер?

– По ожогам будешь бить? – удивленно подняла голову я. – Ты что, садист?

– А я не предупредил?

Рэй шутил, но я заметила в его лице те же сомнения, что одолевали меня саму. И даже ту же усталость. Уже две недели мы словно жили на паузе, судорожно пытаясь найти выход из задницы, в которой оказались, но эта короткая передышка вот-вот должна была закончиться.

– Что, если мы не придумаем план? – тихо спросила я.

– Такого не бывает, поверь. Мы обязательно справимся.

В его глазах промелькнуло что-то совсем новое. Словно план у него уже был.

Глава 22. Гребаное вранье

Я приучилась растягивать один «Негрони» на весь вечер. Оставаться трезвой – первое правило выживания, когда ужинаешь с киношным злодеем. А такое у меня теперь часто происходило: наверное, весь «Сити Соул» думал, что Чарльз завел себе молоденькую девушку для развлечения.

Технически – чистая правда. Из нас двоих весело было только ему.

– Ты переоцениваешь значение Французской революции, – снисходительно сообщил мне Чарльз. – Тебя послушать, так она и вовсе стала началом современного мира.

– Говоришь, как англичанин, – точно так же снисходительно улыбнулась я. – А историки буквально на этом и сошлись.