Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Дашкова Полина Викторовна
Жена Константинова больше всего на свете любила свою выстраданную, ухоженную квартиру и дорожила общественным мнением. Стать брошенной женой казалось ей несопоставимо страшней, чем быть просто нелюбимой женщиной. К тому же у нее была своя, весьма бурная, личная жизнь.
Сын Константинова вырос, его интересовали только собственные проблемы. Он считал, что родители сами разберутся.
Лиза и Глеб были счастливы от того, что они есть друг у друга и никому своей любовью не портят жизнь. У Константинова, правда, возникли некоторые проблемы по службе, но чин полковника ему все-таки дали. Но, как верно заметил его начальник, генеральские погоны уже не светили.
Много лет подряд один летний месяц Лиза и Глеб проводили вместе. Лиза с Арсюшей отдыхали в ведомственном санатории «Солнечный берег», в курортном городе на Черном море. Глеб жил в отдельном номере в том же санатории, на том же этаже. Там их давно знали, сплетничать было уже неинтересно. Администрация санатория в первый же их совместный приезд перемыла странной парочке с мальчиком все косточки, и в последующие приезды Белозерскую с Константиновым никто не обсуждал. К ним привыкли.
В последние два года Глеб не мог себе позволить отдыхать целый месяц. Полковник вырывался на побережье на несколько дней, с утра до вечера занимался служебными делами, с Лизой и с сыном мог провести совсем немного времени.
Приехав в «Солнечный берег» два дня назад, Лиза не надеялась, что Глеб сумеет вырваться скоро и надолго. Но он появился без всякого предупреждения на третий день, поселился, как всегда, в соседнем одноместном полулюксе и весело сообщил:
– Все, Лизонька! На этот раз – никаких дел. Отдыхаем и ни о чем не думаем.
Арсюша, визжа от восторга, повис у него на шее. Лиза счастливо улыбнулась. Она не подала виду, что ни секунды не верит своему любимому полковнику. Какой отдых, когда в области предвыборная кампания, по всему городу развешаны листовки кандидатов в губернаторы и многие из них – откровенно бандитского содержания? К тому же всей стране известно: здесь, в горах, прячутся чеченские террористы, через границу идут составы с оружием.
Всякий раз, когда она заикалась о своих опасениях, Константинов утешал ее:
– Лизонька, я же на родине работаю, на своей территории. Ни погонь, ни перестрелок, только мозгами шевелю, как кабинетный червь. Скажи спасибо, что меня не посылают ни в Чечню, ни в Таджикистан.
– Спасибо, – вздыхала Лиза.
Они провели чудесный день. Загорали на пляже, играли в бадминтон, сходили на рынок, накупили фруктов. На рынке Глеб подошел к мяснику и, поздоровавшись за руку, спросил:
– Как насчет домашнего вина? Прошлогоднего, из «изабеллы»?
– Канистра для вас готова, два литра, как договаривались, – кивнул пожилой усатый мясник в кепке «аэродром», – правда, цены теперь подпрыгнули. Литр – десять тысяч.
– Спасибо. Я не торгуюсь. Вино отличное, – ответил полковник.
«Да уж, отдыхаем!» – усмехнулась про себя Лиза.
Вечером в холле санатория Глеб купил билеты на экскурсию в пограничное государство. Билеты стоили страшно дорого. В пограничном государстве шла война, и тамошние всемирно известные достопримечательности несколько лет подряд были для туристов закрыты. Официально они не открылись до сих пор, но для местной туристической фирмы «Комфорт-тревел» ни война, ни граница значения не имели. Наоборот, чем сложнее было попасть в соседнее государство, тем большие деньги готовы были платить отдыхающие, чтобы в комфортабельном «Икарусе», с гарантией полной безопасности, поглядеть на знаменитые водопады, побывать в только что восстановленном обезьяньем питомнике, вообще полюбопытствовать, что происходит в доступном когда-то, а ныне закрытом маленьком кавказском государстве.
Первые два экскурсионных автобуса предприимчивая фирма умудрилась даже обеспечить «бэтээрами», сопровождавшими туристов от границы. Но потом необходимость в «бэтээрах» отпала, военные действия на территории кавказского государства утихли. К тому же купить безопасность туристов у местных властей оказалось дешевле, чем оплачивать услуги военных.
Обезьянник, находившийся в столице маленького государства, был известен на весь мир. Но в начале войны нежные животные не выдержали грохота обстрелов и в ужасе разбежались из своих клеток. Часть обезьян погибла, часть пропала без вести. Это взволновало мировую общественность, в разных европейских странах прошли демонстрации «зеленых» и борцов за права животных.
Однако нескольких обезьян удалось отловить.
Их привезли уже не в столицу, а в один из уцелевших городов, поближе к российской границе. Обезьянам в новом питомнике жилось не многим лучше, чем людям в разоренном государстве. Но теперь они уже не могли убежать. Клетки намертво запирались и тщательно охранялись. Конечно, новый, наскоро воссозданный обезьянник не шел ни в какое сравнение с прежним. Животных осталось мало, редкие породы исчезли. Но желающие взглянуть все равно находились.
– Ребенок ведь никогда не был в тамошнем обезьяннике, – оправдывался Глеб, покупая билеты, – и водопада не видел.
– Ты, мамочка, можешь не ехать! – заявил Арсюша.
Лиза не стала спрашивать Глеба, насколько безопасна экскурсия. Она не сомневалась: если он едет с ребенком, ничего страшного не случится.
Ночью, когда Арсюша уснул, она в одном халатике быстро прошмыгнула в номер Константинова.
– Так-то ты отдыхаешь! – прошептала она, ныряя к нему под одеяло.
– Да, Лизонька, да, солнышко мое, – прошептал он в ответ, развязывая пояс ее халатика.
ГЛАВА 5
Экскурсионный автобус фирмы «Комфорт-тревел» отправлялся в восемь часов утра от ворот санатория «Солнечный берег». Елизавета Максимовна на экскурсию не ехала – ее укачивало.
– Пожалуйста, – говорила она, провожая Глеба и Арсюшу, – по деревьям и горам не лазай, кепку на солнце не снимай, не заставляй Глебушку делать замечания каждые пять минут. Это очень утомительно.
– Хорошо, мам. Шелковый буду, – обещал Арсюша, садясь в автобус.
Утро было свежим и прохладным. Солнце еще не жгло, светило мягко и ласково. «Икарус» мчался по пустому шоссе вдоль моря. Переливалась солнечная рябь на воде, далеко, у горизонта, покачивались крошечные цветные паруса яхт.
Арсюша дремал, положив голову Глебу на плечо. Глеб думал о предстоящей встрече с агентом, стариком буфетчиком, работавшим на небольшой железнодорожной станции, сразу за границей. Старик передал по эстафете, через мясника на городском рынке, что имеет срочную информацию.
«Икарус» должен был сделать первую остановку именно на этой станции, где шоссе шло параллельно железной дороге. Многие годы автобусы с туристами останавливались у небольшого вокзального здания с помпезными белыми колоннами.
Столики выставлялись на улицу, над ними раскрывались полосатые солнечные зонты. Старушки, жительницы поселка, продавали у обочины абрикосы, сливы и груши.
Сейчас белые колонны облупились, были искаляканы ругательствами снизу доверху. Столиков осталось всего два, солнечные зонты исчезли, большая цветочная клумба превратилась в выгребную яму. Однако буфет все еще работал и две старушки у обочины торговали вялыми пучками укропа и каменными на вид зелеными персиками.
Автобус остановился.
– Господа туристы! – сказала в микрофон девушка-экскурсовод. – У вас есть сорок минут. Туалет направо, за зданием вокзала. В буфете вам предложат легкий завтрак.
Небольшая толпа распределилась между деревянной будкой сортира и черной от мух буфетной стойкой. К вывороченному медному крану со слабой струйкой ржавой воды выстроилась очередь.
– Глебушка, давай мы не будем здесь есть. Пойдем лучше погуляем немного, разомнемся. Нам ведь мама дала с собой бутерброды, – предложил Арсюша.
Кроме бутербродов, предусмотрительная Лиза дала им пачку влажных антисептических салфеток, поэтому в очереди к крану стоять не пришлось.
– Хорошо, – кивнул Глеб, – посиди здесь, на лавочке. Я все-таки взгляну, чем там кормят в буфете. Жди меня, никуда не уходи.