Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Дашкова Полина Викторовна
Пианино опять громко задребезжало. Дело шло к развязке. У постели старика стоял самозваный племянник. Амалия мирно беседовала с ним, уже поднесла к губам отраву, но так и не глотнула, вдруг вытаращила глаза, уронила стакан и хлопнулась со стула на пол.
— Вы, разумеется, правы, — горячо зашептал Данилов. — Таня без отца ни за что не поедет. Но у меня есть сведения, что скоро должны состояться переговоры на высшем уровне между большевиками и немцами. Не в Москве, а где-то на нейтральной территории. Возможно, в Италии. Ленин как глава государства непременно поедет. Он болен, с ним отправится врач. Лучший врач, которому он доверяет больше других. То есть Михаил Владимирович.
Федор больше не смотрел на экран, он слушал, низко опустив голову, и кусал губы. К переговорам с немцами действительно готовились. Вопрос о поездке Ленина обсуждался. План Данилова был вполне реален. Профессор выезжает за границу вместе с официальной делегацией. К этому времени все готово к побегу Тани, Миши и Андрюши. Как только они пересекают границу, Михаил Владимирович исчезает.
— Главное, чтобы они добрались до Петрограда, дальше маршрут разработан, проверен. Рассказывать долго. Вот, возьмите, тут подробный план, с именами, адресами, — Данилов сунул Федору в руку несколько сложенных листков.
Федор послушно спрятал их в карман куртки и с тоской подумал: «Что он творит? Зная, где я служу, открывает мне информацию об окне на финской границе, с именами, адресами, и даже не считает нужным сказать: вы, конечно, понимаете, что информация сверхсекретная, риск для меня смертельный. Его едва не убили в Галлиполи только за то, что его тесть лечит Ленина. Он безоглядно мне доверяет. У него нет другого выхода. А у меня? Какой у меня выход?»
— Шансов, что Ленин лично поедет на переговоры, мало, — прошептал Федор, — он болен, постоянно приходят сведения, что за границей будет покушение.
— Да, я знаю. И все-таки, пока существует хотя бы один шанс из ста, я не откажусь от этого плана. Сорвется, придумаю новый. Информацию для меня в зашифрованном виде вы можете передавать через Эрни. Федя, простите, что втягиваю вас, но без вашей помощи мне не обойтись. В Москве есть люди, связанные с нашей организацией, но они не настолько надежны, чтобы я мог доверить им жизнь Тани и Миши. Только вам могу. Храни вас Бог.
Скрипнуло кресло, через мгновение Данилов исчез за пыльными портьерами. Тапер наигрывал нечто меланхолическое. На черном экране мерцали жирные белые буквы «КОНЕЦ». Чем закончилась фильма и как она называлась, навсегда осталось тайной для Федора.
К хрусталю и мрамору Герман Ефремович питал особенную любовь. В отличие от прочих залов, в обеденном скульптурный Йоруба не стоял. Только обнаженные нимфы и античные герои. Впрочем, тут имелся Йоруба живописный. Стену украшало гигантское, написанное маслом полотно, изображавшее походную трапезу степного воина Йорубы с другими степными воинами, безымянными, но, судя по лицам, очень мужественными. Йоруба сидел в непринужденной позе, на подушке с золотыми кистями у скатерти самобранки, расстеленной на земле, уставленной разными яствами. В руке он держал кубок, украшенный самоцветами. Блеск их был изображен столь искусно, что сразу становилось понятно: камни настоящие.
На другой стене висели цветные фотографии в рамках, где Йоруба был запечатлен в обнимку с мировыми знаменитостями — главами государств, нобелевскими лауреатами, голливудскими звездами.
Гости рассаживались согласно именным табличкам на столах. Им помогали ряженые охранники, официанты и дамы-распорядительницы в деловых костюмах. В глубине зала на просторной эстраде расположился небольшой джазовый оркестр.
На этот раз никаких недоразумений не возникло. Соню, Елену Алексеевну и Диму усадили за один стол. Наверное, пожилому охраннику надоело обсуждать по рации каждый их шаг, и он все организовал заранее.
Оркестр негромко наигрывал какую-то джазовую импровизацию. Официанты разносили закуски, напитки.
— Елена Алексеевна, вы знакомы с господином Хотом? — тихо спросила Соня.
— Да, конечно. Немец, специалист по семиотике, приятель Йорубы. Он часто бывает на развалинах.
Подошел официант с очередными закусками. Расставляя тарелки на столе, он очень серьезно и подробно комментировал каждое блюдо, перечислял ингредиенты, описывал способ приготовления, количество жиров, белков, углеводов, холестерина.
— Эту традицию ввел Герман Ефремович, — тут же объяснила дама распорядительница, — среди гостей много тех, кто заботится о своем здоровье, следит за весом.
Дама и официант удалились. Вдали проплыла Светик, в золотом переливающемся платье, в сопровождении свиты охранников и распорядительниц. Ее усадили за стол у эстрады, самый большой, человек на десять. Там уже сидел Кольт, а рядом поблескивала багровая лысина Эммануила Хота.
Петр Борисович привстал, поцеловал Светика в щеку. Хот тоже привстал, галантно приложился к ее руке. Затем оба сели и продолжили мирно беседовать. Через минуту появился Йоруба. Он легко вскочил на эстраду.
— Всем приятного аппетита! Кушайте, пейте на здоровье, мои родные! Не забудьте загадать желание, когда отведаете жареного жирафа. В Африке жарко, у меня в степи снег и холодный ветер, я хочу всех вас, родные мои, обнять и согреть у огня моего очага.
Гул смолк. Гости слушали. Те, кто сидел спиной к эстраде, повернули головы. И все улыбались. Соня заметила, как у пожилой дамы за соседним столом вздулась жила на вывернутой шее и дрожит краешек рта, растянутого в улыбке.
Йоруба спрыгнул с эстрады и сел за стол к Кольту и Хоту.
— Елена Алексеевна, вы сказали Хот часто приезжает в зону. Зачем? — спросила Соня.
— Он пишет книгу о сонорхах. У него есть собственная версия их происхождения. Он считает, что они наследники древнейшей цивилизации Туле.
— Почему не Атлантиды или Гипербореи?
— Господин Хот утверждает, что это одно и то же.
— А Шамбала?
— Именно о Шамбале я спросила его в первую очередь. Он уверен, что это явление совсем иного порядка. Местное население делится на вудутов и шамбалов. Происхождение названий до сих пор не ясно. По мнению Хота, шамбалы никакого отношения к Шамбале не имеют. Племя вудутов древней, более развито интеллектуально и биологически совершенней. Шамбалы — раса рабов, полуживотных.
— Ого! Даже так? — Соня тихо присвистнула. — А вы что думаете об этом?
— Я думаю, господин Хот шутит. Он любитель черного юмора и горячих дискуссий. На самом деле вудуты и шамбалы одинаково древние, родственные народы, и сонорхи ничего не принесли в эту степь, наоборот, они пришли, чтобы взять.
— Что именно?
— Все. Науку, культуру, медицину. Тут существовала очень древняя цивилизация. Сонорхи все из нее высосали и засекретили, сделали достоянием узкого круга посвященных. Отголоски тех древних знаний блуждают по разным тайным обществам, орденам, шифруются, меняются до неузнаваемости, выворачиваются наизнанку и обретают обратные смыслы. Впрочем, я не исключаю, что моя версия полный бред. Пока я не найду эрбу, говорить вообще не о чем.
— Эрбу?
— Плотная твердая ткань, сделанная из волокон какого-то местного растения. На ней писали, это вроде египетских папирусов. Должна существовать огромная библиотека эрбу и глиняных табличек. Герман Ефремович помешан на сонорхах. Если узнает, что я ищу тут на самом деле, он меня просто выгонит. А если об этом узнают в научных кругах, меня назовут сумасшедшей.
— Но вы ведь на чем-то основываете свою версию? Какие-то следы той древней цивилизации остались? — спросил Дима.
— Все, что осталось, принято приписывать сонорхам. Но знаете, если на заборе нацарапано «Спартак — чемпион», это не значит, что его сложили римские гладиаторы. Когда я впервые приехала в эту степь, меня, конечно, интересовали прежде всего сонорхи и местной мифологией я занималась исключительно в связи с ними. Но вдруг обнаружила поразительную вещь. У двух родственных народов, тысячелетиями живших на одной территории, не просто разные, а диаметрально противоположные мифологические представления о происхождении мира и человека. У вудутов традиционная языческая схема. Грозные боги терзают друг друга, побеждает сильнейший. В перерыве между битвами создается человек, существо примитивное, бесправное. Рабочая сила для обслуживания богов победителей. Культ крови, человеческие жертвоприношения. А у шамбалов творец всего сущего Элохим, это соответствует одному из имен Бога в Пятикнижии. Человека он создал по своему образу и подобию. Никакой жестокости, насилия, неравенства. Это противоречит всем известным древним мифам и впервые возникло только в Бытии.