Сергей Бакшеев - Дамский выстрел
— Что случилось? — встревожилась я, не вытерпев его молчания.
— Никакого киллера-дублера не было. Контора не проводила параллельное расследование. Никто из наших сотрудников не мог быть причастен к убийству Назарова. И еще…
Он смотрел на меня, не решаясь что-то сказать.
— Договаривай уж, — помогла я ему.
— Руководство не верит твоим словам. Они убеждены, что шестого июля в 308-м номере отеля «Дона» стреляла ты.
36
Третий день, Калининград, 16-10
Кирилл потупился. Он смотрел на смартфон, словно умоляя, чтобы на дисплее появилось другое сообщение. А мне хотелось швырнуть лживое устройство в стену. Я первой нарушила затянувшееся молчание.
— Подумай сам. Разве я стала бы убивать Назарова, если мне поручили его ранить? Зачем мне это? Да и потом… Первый выстрел я всегда делаю в грудь, чтобы избежать промаха. И только затем — в голову. А тут — два выстрела в затылок. Как я могла это сделать? Он что, повернулся ко мне спиной и сказал: давай, детка, мочи!
— Светлая, это мнение начальства. Согласись, странная история.
— Ты тоже мне не верил. Сам говорил, что выкручивался, чтобы прикрыть мою ошибку. Ошибку, которой не было!
— А что еще я мог подумать? Ты была в номере в момент убийства. Пули выпущены из такого же пистолета. Тебя засекли в отеле сразу после выстрелов.
— Ты забыл про открытое окно.
— Это классическая уловка. Все подумали, что ты ушла через окно, а на самом деле спустилась по лестнице.
— Я вошла в номер, чтобы убедиться, что там мой клиент. И увидеть того, кто стрелял. Но там был только труп и открытое окно. Понимаешь?
— Сейчас я тебе верю.
Внезапно я почувствовала прилив слабости. Мне стало нехорошо от дикой мысли.
— Стоп. Я видела там куски мозга и лужу крови. Эти пули должны были снести ему полголовы.
— Да, считай, лица не было.
— А как опознали Назарова?
— Опознали? Его номер, его вещи…
— Вы хотя бы отпечатки пальцев проверили?
— Никто не сомневался, что это Назаров. Нам было наплевать на тело предателя! Мы искали документы!
— А если Назаров инсценировал свою смерть? Шлепнул сообщника, а сам скрылся. И документы унес с собой. Поэтому их нигде и нет. Вы искали папку, а не человека. Вы копались в малом и упустили большое.
Коршунов замер с приоткрытым ртом, потом вскочил и заметался по комнате.
— Невероятно. Еще одна версия. Она все меняет. — Он резко остановился и посмотрел на меня. — Если Назаров нас обманул, почему досье всплыло только через семь лет?
— Сначала надо убедиться, что убит именно Назаров. Провести анализ ДНК.
— Тело кремировали, даже не перевозили в Москву. Сохранился ли прах, не знаю. Его жена и дочь скрылись на Западе. А других родственников у Назарова не осталось. Анализ провести невозможно.
— Не ожидала, что вы так работаете.
— Секретность и спешка, черт их побери!
— Мы что-то упустили, Коршунов. Если была инсценировка, должен быть человек, которого Назаров подставил вместо себя. Откуда он взялся?
— Если я сообщу в Контору версию с подменой… — Кирилл покачал головой.
— А чем они нам помогут? Уже ответили, что ничего не знают о другом киллере. Надо самим разбираться.
— Как?
— Надо встретиться с теми, с кем виделся Назаров. Врача Марченко мы нашли и многое выяснили. Теперь надо разговорить проститутку. Она провела много времени с Назаровым.
— Есть протоколы ее допросов.
— Я их читала. Но перепуганная девчонка могла что-то скрыть или приврать. И надо обязательно найти Истомина. Эти люди в городе?
— Я уточню. Надежду Веселову, бывшую Еву, прижать несложно, а вот Истомин вряд ли захочет с нами говорить. Он сильно обижен. Из-за следствия он потерял погоны и досрочно ушел в отставку.
— У нас есть к нему новый ключик — Инга Лехнович. Мы расколем садиста.
Коршунов немного подумал и взялся за смартфон.
— И не забудь отправить запрос по убийствам девушек с пирсингом, — напомнила я. На этот раз Кирилл не стал возражать. Я нежно коснулась его руки. — Предупреди, пожалуйста, что это срочно.
— Хорошо. С этого и начну.
Кирилл нащелкал запрос и отправил его по электронной почте в Москву. Потом связался по телефону с всезнающим начальником местного управления Конторы, Егором Ивановичем, имя которого я уже успела запомнить. Вскоре Егор Иванович перезвонил. Кирилл слушал собеседника, кивал и что-то записывал. Закончив разговор, он потряс вырванным из блокнота листком.
— Мне сообщили адрес прописки Надежды Веселовой и место ее работы. Ночной клуб «Декамерон».
— Она все еще проститутка?
— Почему сразу проститутка? Веселова работает официанткой. Говорят, что так и есть.
Пока мы ждали ответа, я еще раз внимательно прочла показания девушки. Вроде бы ничего нового, но одна деталь вызвала у меня недоумение.
— Ты обратил внимание, что девушка назвала Назарова Механиком. Не Котиком, не Тигром, не Папиком, в конце концов, а Механиком. Почему?
— Из-за механического секса.
— Нет. Она назвала его так еще в ресторане. Они даже не успели подняться в номер.
— Проститутки сами используют псевдонимы и навешивают их на других. А может, Назаров сам назвался Механиком. Не каждый клиент готов открыть свое имя.
— Ты плохо изучил дело. Или забыл. Потом она стала называть его Олегом и другого имени не употребляла.
— Вполне объяснимо. Назаров поручил купить ей билеты для поездки в Польшу. Они именные.
— Сомнительная поездка, и попутчица выбрана странная.
— Если для развлечений, то…
— Для приключений на одно место. И общались они удивительно долго для такого рода связи.
— Ты права. Обычно с проститутками говорить не о чем.
— А ты откуда знаешь? Большой опыт с девочками легкого поведения? — Я строго посмотрела на мужа.
Кирилл стушевался и, как часто бывает в таких случаях, перешел в словесную атаку.
— Да что ты заладила! Я помню все протоколы! Болтал большей частью Назаров. Он запудрил девушке мозги, чтобы она клюнула на ухаживание и купила билеты. Хотел пустить нас по ложному следу. Это ясно, как божий день.
— Тебе ясно, а мне нет. Надо встретиться с Веселовой. Когда поедем?
— Лучше перехватить ее на работе в ночном клубе, — нехотя решил Кирилл. — Там мы ее наверняка застанем.
37
Третий день, Калининград, 23-50
При входе в ночной клуб металлодетектор зафиксировал у Коршунова пистолет в наплечной кобуре. Ему пришлось предъявить удостоверение. После недолгого препирательства охранники поморщились, пробурчали что-то в рацию и пропустили. Недобрый шепоток опережал наше продвижение, как ветер перед ливнем. Смысл в конспирации отпал, изображать беззаботных отдыхающих не требовалось.
Мы шли, рассекая толпу, подобно ледоколу в торосах. Бухающие басы громкой музыки залепляли уши и резонировали в груди. Запахи дергающихся тел смешивались с алкогольным дыханием и забивали ноздри. Липкий мрак прорезали яркие электрические вспышки, то и дело лишая зрения. Казалось, клуб — это место, где сознательно притупляются органы чувств и на первый план вырываются инстинкты. Приходилось ежесекундно вертеть головой, чтобы сориентироваться. Как в этой обстановке Коршунов нашел Надежду Веселову, ума не приложу. Скорее всего, случайно натолкнулся.
Семь лет назад он допрашивал яркую девицу с бесстыжими глазами. Могу представить, как он рассматривал ее в то время. Сталкиваясь с продажными женщинами, мужчины невольно прикидывают: а мог бы я с ней? Сейчас взгляд моего благоверного не скрывал разочарования. Да, дорогой, есть профессии, где жизнь мчится к старости втрое быстрее обычного.
Кирилл стиснул локоть девушки и крикнул на ухо:
— Нам надо поговорить!
Официантка держала круглый поднос, заставленный разномастными бокалами. Ее глаза полыхнули:
— Отвали!
Назойливый посетитель и не думал ретироваться. Официантка поискала поддержки у охранников, но натолкнулась на успокаивающий взгляд лысого администратора, который тенью следовал за нами.
Кирилл напомнил Веселовой:
— Мы с вами уже встречались. Семь лет назад. По поводу Назарова. Где нам поговорить?
Ее лицо сморщилось, как проколотый мяч.
— Вы можете воспользоваться служебным помещением, — услужливо подсказал администратор. И что-то шепнул обескураженной официантке.
— Я сейчас, — сдалась Веселова.
Она разнесла напитки и вернулась к нам. Мы направились к служебной двери рядом с баром.
— Эй! Куда тянешь девушку? — Коршунова толкнул подвыпивший седой мужчина в белой футболке и укороченном блейзере. Он напоминал отставного офицера, случайно отоварившегося в модном бутике. Кирилл ответил жестким взглядом. Официантка промолчала. Смелый защитник, выпячивая грудь, спросил у нее: — Надя, кто это? Тебе помочь?