Гунар Цирулис - Гастроль в Вентспилсе

Капитан Печак встал из-за стола и открыл дверцу шкафа. Выкладывая на стол папки, он комментировал:

— Вот Алдис Красинский, малый горазд на технику. Одна беда — не может он равнодушно пройти мимо машины, оставленной у тротуара. В особенности, если с ним веселая компания или девчонка. Отмычкой действует, как завзятый медвежатник. Садится и раскатывает до последней капли бензина. А потом аккуратненько поставит, даже включит стояночные огни — все честь по чести. К моему мотоциклу он приладил такой «секрет», что потом пришлось снять — даже от случайного прикосновения начинал реветь, как раненый слон. И что ты думаешь? Алдис до того обиделся, что в отместку угнал мою служебную... А вот этот, — Печак раскрыл другую папку, — этот зашел подальше. Гунар Мелнацис не озорник, он автомобильный вор: обдерет машину, раскулачит, продаст колеса, аккумулятор, карбюратор, остальное же, чего в металлолом не сдать, изуродует, а то и сожжет. И все только от зависти. В конце года должен выйти из колонии, но не думаю, что он исправился... Малыш Карклинь с дружками шурует по чердакам и не брезгует даже подштанниками. У него есть дядя, который раз в неделю объезжает литовские барахолки и сбывает товар чохом... Ребята с улицы Селгас в трезвом виде не опасны, но после трех рюмок срываются с цепи и тогда во всей округе стоит звон стекла: детки колотят окна. Их уже судили за мелкое хулиганство, отсидели по пятнадцать суток, но не помогает. Тебе придется подумать, каким образом отучить их от выпивки...

Яункалн рассеянно перелистывал выложенные перед ним дела состоящих на учете. Да, надо познакомиться с ними основательно, изучить характеры правонарушителей. Но мысли упорно возвращались к старухе Зандбург, которая сейчас сидела в комиссионном магазине; к Кобре, Рудису и Янке, которым поручено следить за Мендерисом. Удастся ли им сесть в тот же автобус, войти в тот же вагон поезда? А если у приемщика собственная машина? Тетушка Зандбург, правда, утверждала, что Виктория никогда этого не допустила бы, но поди знай... Однако беспокоиться нечего, ребята не раз выкручивались из более трудных положений.

Яункалн вновь уставился на груду папок на столе. Отложив дела, «герои» которых еще отбывали срок, он перелистывал те, что были приостановлены за недостатком доказательств. И тотчас ему попалась на глаза кличка «Чип».

— Это было еще до моей эры, в конце пятидесятых годов, — начал Печак в приподнятом тоне, как бы из уважения к событиям, ставшим достоянием истории. — Хранятся, наверно, потому, что Чип этот по-прежнему балансирует на острие ножа и в любой день может влипнуть на куда более серьезных делах. Давай поглядим!

Фабула события была весьма проста и начиналась с заявления гражданина Яниса Вульфа о том, что у него были похищены права на управление мотоциклом. На другой день он получил написанное печатными буквами анонимное письмо с предложением вложить в тайник в условленном месте, среди прибрежных дюн, семьдесят рублей. Тогда права ему будут возвращены. Вульф подозревал своего племянника, недавно приехавшего на учебу в профтехучилище и не отличавшегося особым усердием. Да никто другой и не мог проникнуть в комод, где хранился портфель с документами. Однако эта гипотеза нуждались в проверке. Инспектор уговорил Вульфа сходить туда, куда было указано, и положить в тайник пустой конверт. До самого вечера двое милиционеров вели скрытое наблюдение за окрестностями. В конце концов они задержали горбатого старичка, который довольно долго расхаживал по пляжу, скрывая под пальто какой то предмет. Оказалось, это у него был гвоздодер, которым он вытаскивал гвозди из выброшенных на берег ящиков, прежде чем нести их домой на топливо. Выяснение всех этих обстоятельств с живейшим интересом слушал и неизвестно откуда появившийся племянник потерпевшего Дзинтар. И опять ничего нельзя было доказать... Правда, при последующем допросе мальчишка запутался в противоречивых показаниях, однако упрямо твердил, что ни в чем не виноват. Пришлось его отпустить... На последних страницах было несколько примечаний, прямого отношения к этому делу не имевших:

«Был замечен на рынке — продавал краску», «Скупает у моряков заграничные сигареты», «Вращается в обществе взрослых спекулянтов».

Но всякий раз недоставало фактов, отсутствовали свидетели. Потом Дзинтар Вульф отпраздновал свое совершеннолетие, и записи оборвались, точнее говоря, перекочевали в папку, заведенную уже в другом отделе милиции. Яункалн был в этом абсолютно уверен.

Стук в дверь вывел Тедиса из раздумий. В первый момент он подумал, что яви�