Сергей Зверев - Граната для ренегата
Тот открыл блокнот и углубился в свои записи.
– Зубков скорее всего был завербован во время своей последней командировки в Афганистан, – сообщил он. – Именно после этого отмечается его повышенная активность и желание попасть в спецгруппу. Он резко повышает свои показатели и становится кандидатом. После окончания полугодовых курсов попадает в группу Белова.
– Ясно, – кивнул Ерохин. – Проглядели. Ничего, бывает.
Он посмотрел на майора Величко. Тот сидел, глядя все время как бы в сторону. На бледном лице застыла гримаса не то обиды, не то перенесенного страдания.
– Ловко они нас, – сказал негромко Ерохин. – Чтобы отвести глаза от настоящего крота, организовали травлю честного офицера. Заодно заставили усомниться в заграничном агенте, то есть в Викторе. Водили за нос, как хотели. А мы и велись, чего скрывать?
Он покачал головой.
Величко при слове «честный офицер» поглядел на него с благодарностью. Остальные виновато потупились – в том числе и Черкасов, все время упорно не замечавший присутствия Величко. Впрочем, как и тот его.
– Не пожалели они выкинуть на ветер полмиллиона евро, – заметил Дроздов. – Ведь знали, что установим истину.
– Весь вопрос – когда установим! – поднял палец Ерохин. – Им было важно выиграть время, сбивая нас с толку – они его и выиграли. А полмиллиона евро – это капля в том море денег, которые они собирались заработать на войне с Сирией. Да и на других войнах тоже – в какую страну на карте Ближнего Востока ни ткни, везде горит. Только успевай поставлять оружие и войска. И греби миллиарды. – Он посмотрел на Белова. – Ну а ты что все молчишь, майор? Есть какие-нибудь соображения?
– Полно, товарищ генерал. И все не в нашу пользу, – заговорил Белов. – Я вот думаю, как четко они все просчитали. Макс на Ветте показал лицо Кармен – чтобы мы хорошенько зацепились. Видеозаписи с Ветты они не отдали репортерам – чтобы Кармен и Монгол спокойно ходили вслед за Янсеном по Дворцу Наций. Организовали нам с Клопом пытку – чтобы я больше ему доверял. Подкидывали разные зацепки вроде записи в компьютере, чтобы я думал, будто иду по следу. А сами четко проводили свой план, разыгрывали все, как по нотам.
– Ну так, – усмехнулся Ерохин, – не с детьми дело имеем.
– Если бы в последний момент не вмешался Слон… капитан Хоботенко, у них все получилось бы…
– Кстати, – перебил мастера Ерохин, – а как так вышло, что Зубков не узнал о возможном прибытии Хоботенко?
– Я, когда позвонил Слону, попросил его приехать в Женеву. Но Клопу об этом не сказал, решил, пускай будет сюрпризом. Я еще заранее поставил в машину маячок, подозревая Виктора. По этому маячку Слон нашел машину, а потом, спустившись в подвал, догнал и нас. Вот и оказалось, что это спасло мне жизнь.
– И не только жизнь, – добавил Ерохин.
– Так что, – расправил плечи Слон, сидевший возле Белова, – выходит, я мир спас?
Все засмеялись. Но быстро смолкли. Не до смеха было, уж больно серьезными могли стать последствия.
– Бомбу в Женеве по нашему звонку нашли и обезвредили, – сообщил Ерохин. – Долго добивались, откуда нам стало о ней известно, но мы отговорились, дескать, у нас свои секреты в получении информации.
– Так им все и скажи, – проворчал Дроздов. – На «спасибо-то» хоть они разорились, товарищ генерал?
– С трудом, – улыбнулся Ерохин. – Ну что, товарищи офицеры, всем все ясно? Детали уточним потом, а сейчас мне пора на доклад в министерство.
Все стали подыматься.
– Белов, задержись со своими на минуту, – попросил Ерохин.
Когда в кабинете, построившись вдоль стены, замерла группа Белова, генерал молча прошел вдоль строя, посмотрел в глаза каждому.
– Недостатки мы учтем, – негромко заговорил он. – Ошибки проанализируем. Но это не главное. Главное, что вы сделали свое дело. Поэтому, – голос Ерохина стал строже, в нем зазвучали стальные нотки, – от лица командования и от себя лично выражаю вам благодарность!
– Служим России! – выдохнула в один голос вся четверка.
– Молодцы, – закончил свою речь Ерохин. – Все свободны. Можете отдыхать. Капитан Хоботенко, как плечо?
– Нормально, товарищ генерал, – бойко откликнулся Слон. – Хоть завтра в бой!
– Ну, завтра не завтра, а к новому заданию готовьтесь. Думаю, оно не заставит себя ждать.
Когда люди Старого вышли, он задержался у двери, достал из кармана нож и протянул Ерохину.
– Это Роберта, товарищ генерал…
У Сергея Ивановича дрогнуло лицо. Он бережно взял нож, вытянул до половины клинок из ножен.
– Помню его. Он с этим ножом никогда не расставался. Спасибо, майор. – Он с чувством пожал Белову руку и сказал: – Вот так. Одного боевого товарища потерял, но второй остался. Я о Викторе…
Он не договорил, но Старый и так все понял.
– И я потерял, товарищ генерал…
Они посмотрели в глаза друг другу, и Ерохин ободряюще улыбнулся.
– Такая у нас работа, майор!
– Да, – эхом откликнулся Старый, – такая работа.
Эпилог
Неделей позже, в теплый воскресный полдень, Старый и Слон сидели в ресторанчике на берегу Москвы-реки и вели под коньячок и шашлык задушевную беседу.
– Я вот одного не пойму, Олег, – говорил Слон, жуя веточку петрушки, – как мы с тобой, два опытных бобра, не разглядели этого крысеныша?
– Не то главное, Андрей, – ответил Белов.
– А что, Олег? – спросил Слон. – Просвети.
– Главное, что парнем-то он был действительно хорошим. Вот что больно!
– Ты не поверишь, – воскликнул Слон, – но что-то такое я в нем чувствовал!
– А, – с досадой отмахнулся Белов, – брось. Чувствовал он. Психолог хренов…
– Да при чем тут психолог! – не сдавался Хоботенко. – Каким-то уж слишком хорошим он был. Таких не бывает. Вот Монгол – чистый раздолбай, а наш человек.
– Вроде тебя, – усмехнулся Старый.
– А что я? – выпятил грудь Слон. – Я, между прочим, мир спас, не забывай.
– Давай, спаситель мира, лучше выпьем, – потянулся Белов к бутылке. – А то до такого договоримся…
– Давай, – подставил свою рюмку капитан.
Они чокнулись, выпили и принялись неторопливо жевать отлично прожаренное мясо.
– Что-то наших не видно, – проворчал Слон, глянув на часы.
– А вон Кармен идет, – улыбнулся Старый, глядя ему за спину.
– Легка на помине, – Хоботенко обернулся.
Кармен, в легком, белом, стянутом в талии платьице, на шпильках, с распущенными волосами легко шла по набережной, махая сумкой и издали улыбаясь.
– Прям невеста, – ухмыльнулся Слон.
– Невеста и есть, – ответил Старый, любуясь своей боевой подругой.
– Привет, мальчики, – поздоровалась Кармен, подойдя к столу. – Скучаем?
Слон вскочил, галантно отодвинул стул. Белов, на правах командира, остался сидеть, улыбкой и кивком приветствуя Кармен.
– Чудно выглядишь, Марина!
– Ну так! – блеснула ослепительной улыбкой Кармен. – Стараюсь. А где этот… молодой человек? Как всегда, опаздывает?
– Я ж говорю, раздолбай, – пробасил Слон.
Но в этот момент неподалеку остановилось такси, из него выскочил Монгол и рысцой стал приближаться к столу.
– Прошу прощения, – пожимая руки мужчинам и кивая даме, заговорил он, – дела задержали.
– Смотри, на такси разъезжает, – заметил Слон. – Я не понял, кто тут у нас крот?
Но у Старого вдруг потемнели глаза, и капитан поспешил перевести тему:
– Ну что, раз мы все собрались, – с энтузиазмом начал он, – предлагаю культурную программу. Чем мариноваться в городе, поедем на природу. У меня есть одна кафешка на примете – красота. Озеро, лебеди и так кормят – пальчики оближешь! Как, а? Мариша, едем?
– Я не против, – беззаботно щурясь на солнце, ответила Кармен. – Тем более – лебеди!
– Ты? – глянул Слон на Монгола.
– Я как все, – вскинул тот руки.
– Командир?
– Да едем, едем, – засмеялся Белов. – Ты же не отстанешь.
У него зазвонил телефон.
– Дед!
Все притихли. Кармен со Слоном обменялись понимающими взглядами. Слон сложил перед грудью руки крестом.
– Да, – говорил в это время Старый. – Понял, товарищ генерал. Есть. До свидания.
Он положил телефон в карман, вздохнул.
– Все все поняли?
– Когда? – спросил Слон.
– Завтра утром… Пошевели пальчиками.
Слон машинально пошевелил пальцами руки.
– Здоров, – резюмировал Старый. – Значит так, господа. Культурная программа отменяется. Предлагаю всем завершить свои дела, потому что утром, в восемь, мы должны быть у шефа. Все!
Он начал подниматься из-за стола, за ним стали вставать и остальные.
– Знала бы – не тащилась через весь город, – проворчала Кармен.
– Зато мы на тебя полюбовались, – утешил ее Белов.
– Эй, – обиделся Слон, показывая на коньяк, – а посошок? Вот горит всем. И шашлык не доели!
– Ладно, – сказал Старый, глянув на часы и снова садясь. – Но только – посошок. Наливай!